Дезинформация. Здесь ее силу не все поняли до конца. Разумеется, я не имею в виду ромеев, слуг Рима и еще некоторых, ну так сейчас это оружие не против них применяется, а против печенегов и им подобных кочевников. Народы в искусстве интриг ограниченные, а раз знаешь слабые места, то бить надо именно туда. Хотите штурмовать Белую Вежу? Да на здоровье, мы еще и дополнительную наживку подбросим. Например, слух о том, что Рогнела Полоцкая туда собирается по поручению собственно меня, Хальфдана Мрачного. Зачем? Проверить возможность расширения крепости в полноценный русский город, завязанный на торговые потоки. Сейчас ведь там из славян только гарнизон крепости, а почти все вне ее стен — сборище остатков хазар, булгар и прочих народов, которым веры ноль, а подозрений столько, что можно со счету сбиться.
Хороша наживка, на нее клюнут. Ведь с недавних пор Рогнеда еще и моя сестра по обряду смешения крови. А враги Руси знают, что для варягов нельзя бросить на произвол судьбы кровных родичей, никак нельзя. Да и сама Рогнеда — не пешка, но фигура на незримой шахматной доске. И снять ее с доски — не мелочь, а болезненный удар для одного из игроков.
Вот по поводу этого плана Роксана и проявляет повышенное любопытство, будучи не до конца уверенной в его успехе. Отсюда и вопросы, ею озвучиваемые:
— А ты и впрямь уверен в успехе? Ведь прознатчики могут и узнать, что Рогнеда лишь для виду выехала в Белую Вежу, но там так и не появилась.
— Невозможно. Из Киева она выедет, в Белой Веже спустя некоторое время появится очень похожая на нее женщина из числа жриц Лады. Сама видела, как они при помощи накладок под платья, краски и причесок умеют изменять свой облик. Сама же Рогнеда некоторое время поскучает во дворце, вернувшись туда через потайной ход. Наши хирдманы болтать не приучены, а слугам доступа туда не будет.
— Зато есть дети…
— Им это знать и вовсе не стоит. Уехала мать по делам важным, вскорости вернется, только и всего. Меня больше дела воинские беспокоят. Надо ведь не просто отразить набег, а раздавить гадину так, чтобы если и уползла, то на последнем издыхании.
— В этом ты знаешь толк!
Восторженное восклицание Роксаны льстило, но не обманывало. Ситуация была той еще проблемой. Нельзя было начинать всеобщий сбор воинов по городам и весям, потому как это бы однозначно вызвало беспокойство врагов и изменение их планов относительно нас. Только с момента, когда придет весть о нападении на Белую Вежу. Ну а до этого лишь тайная подготовка, не выходящая вовне круга особо доверенных лиц. Хорошо еще, что для стратегических планов будущей военной компании достаточно нескольких советников и подробных карт предполагаемых мест сражений. То и другое у меня наличествовало.
Сорвав травинку, я прикусил ее зубами, ощутив легкую горечь. Прямо как оттенок моих мыслей! Увы, но гарнизон Белой Вежи обречен на большие потери, если и вовсе не на полное уничтожение. Мы просто не имеем права бросить все и спешить ему на помощь. Единственное — заранее озаботимся вывозом немногочисленных детей и малой части женщин. Всех вывозить нельзя, потому лишь тех, кто ни в одном месте не близок к воительницам и не в состоянии при необходимости встать на стенах рядом с мужчинами.
Жертвы… Я ощущал себя в шкуре полководца, который обязан послать часть войск практически на погибель с малым шансом выживания, чтобы основная часть войска сумела выполнить поставленную задачу. Паршивое ощущение, доложу я вам, крайне паршивое. И, что самое печальное, единогласно поддержанное всем ближним кругом. Для них, для нынешнего времени, это было в порядке вещей. Вот уж действительно, у тесно связанных с властью свой образ мышления, со своими особенностями.
— Людей жалко? — сочувственно вздохнула Змейка, попутно выдергивая из моего рта уже погрызенный стебелек. — Так и до тебя поступали, и после не перестанут. Ты то, в отличие от многих, стремишься уменьшить число мертвецов.
— Жаль не до нуля. И ладно воины, но и часть их семей, разве что не дети. Этих по любому вывести надо. Скрыто и под пристойным поводом. Хорошо еще, что он и впрямь весомый. Дескать, нечего им в этом медвежьем углу находиться, а лучше обучаться хоть воинским делам, хоть ремеслам в крупных городах, да не среди чужаков, а рядом с такими же как они ребятишками.
— Выбрось это из головы. Хоть ненадолго… Лучше всего подумай о чем-нибудь другом. Не об отдыхе. Так о другом деле, но более приятном. О твоих придумках вроде этих «печатных» книг, как ты говоришь. Или, если так уж сражения в разум стучатся, про возможных союзников. Не зря же ты так йомсвикингов обхаживал и этого Эйнара.
Ну Роксана, ну змея хитрая, прозвищу своему идеально соответствующая. И тут извернулась, напомнив мне про весьма удачную интригу, способную сделать наемников союзниками, пусть и не бесплатными.
Да, йомсвикинги сполна получили плату из казны Владимира Святославовича, бывшего князя киевского. Вот только для всех интересующихся сторон было очевидно, что плату, да еще с дополнительными ценными дарами, передавали мои верные люди. И что в таких случаях полагается думать? Ведь формальное исполнение договора о найме это одно, а вот фактическое неучастие сильного наемного отряда в ключевом бою — совсем другое. Потенциальные наниматели йомсвикингов просто обязаны были всерьез рассматривать вероятность, что наемники просто переметнулись от первоначального нанимателя к другому.
Казалось бы, дело для наемной воинской братии обычное, ничего особенного не представляющее. Да, у обитателей Йомсборга была репутация тех, кто не склонен в разгар битвы перескакивать на другую сторону, но все случается. Так, да не совсем. К чисто денежным вопросам и нюансу собственной безопасности примешивалось иное, куда более беспокоившее многих их клиентов. Как ни крути, а йомсвикинги по меркам нынешней Европы — язычники, нуждающиеся либо в скорейшем окрещении, либо в столь же быстром уничтожении. Но до поры их готовы были терпеть, если бы не…
Подозрительность — неотъемлемая часть властителей, такова жизнь. Изменить это просто нереально, положение обязывает. Потому мысль о том, что наемники просто-напросто переметнулись на сторону единоверцев, предав Владимира, вознамерившегося крестить Русь, пусть и по восточно-христианскому обряду, прочно поселилась в их головах. Особенно после того, как наши люди, особенно из свеженазначенных посольств, аккуратно так запустили в оборот именно эту версию. И теперь на всемирно известных наемников смотря с ба-альшой подозрительностью. А где растет подозрительность, там снижается желание нанимать их на службу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
