по ходу уроков религии. В Еврейской гимназии учитель этого не допустит. Мы – сионисты, но хотим оставаться евреями».
Те, кто покинул движение, присоединились к Якобу Розенхайму и Исааку Галеви, автору книги «Дорот ха-ришоним», и в 1912 году создали партию «Агудат Исраэль». Для «Мизрахи» их уход стал серьезной потерей, и в результате всемирный центр организации в Германии захирел. С одной стороны, «Мизрахи» проявила мужество и сдержанность перед лицом противостояния со стороны сионистского движения и его все более откровенной секуляризации. С другой – умеренность, которая будет характерна для политики «Мизрахи» на многие годы вперед, толкала ее лидеров на постоянное самокопание. Осмотрительность и консерватизм, явственно проявившиеся в подходе религиозного сионизма к образованию, свидетельствовали, соответственно, о прагматизме «Мизрахи» в целом как в ранние, так и в более поздние годы.
Глава четвертая
Рав Кук: ортодоксально-национальная альтернатива религиозному сионизму
По мере консолидации «Мизрахи» по отношению к ней складывалась сильная оппозиция, участники которой считали, что «Мизрахи» искажает идею религиозного сионизма. Дело дошло до попытки уничтожить «Мизрахи» до основания и создать альтернативную религиозно-сионистскую федерацию, которая поглотила бы это движение. Точку зрения оппозиции отстаивал видный мыслитель, человек энциклопедических познаний и подлинный современный мистик рав Авраам Ицхак ха-коэн Кук[45]. При нем сложился кружок учеников и поклонников, помогавших ему распространять свои идеи и представления[46].
В этой главе речь пойдет о двух на первый взгляд несовместимых тенденциях в отношениях между равом Куком и «Мизрахи»: с одной стороны, идеи его проникли в движение и в итоге рав Кук стал едва ли не его официальным идеологом; с другой стороны, в своей политической деятельности он почти неизменно противостоял курсу «Мизрахи».
Первые шаги
Пробуждение в Европе национального духа оказало глубокое влияние на рава Кука, однако скорее духовного, чем практического толка. Он так и не вступил в ряды сионистов или религиозных сионистов. Примерно за три года до основания «Мизрахи» он писал отцу о том, что намерен создать объединение «соблюдающих сионистов». Не исключено, что основание «Мизрахи» этому воспрепятствовало. В первые годы существования «Мизрахи» рав Кук опубликовал ряд статей, посвященных вопросам национализма (1902–1903)[47]. В этих статьях рассматривались недостижимый идеал и его искажение в реальности – как именно, будет показано ниже.
Рав Кук утверждал, что догматы Торы представляют собой идеальную всеобъемлющую национально-политическую теорию. Говоря коротко, Тора – это «подлинный» национализм. Кроме того, он предлагал широкое толкование заповедей в свете национальных принципов и объяснял, например, существование пищевых запретов «уравновешиванием свойств и темпераментов». Пища влияет на темперамент и духовные свойства человека. Наличие в национальной традиции большого числа подходов к питанию ведет к неравенству, а избыточное разнообразие свойств – путь к ссорам и противостоянию. В то же время строгое соблюдение кашрута, напротив, ведет к миру и гармонии внутри нации. Аналогичным образом, предписание брить бороду приводит к развитию у представителей нации тех же эстетических взглядов. Красота относительна, и с целью утверждения единых эстетических критериев в Торе создан зрительный образ мужчины с бородой. Получается, что Тора воспитывает «национальный дух», а значит, еврейская нация несет в себе мир и любовь. В этих националистических рассуждениях отчетливо прослеживается этнический взгляд на национальность – в этом смысла рав Кук был приверженцем духа национального пробуждения XIX века.
Одновременно с этим взглядом на Тору как источник идеального национализма рав Кук крайне критично относился к тому, как сионизм применялся на практике: отступники неспособны быть проводниками идеального национализма. Это мнение выражено в его знаменитом высказывании: «Внутренние различия между хранителями Торы и теми, кто отрекся от религии, сильнее тех, что существуют между народом Израиля и другими народами мира» [Kook 1902: 530]. В своих статьях он отказывает светскому национализму в праве на существование и утверждает, что единственный подлинный национализм – это национализм Торы.
Издателем журнала «Ха-пелес», опубликовавшего эти статьи, был Элияху Акива Рабинович из Полтавы. Поначалу он поддерживал сионизм, но в результате противоречий по вопросам культуры стал его жестким оппонентом. Журнал, который начал выходить в конце 1900 года, неоднократно выступал с нападками на сионизм, предрекая его закат и гибель. «Мизрахи» после своего основания стала постоянной мишенью тирад его авторов. Возникновение ежемесячного издания «Ха-мизрахи» – органа «Мизрахи», редактором которого был Зеев Явиц, – стало в определенном смысле реакцией на «Ха-пелес». Статьи рава Кука с нападками на сионизм и на всевозможные неполные и умеренные разновидности национализма отлично подходили для целей «Ха-пелес». В своих статьях рав Кук критиковал «Мизрахи» за ее приверженность чисто политическому курсу. По его мнению, «Мизрахи» должна была выбрать воинственно-бескомпромиссную линию, занять лидирующие позиции в культурно-образовательном проекте сионистов и приспособить его к духу Торы. Сомнения рава Кука по поводу «Мизрахи» в точности соответствовали политике «Ха-пелес». Неудивительно, что много лет спустя, когда публицистика рава Кука была издана в виде антологии («Маамрей ха-райяах»), его сын рабби Цви Иехуда Кук отказался включить в сборник три статьи, написанные для «Ха-пелес».
Религиозно-сионистская теология
В 1906 году рав Кук выпустил небольшую книгу под названием «Иквей ха-цон» («Следы стада»), где впервые точно, полно и убедительно изложил свое понимание сионистского начинания. В первой статье, «Ха-дор» («Поколение»), он описывает пионеров первой алии как людей смятенных, раздираемых между старым и новым. Он не отказывает им в величии, но подчеркивает, что они никак не связаны с предыдущим поколением, поскольку у них не было подходящих наставников. В этой статье он предлагает определение: «поколение, у которого в потенциале было много, а по сути – ничего», закладывая тем самым основу мессианско-патерналистского подхода, который сложится у него позднее. Он пишет о «поколении, возвещающем приход Мессии» (речь идет о периоде, непосредственно предшествующем избавлению):
Кнессет Исраэль (община детей Израиля) высвободился из тенет под воздействием воли младшего поколения. Удивительное, нежданное пробуждение разбередило новые силы. Ни в коем случае нельзя сгубить их подавлением, их надлежит прославлять и превозносить, выставлять в дивном восхитительном свете [Kook 1967: 114].
После этого рав Кук призывает к признанию «божественного» устремления, дремлющего в душах молодых людей, которые перебираются в Иешув, бунтуя одновременно против традиций предков. Эта идеалистическая молодежь, которая взыскует справедливости – что видно по ее приверженности идеям социализма, – воплощает в себе «высшие, самые глубинные свойства еврейства» [Kook 1967: 115].
Во второй статье, «Ха-пахад» («Страх»), рав Кук делает еще один концептуальный шаг вперед и рассматривает действия пионеров как часть божественно-мессианского плана. Сам рав Кук и его ученики видят в возвращении пророчества народу Израиля важнейшую составную
