оставила…
Николай ощутил, как холодеют кончики пальцев.
Если его сын все ещё стоит там, у двери, как чужой, неприкаянный, то он точно заметил Алину, когда она уходила…
Но уже одетую. И, может быть, это наоборот уберегло ребенка от того, чтобы увидеть что-то похуже…
Николай бросился в прихожую. И едва успел ужаснуться тому, что сына там нет, как в дверь громко, дико, требовательно забарабанили…
Он открыл на автомате. Сердце скакнуло к горлу и застряло там камнем, когда обнаружил на пороге всклокоченную, словно бы обезумевшую Ксю…
- Что тут у вас творится?! – накинулась на него жена, вцепляясь в его плечи и встряхивая с силой, какую порождает лишь дикое отчаяние. – Где Тимур?!
Глава 11
«Мамочка, забери меня! Пожалуйста, забери!»
Голос сына непрерывно звучал в моих ушах, перемежаясь бешеным стуком сердца, все то время, что добиралась до дома свекрови. Что он находится именно там – то немногое, что успел сообщить мне Тимур.
Сын плакал. Заикался от страха. И никакой иной информации мне от него получить не удалось.
Так сильно, как в эти мгновения, я прежде боялась лишь раз в жизни. В сходной ситуации, когда был риск потерять своего долгожданного, буквально выстраданного ребёнка…
После того, что тогда пережила, я некоторое время боялась доверить сына хоть кому-то другому. Боялась с ним расстаться дольше, чем на час. Все казалось – что-нибудь непременно случится, если меня не будет рядом…
Но постепенно я преодолела это состояние, сумела победить желание контролировать все, что касалось Тимура…
И вот теперь – это. Именно тогда, когда отпустила сына побыть с бабушкой.
В те примерно десять минут, что мне понадобились, чтобы буквально сбежать с работы и доехать до квартиры свекрови, которая, по счастью, была недалеко от моего местоположения, я успела придумать себе миллион кошмаров и сама же их развеять.
Тимур ведь позвонил мне сам. Значит, был, как минимум, жив и здоров. Просто что-то его напугало. Или кто-то?..
Неужели Наталья Ивановна все же дошла до того, чтобы навредить внуку мне назло?
Я с усилием отмахнулась от этой мысли. Не хотелось думать так плохо, когда ничего ещё толком не знала.
Оказавшись на нужном этаже, я нажала на звонок и следом забарабанила в дверь, даже не пытаясь быть деликатной. Не могла ждать, не могла терпеть. Мне нужно было увидеть своего ребёнка. Сейчас же!
Открыл мне, к моему удивлению, Коля. Как он тут оказался? Приехал забрать сына? Или Тимур позвонил и ему тоже?
- Что тут у вас творится?! – выпалила сходу. – Где Тимур?!
Выражение лица мужа меня напугало. Он и сам выглядел каким-то растерянным и беспомощным. Будто понимал, что происходит, ничуть не больше моего.
Окончательно потеряв терпение, я отодвинула его и шагнула дальше в квартиру. В зале обнаружилась лишь свекровь. Я метнулась на кухню…
Уже подумала было, что Тимура вообще нет в квартире, когда сын бросился мне навстречу… появившись откуда-то из-под стола.
Он обнял меня, я – крепко, но бережно, сжала его в ответ. Тимка дрожал, но не говорил при этом ни слова…
- Солнышко, любименький, что случилось? – спросила ласково, склоняясь над ним, стремясь защитить каждой клеткой своего тела.
Он всхлипнул, но ничего не ответил.
В кухне появился Коля. Подошёл к нам, попытался обнять меня и сына…
Я оттиснула его одним плечом. Хмуро бросила…
- Как ты мне объяснишь тот факт, что наш сын сидел под столом, а теперь его всего трясёт? Что твоя мать с ним сделала?!
- Ничего я не делала, - заявила свекровь, тоже заходя на кухню. – Сама не можешь нормально воспитать ребёнка, вырастила из него какого-то дикого Маугли и теперь всех вокруг обвиняешь!
От таких слов, ещё и сказанных при самом Тимуре, я вспыхнула. Эта женщина, похоже, вообще не отдавала себе отчета в том, что несла.
- Выйдем, Наталья Ивановна, - холодно, непререкаемо произнесла я, осторожно передавая сына мужу.
- А ты чего раскомандовалась? – возмутилась свекровь. – Это, вообще-то, моя квартира!
- А это – мой сын, за которого вы передо мной отвечаете, - парировала решительно. – И лучше вам по-хорошему со мной поговорить.
- Мам, ну послушай Ксю, - вмешался в разговор Коля. – Объясни, что произошло, Ксюша ведь мама, она волнуется. Только давай… аккуратно.
Последние слова прозвучали, как предупреждение, что показалось мне довольно странным. Но думать об этом было некогда.
Свекровь с высокомерным видом вышла наконец из кухни, а я – за ней следом.
Оказавшись в зале, мы некоторое время сверлили друг друга глазами, пока мне это, в конечном счёте, не надоело.
- Что произошло? – спросила я прямо. – Почему Тимур в таком состоянии?
Она пренебрежительно фыркнула, отчего мне сильно захотелось заняться членовредительством. Но до такого я никогда не опустилась бы.
- Это у тебя спросить надо, что с твоим сыном не так! – процедила Наталья Ивановна в ответ. – Я его повезла играть в этот детский центр, а у него там истерика случилась. Пришлось срочно ехать обратно, звонить Коленьке, отвлекать его от работы…
- У Тимура не могло случиться истерики на ровном месте. Он никогда себя так не вёл, - возразила со всем возможным спокойствием, хотя хотелось кричать в ответ на её возмутительные, совершенно несправедливые слова.
Она словно пыталась… первой обвинить меня в чем-то, чтобы самой не быть виноватой.
- Это с тобой не вёл, а стоило только его к нормальным людям вывести – и вот! – агрессивно возразила свекровь.
- Тимур спокойно играет с другими детьми, я его не держу в четырёх стенах, - проговорила сухо. – Его что-то напугало. И мне удивительно, что вы не желаете сознаваться, что именно. Может, потому что дело в вас?
- Да как ты смеешь?! – взвизгнула свекровь. – Я тебе одолжение сделала, с внуком согласилась возиться, пока ты там ерундой занимаешься! И ещё виновата оказалась, хотя во всем виновата только ты! Сама контролировала ребёнка, как больная, и вот результат!
Её слова были жестоки, несправедливы и лживы. Но дальше спорить я не собиралась. Мне было уже ясно, что адекватного ответа от неё не добиться. И что рыльце у неё явно в пушку.
- Больше мне такие одолжения от вас не нужны, - отрезала я металлическим тоном. – И раз вы не заинтересованы в общении с единственным внуком – больше его
