к гораздо худшим условиям. От более удобного матраса я бы не отказался, но в остальном моя комната меня вполне устраивает.
— Вы уверены?
— Конечно. Раз уж мы решили устроить перестановку, нам следует заранее определиться, какую мебель в какую комнату нужно перенести.
— Конечно. Пойдёмте.
Обстановка гостевых спален меня почти устраивает. В будущей спальне дочки нужно убрать часть мебели, а в свою комнату я присматриваю удобное кресло, журнальный столик и настольную лампу. Проводов у неё нет, а вместо лампочки круглый стеклянный шар. Нажимаю на выключатель, но он не загорается.
— Мы с вами забыли, что нужно будет ещё зарядить осветительные артефакты, — вздыхает Рансон.
— Это дорого?
— Если будем заряжать только те, что в этом крыле, в золотой уложимся.
— Понятно.
Продолжаем осмотр. Мебель в гостиной первого этажа мне не особенно нравится — белая с золотом ткань обивки кажется слишком маркой. А вот тёмно-синяя на втором — отлично подходит. Также решаю, что стоит перенести один из книжных шкафов — собираюсь за зиму прочитать как можно больше книг, чтобы узнать о местной жизни. Каждый раз подниматься для этого наверх не хочется.
У входа на чердак останавливаюсь в задумчивости, но всё-таки спрашиваю у Рансона:
— Вы можете его открыть?
— Конечно, — кивает он.
Достаёт нож, ковыряется в замке около минуты, а потом мы слышим долгожданный щелчок. Не думала, что военных учат открывать замки, но сейчас это умение кстати.
На чердаке ещё более пыльно, чем внизу. Здесь много какой-то мебели, накрытой чехлами, и деревянных ящиков разных размеров. Рансон просит меня остаться у двери, а сам отправляется вглубь. Поднимает несколько чехлов, выборочно заглядывает в коробки, и потом сообщает:
— Мебель, которая здесь находится, или устарела, или сломана. В двух ящиках одежда, в остальных — картины и статуэтки. Пыли столько, что вам лучше подождать, пока здесь уберутся, прежде чем заходить самой.
— Хорошо. Так и поступим.
Когда спускаемся на первый этаж, к нам подбегает дочка:
— Вот вы где! А я вас искала.
— Мы осматривали дом, — улыбаюсь я. — Хочу переделать несколько комнат. И ещё сделать нам с тобой спальни на первом этаже.
— И мне тоже?
— И тебе тоже.
— Здорово! А если у меня будет своя большая комната, могу я перенести в неё кошку с котятами?
— Конечно, милая. Пойдём на неё посмотрим.
Кошка обнаруживается в сарае скотного двора. Дочка зовёт её:
— Чернышка! Выходи! Хочу познакомить тебя с мамой.
Из-за кучи хлама выглядывает сперва пушистая чёрная мордочка с удлинёнными ушками и ярко-жёлтыми глазами, а потом и целиком выходит животное размером с ротвейлера. Чёрное и пушистое, с длинным пушистым кошачьим хвостом.
Пока я удивлённо хлопаю глазами, Рансон спокойным голосом спрашивает:
— Татина, ты дала ей имя, и она на него откликается?
— Конечно! — уверенно заявляет девочка.
А я понимаю, что впервые слышу, как зовут мою дочь. Её имя так похоже на имя Татьяна, которое было у моей дочери на Земле, что сердце пропускает удар. Удивительное совпадение.
— Похоже, у вашей дочки есть магический дар.
— Почему вы так думаете? — уточняю я.
— Это же амани, — кивает он головой на кошку, — они очень умные и осторожные. Только маги умеют находить с ними общий язык.
— Она не опасна?
— Для Татины — нет. Наоборот. Кошка будет её защищать и не причинит ей вреда. Татина, спроси, хочет ли твоя подруга переселиться в твою комнату.
— Конечно! — соглашается девочка.
Подходит к кошке, гладит её по голове, а потом улыбается:
— Она говорит, что через пять дней её котята станут совсем взрослыми, и после этого она будет жить со мной.
— Хорошо. Может быть, ей что-то нужно?
Девочка молча ещё несколько раз гладит пушистую голову кошки, а потом улыбается:
— У Чернышки всё есть. Кроме молока, но его нет и у нас.
— Ничего, когда купим корову — будет.
— Отлично! Чернышка очень рада.
Пока возвращаемся, взволнованно уточняю у дочки:
— Ты общалась с кошкой мысленно?
— Да. Это совсем несложно.
— О!
Когда малышка убегает гулять, с тревогой спрашиваю у Рансона:
— Получается, моя дочка — маг?
— Раз уж она умеет общаться с кошкой мысленно — определённо маг.
— И что нам с этим нужно делать?
— Обычно магические способности проявляются в подростковом возрасте. Ребёнка отводят в храм и жрецы определяют точно силу дара и его направленность.
— А потом?
— А потом можно либо развивать дар, либо не развивать. В первом случае ребёнка отдают в специальные школы или академии.
— То, что у неё магический дар пробудился так рано, не опасно?
— Нет… Вы совсем ничего не помните о магии?
— Не помню.
— Тогда слушайте. Маги могут влиять на своё тело — обычно они здоровее остальных, редко болеют и живут дольше. Если маг не особенно сильный — на этом всё.
— А если сильный?
— Это зависит от направления дара. Стихийные маги способны поднимать лёгкие предметы, ускорять рост растений, еда у них получается вкуснее. А есть ещё маги пространственные. Здесь с умениями сложнее и никто толком не может сказать, на что именно они способны.
— Почему?
— Это засекреченная информация.
— Если Татина мысленно общается с кошкой, значит, она — пространственный маг?
— Не обязательно. Они общаются таким образом из-за кошки, а не из-за способностей девочки.
— Как вы думаете, стоит ли нам проверить способности дочки, когда будем в городе?
— Не вижу в этом смысла. Она ещё слишком мала, чтобы учиться.
— Хорошо... А что умеют сильные маги после обучения? Чему вообще их учат?
— Они изучают заклинания и выясняют, какое направление им ближе: лекарское, сельскохозяйственное или бытовое.
— А в армии силы магов не используют?
— Только для наложения защитных и укрепляющих заклинаний. Этим занимаются бытовые маги.
— А если маг не особенно сильный?
— Маг со средней силой может изготавливать артефакты, а слабые — создавать накопители.
— Понятно.
— Вам следует знать ещё вот что — лучше никому не рассказывать о том, что у вашей дочери магический дар.
— Почему?
— Могут появиться кавалеры, которые будут ухаживать за ней только потому, что она станет магом. Пока, конечно, говорить об этом рано, но дети быстро растут.
— А у вас есть дети?
— Боги нас с моей покойной женой детьми так и не благословили.
— Простите за бестактный вопрос.
— Ничего страшного.
— Но разве о том, что у неё есть магический дар, не узнает любой, кто увидит её кошку?
— Простые крестьяне не поймут, что это кошка амани. А тем, кто может понять, она и сама на глаза не покажется. Вам только нужно объяснить дочке, что всем о ней рассказывать не стоит.
— В смысле не покажется? Но
