Она развернулась и пошла, а он так и остался стоять.
Вне себя от ярости, Сэм смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом. Тогда он, тяжело ступая, прошел в кухню, с силой толкнул дверь в коридор и оказался в холле гостиницы. Он едва сдержался, чтобы не нагрубить всем постояльцам, которые в тот момент оказались на его пути. Однако на большее его хороших манер не хватило.
Он со всего маху распахнул парадную дверь. Еще чего! Не спорь с ней, да еще и дверью не хлопай! Тоже мне штучка! Он просто весь кипел от негодования.
Все произошло именно так, как она и предполагала.
Даже хуже.
Он попросил ее выйти за него замуж. Потому что он джентльмен. Потому что он человек, который не уклоняется от выполнения своего долга. Потому что, наконец, он просто добрый человек.
У него были все качества, которые она хотела бы видеть в своем муже.
Но увы, Сэм не для нее.
Он достаточно честен, чтобы не лгать, потому прямо объявил, что не любит ее!
Жози стояла около окна и из-за приоткрытой занавески смотрела вдаль. За лужайкой перед домом был хорошо виден обрыв, нависавший над городом. Там сейчас стоял Сэм, ссутулившись, засунув руки в карманы джинсов. Ветер слегка теребил его коротко подстриженные волосы. Выглядел он разбитым и несчастным.
Может, до него еще не дошло? Ну, когда поймет, будет ликовать от радости.
Хотя даже и в этом случае не избавится от сознания своей ответственности. Ему захочется все сделать правильно. Таков уж Сэм. Всегда таким был. Не он ли пришел ее утешить, когда Курт подвел ее, оставив одну в день рождения?
Она отогнала от себя эту мысль. Семь месяцев она этим утешалась. Надеялась. Мечтала… О Боже, ну почему она такая дура? Обещала же себе выбросить эти глупости из головы. Теперь сомневаться не приходится, все кончено.
Завтра им обоим полегчает. Конечно, он о своем долге не забудет, но на сей раз он не станет впадать в крайность и предлагать замужество. Ограничится тем, что предложит материальную помощь в воспитании ребенка. Даст ребенку свое имя. Может, даже учредит трастовый фонд. Она грустно улыбнулась. Похоже, у ее ребенка будет трастовых фондов не меньше, если не больше, чем игрушек.
Верный себе, скорее всего, оговорит свое право брать летом ребенка на две недели.
Она не станет возражать. Это действительно его право. Она будет с ним вежлива и выкажет должным образом свою признательность. А он втайне будет вне себя от счастья, что так легко отделался. Безусловно, внешне этого никак не покажет. Сэм Флетчер слишком хорошо воспитан. Все будет очень цивилизованно.
А она на всю жизнь окажется связанной с ним.
Ей будет очень тяжело, но она все вытерпит ради своего ребенка.
А может, ради себя самой? — с насмешкой вопросила себя Жози, слегка покачиваясь взад-вперед и не отрывая взгляда от единственного мужчины, которого по-настоящему любила.
Если быть до конца честной перед собой, придется признать: ей отнюдь не противна мысль о том, что Сэм постоянно будет присутствовать в ее жизни.
Конечно, это совсем не то, что выйти за него замуж. У нее и мысли не было принуждать его к супружеским отношениям, требующим любви.
Но знать, что с ним, где он, чем занимается, — это совсем другое дело.
Ей достаточно просто знать…
Она сказала «нет»?
Нет?!!
Сэм все еще не мог в это поверить.
Впрочем, чему тут удивляться? Кажется, женщины взяли за правило отвечать ему отказом. Сначала Иззи, теперь Жози. Это уже становится закономерностью.
Он заставил себя сделать глубокий вдох, но это не помогло снять напряжение. Сэм вышагивал взад-вперед по краю обрыва; внизу, в деловой части города, кипела жизнь, но он ничего не замечал. Думал только об одном: этот вечер, этот день — нет, лучше сказать, вся его жизнь превращается в одно сплошное несчастье.
Раньше ему казалось, что с ним не так уж трудно поладить. Он дал бы жене все, о чем только можно мечтать.
И собой он вроде ничего. Разве он урод какой-нибудь? Да нет же, вполне симпатичный.
Тогда в чем дело?
Ишь, хочет любви! Сэм пнул небольшой камень, и тот ударился в известняковую стену, возведенную вдоль обрыва. Все хотят любви. Но надо подумать и о ребенке. Его ребенке. То есть их ребенке.
Пусть обстоятельства его зачатия и оказались несколько затуманенными в его мозгу обилием выпитого виски, но все же их любовь той ночью не была каким-то случайным соитием, в котором участвовали только их тела, а не души. Может, мозг его всего и не помнит, но в памяти сердца он уверен. Он откликнулся на ее молчаливый призыв, а она — на его. Их тяга друг к другу была взаимной.
Он готов поспорить, Жози все еще хочет его!
Сэм посмотрел через плечо на дом и увидел, как шевельнулась занавеска в одной из комнат на верхнем этаже. Он еще крепче стиснул зубы, его глаза сузились.
Думаешь, сказала «нет», и все? — обратился он мысленно к Жози Нолан, которая, он был уверен, скрывалась за этой занавеской.
Что ж, Сэм Флетчер не привык отступать, когда ему бросают вызов.
Глава третья
Это судьба, решила Жози.
Не может же Бог так шутить с ней?! В гостинице что-то около двадцати комнат, а он проведет сегодняшнюю ночь в соседнем номере. Его кровать, словно нарочно, стоит прямо у стены, которая одна их и разделяет. Все, как по заказу, чтобы воскресить старые воспоминания.
А она-то было вознадеялась, что он и ночевать тут не останется.
Все номера в гостинице были заняты, даже мансарда на третьем этаже, которую отвела ей Хэтти. Всего три дня тому назад закончился ее ремонт. Теперь это был еще один гостиничный номер, а свои вещи Жози перенесла этажом ниже, в бывшую спальню Хэтти.
— Радуйся, — сказала она Сэму, когда тот понял, что свободных номеров нет. — Лишний номер, который можно сдать, означает для тебя дополнительную прибыль.
— К черту прибыль. Где мне ночевать?
Около десяти он постучался к ней в дверь. Вся насторожившись, она открыла, но он больше и словом не обмолвился о женитьбе. С холодной вежливостью осведомился, куда ему поставить свои вещи. Ледяной тон уступил место раздражению при известии о том, что свободных номеров нет.
— Сейчас узнаю, может, у Тэйлора что-нибудь найдется.
Это была еще одна гостиница в викторианском стиле. Конечно, по мнению Жози, хуже, чем ее «Укромный уголок», но все же вполне приличная.
— Я лягу в гостиной, — сказал Сэм.
Жози знала, что Хэтти иногда размещала его в этой маленькой комнате, бывшей частью ее апартаментов, если все номера были заняты.
Так поступала Хэтти. Но она не может ему этого позволить.
