class="p1">Холден присел, изучая компоненты.
– Можешь разделить системы? Чтобы сенсоры работали независимо от вооружения?
– Могу попытаться, – ответил Эймос. – Но это займёт время. И если кто-то специально интегрировал их таким образом, он заметит изменения.
Холден задумался. Это могла быть просто ошибка инженеров верфи. Но могло быть и что-то более зловещее – подготовка корабля не только к исследованиям, но и к возможным боевым действиям.
– Сделай это, Эймос, – решил он. – Но незаметно. Пусть системы кажутся интегрированными, но с возможностью ручного разъединения в случае необходимости.
– Понял, кэп, – кивнул Эймос. – Сделаю так, что даже я не найду, где спрятал переключатель.
Остаток дня был заполнен прибытием научной группы и финальной подготовкой к отлёту. Холден лично встретил каждого нового члена команды, стараясь составить первое впечатление о людях, с которыми ему предстояло провести несколько месяцев в ограниченном пространстве корабля.
Научная команда, помимо Алекса Нагаты, включала специалистов по ксенолингвистике, квантовой физике, астрогеологии и ксенобиологии – все они были видными учёными Марса. Но особый интерес у Холдена вызвали двое "наблюдателей".
Чандра Мехта, представитель Земли, производила впечатление профессионала высокого класса – сдержанная, вежливая, но с цепким взглядом, который, казалось, замечал каждую деталь. Холден сразу определил в ней не просто учёного, но человека с военной или разведывательной подготовкой.
Камилла Уэйнрайт, корпоративный представитель, была более открытой, но не менее проницательной. Она немедленно начала налаживать контакты с членами экипажа, проявляя особый интерес к техническим аспектам корабля и миссии.
– Капитан Холден, – обратилась к нему Чандра Мехта во время общего инструктажа перед отлётом. – Могу я поинтересоваться маршрутом и расчётным временем прибытия к цели?
– Мы покидаем орбиту Марса через шесть часов, – ответил Холден. – Курс на Венеру, с использованием гравитационного манёвра у Фобоса для начального ускорения. Расчётное время в пути – восемнадцать дней, учитывая текущее положение планет и необходимость экономии топлива.
– Восемнадцать дней в ограниченном пространстве, – заметила Камилла. – Нам стоит установить рабочие протоколы и графики использования общих зон.
– Уже сделано, – кивнула Наоми, передавая всем присутствующим планшеты с детальной информацией. – "Росинант" – военный исследовательский корабль. У нас чёткая структура, графики и протоколы для всех аспектов жизни на борту.
Алекс Нагата изучал переданную информацию.
– Капитан, я вижу, что доступ к коммуникационным системам ограничен?
– Стандартный протокол безопасности, – ответил Холден. – Все внешние коммуникации проходят через шифрованные каналы и требуют авторизации командного состава. Это для защиты от перехвата сигналов.
Он видел, что это объяснение не полностью удовлетворило учёного, и добавил:
– Но научные данные не подлежат цензуре. Мы просто контролируем каналы передачи, не содержание.
– А что насчёт данных, полученных от венерианского объекта? – спросила Чандра. – Будут ли они доступны всем членам экспедиции в реальном времени?
– Да, – подтвердил Холден. – Научные данные будут поступать на центральный сервер, доступный всем исследователям. Но их передача внешним получателям будет координироваться через командную структуру.
– Это может создать конфликт интересов, – заметила Камилла. – Учитывая, что командная структура подчиняется марсианскому командованию.
Холден посмотрел ей прямо в глаза.
– На моём корабле, мисс Уэйнрайт, я подчиняюсь прежде всего безопасности экипажа и миссии. Политические интересы вторичны.
Это заявление, казалось, удивило некоторых присутствующих, но вызвало одобрительный взгляд от Алекса Нагаты.
– В таком случае, капитан, – сказал учёный, – я уверен, что наше сотрудничество будет продуктивным.
"Росинант" отстыковался от орбитальной верфи Марса точно по расписанию. Холден наблюдал с мостика, как красная планета медленно уменьшалась в обзорных экранах. Корабль взял курс на Фобос для гравитационного манёвра, который даст им начальное ускорение к Венере.
– Все системы функционируют нормально, кэп, – доложила Наоми, проверяя показания приборов. – Двигатели работают на оптимальной мощности. Системы жизнеобеспечения стабильны.
– Отлично, – кивнул Холден. – Как только выполним манёвр у Фобоса, переходим на крейсерскую скорость и устанавливаем рутинные процедуры.
Рядом с ним на мостике находился Кай Левин, молодой пилот и специалист по системам корабля. С взъерошенными светлыми волосами и постоянно движущимися пальцами, он выглядел слишком молодым для своей должности, но Холден знал, что за этим фасадом скрывался один из лучших пилотов флота и бывший хакер, чьи навыки не раз спасали "Росинант" в сложных ситуациях.
– Капитан, – обратился к нему Кай, понизив голос так, чтобы его слышал только Холден. – Я проверил коммуникационные каналы, как вы просили. Обнаружил три неавторизованных подпрограммы в системе дальней связи.
Холден сохранил невозмутимое выражение лица.
– Природа?
– Одна, похоже, от военной разведки Марса, – тихо ответил Кай. – Стандартный протокол мониторинга. Вторая более изощрённая, возможно земного происхождения. Третья… я не могу точно определить, но она явно корпоративного дизайна. Очень продвинутая.
– Ожидаемо, – кивнул Холден. – Наши гости принесли с собой свои игрушки. Можешь изолировать их без деактивации?
– Уже сделал, – ухмыльнулся Кай. – Они думают, что мониторят все коммуникации, но на самом деле видят только то, что мы хотим им показать.
– Хорошая работа, – одобрил Холден. – Держи это между нами.
Кай кивнул и вернулся к своей консоли. Холден откинулся в капитанском кресле, размышляя о ситуации. Три разные фракции пытались шпионить друг за другом на его корабле. И это было только начало миссии. Что будет, когда они достигнут венерианского объекта?
Его размышления прервал Алекс Нагата, вошедший на мостик.
– Капитан, могу я поговорить с вами?
– Конечно, доктор, – Холден указал на соседнее кресло.
Алекс сел, бросив быстрый взгляд на Наоми и Кая, затем понизил голос:
– Я хотел бы прояснить некоторые аспекты миссии, которые, возможно, не были полностью раскрыты в официальном брифинге.
Холден внимательно посмотрел на учёного.
– Я слушаю.
– Сигнал, обнаруженный около Венеры, не был случайной находкой, – сказал Алекс. – Он активировался после того, как мы вошли в марсианский комплекс Предтеч. Как будто одно устройство "проснулось" и вызвало другое.
– Это не было указано в моём инструктаже, – нахмурился Холден.
– Я не удивлён, – кивнул Алекс. – Военные контролируют информацию. Но есть ещё кое-что. В марсианском комплексе мы обнаружили то, что похоже на звёздную карту с отмеченными местоположениями других объектов Предтеч. Один на Венере, другие – разбросаны по всей Солнечной системе.
– Вы говорите, что это часть сети? – уточнил Холден.
– Именно. И я боюсь, что марсианское командование рассматривает эту сеть как потенциальное оружие или стратегический ресурс, который нужно контролировать в одностороннем порядке.
Холден задумчиво потёр подбородок.
– И поэтому здесь представители Земли и корпораций. Все хотят кусок пирога.
– Да, – подтвердил Алекс. – Но я считаю, что это наследие Предтеч слишком важно, чтобы стать предметом политических игр. Это принадлежит всему человечеству. Возможно, это шанс объединить нас, а не разделить ещё больше.
Холден изучающе посмотрел на учёного.
– Вы идеалист, доктор Нагата. Это редкое качество в наше время.
– Может быть, – улыбнулся Алекс. – Но я
