В дальнем конце бального зала она заметила танцующих Мэдлин и Бригема. Мэдлин закинула голову и смеялась, очевидно, тому, что говорил ее партнер.
Искоса взглянув на Натана, Лидия робко сказала:
— Возможно, мое настроение мог бы изменить танец. Натан проследил за направлением ее взгляда и кое-что понял.
— Не флиртуйте. Это вам не идет.
Лидия поморгала глазами, неуверенная, что правильно поняла слова Хантера. Ну и тип! А еще обвинял в грубости ее. Она собралась было сказать ему все, что думает, но Натан привлек ее к себе и закружил в танце.
Глава 2
Он не был искусным танцором. Ему не хватало изящества и чувства ритма, которые позволяли Лидии так уютно чувствовать себя в объятиях Бригема Мура. Лидия старалась приспособиться к его стилю, тем не менее несколько раз наступила партнеру на ноги, всякий раз извиняясь за свою неловкость. Он не говорил ничего, но ей казалось, что она слышит, как он считает вполголоса: «Раз, два, три… раз, два, три…»
Вопреки здравому смыслу она спросила:
— Откуда вы знаете моего отца? Натан ответил несколько тактов спустя.
— Что? — переспросил он.
— Вы сказали, что хотите найти моего отца. Как вы с ним познакомились?
— Я встретил его несколько недель назад в «Серебряной леди».
— Так вы игрок?
— Иногда играю. — Натан насторожился. — Что в этом плохого? А что вы имеете против игроков?
— Ничего, — торопливо ответила девушка. — Я просто… я хотела…
— Я же говорил вам, когда мы сегодня встретились, что спешу. Я торопился именно сюда. Ваш отец пригласил меня…
— Сыграть в покер, — закончила за него Лидия. — Папа не большой любитель танцевать.
— Теперь понимаю, почему он мне сразу понравился, — пробормотал Натан.
— Простите? — не поняв, вежливо переспросила Лидия.
— Судя по всему, ваш отец хороший человек. Я с удовольствием общался с ним всякий раз, когда мы встречались.
— Я и не знала, что папа часто бывает в «Серебряной леди».
— Не делайте поспешных выводов, мисс Чедвик. Там я встретился с Сэмом всего один раз. А еще мы встречались в конторе «Уэллс-Фарго», на бирже, а также на верховой прогулке в парке «Золотые ворота».
— Значит, сегодня вечером вы пришли играть в карты? Натан кивнул, сбился с ритма, из-за чего Лидия снова наступила ему на ногу. Он поморщился.
— Извините. На этот раз виноват я.
Очевидно, Хантер хотел этим сказать, что во всех остальных случаях, когда он сбивался с ритма, была виновата партнерша. Лидия просто горела желанием высказать все, что она об этом думает. Однако девушка сдержала себя.
— Полагаю, папа предупредил вас, что все выигрыши идут на благотворительные цели?
— Нет. Он этого не говорил. Наверное, он думает, что я проиграю.
— Только не делайте этого ради меня, мистер Хантер. Натан остановился возле входа в бальный зал. Он все еще крепко держал Лидию одной рукой за талию, хотя ее руку отпустил. Без усилий он прижал девушку к себе таким образом, что она должна была либо поднять к нему лицо, либо уткнуться в его плечо.
— Не обольщайтесь, мисс Чедвик, — холодно сказал Натан. — Сомневаюсь, что мне когда-нибудь придет в голову снова сделать что-нибудь ради вас. И если сегодня я проиграю деньги, то сделаю это ради детей.
Лидия не сразу сообразила, что сказать в ответ. А когда сообразила, Натан уже ушел.
Джеймс Эрли не дал Лидии возможности поразмыслить над странной встречей с Натаном Хантером. Он тут же умчал ее в танце, забавляя легкой, шутливой болтовней, пока Генри Белл не отобрал ее у него. Все шло своим чередом: она старалась собрать средства для строительства приюта, а они старались завладеть ее вниманием, чтобы потом претендовать на ее руку.
Время от времени Мэдлин встречалась с ней взглядом и выражала свое одобрение или неодобрение очередным партнером. Лидия игнорировала знаки матери, стараясь подчеркнуть, что этот вечер не имеет ничего общего с романтическими соображениями. Большую часть времени она провела рядом с отцом Патриком, общаясь с гостями, которые были старыми друзьями семьи и могли сделать существенные пожертвования на строительство приюта.
Когда мистер Харди объявил, что ужин подан, гости во главе с Мэдлин потянулись в столовую. Лидия, державшая под руку Генри Белла, оставила его, сославшись на то, что надо позвать в столовую отца и его гостей, игравших в покер. Она знала, что это всего лишь временная передышка. Так или иначе, но Генри будет сидеть за столом слева от нее, а Джеймс — по правую руку. Судя по знакам, которые подавала ей Мэдлин в бальном зале, мать уже позаботилась об этом.
За карточным столом в библиотеке сидели пятеро мужчин. Лидия, ожидавшая увидеть там отца и Натана Хантера, не слишком удивилась, увидев мистера Салливана и мистера Дэвиса. Жены этих джентльменов неоднократно высказывали удивление по поводу их отсутствия в бальном зале, но присутствие в библиотеке Бригема Мура застало ее врасплох. Он первый заметил, как она вошла в помещение, и его соблазнительная улыбка заставила дрогнуть юное сердечко Лидии. Она торопливо отвела глаза, смущенная нахлынувшими чувствами и уверенная, что каждый из присутствующих поймет причину ее замешательства.
Заметил это и все понял только один человек. Когда Лидия снова подняла глаза, то встретилась с пристальным изучающим взглядом Натана. Она с вызовом уставилась на него, пока он сам не отвел взгляд. Однако презрительная усмешка еще долго не сходила с его губ.
Лидия подошла к отцу и положила руки на его плечи.
— Папа, ужин подан. Мама и гости уже отправились в столовую.
Сэмюел рассеянно потрепал руку дочери и повернул свои карты так, чтобы она могла их видеть.
— Бригем предложил сделать довольно интересную ставку, — сказал он.
— Вот как? — Лидия старалась сохранить самообладание.
У отца был фулnote 5: три семерки и две тройки. Она заметила также, что выигрыш, лежавший перед ним, был невелик. Судя по количеству выигранных денег, за карточным столом везло нынче Бригему Муру.
— Что же поставлено на кон?
— Видишь ли, дорогая, у меня на кону очень мало денег. — Каждому из сидящих за столом было ясно, что Сэмюел мог бы поставить значительно большую сумму, но в самом начале игры они договорились относительно предельной ставки. — Бригем предложил открыть мне свои карты, если я поставлю на кон тебя.
— Папа! — Лидия покраснела до корней волос. — О чем ты думал? Какая дикость! — воскликнула она, поняв, однако, что это ее отнюдь не оскорбило, а вызвало странный трепет во всем теле.
Бригем положил свои карты на стол рубашкой вверх.
— Боюсь, что ваш отец недостаточно четко объяснил ситуацию. У меня совершенно честные намерения. Если я выиграю эту партию, то вы завтра вечером отужинаете со мной в «Клифф-Хаусе».
