что? Это должно что-то менять?
— Да! Тебя год не будет!
— Знаешь это тоже самое, что сказать, ты целый год не будешь есть. На вот, поешь сейчас, глядишь и наешься на год вперед. Так ведь не бывает. Какая разница, когда это случится! Сейчас или через год — засмеялся Илья. Мне не было смешно ни капли. Я продолжала испепелять его взглядом, а потом, когда он произнёс следующую фразу, поняла в чем дело кроится.
— Зато будет... гарантия
Так вот в чем дело.
— Какая гарантия? Моя девственность? Это гарантия? Гарантия моей верности да? То есть ты тоже сомневаешься?! — зашипела я. Да что ж такое! Даже Илья, даже он сомневается во мне. Сговорились все что ли?!
— Прости, я не то хотел сказать, совсем не это! — попытался выкрутиться Илья, но я уже обиделась.
— Конечно, когда ты девственница это будет легче проверить, изменяла я тебе или нет. Больше же у тебя нет никаких гарантий да?! — взорвалась я.
— Саша, я не хотел тебя обидеть!
Я быстро спустилась по лестнице так, что чуть не упала. Илья же спустился наполовину, а потом попросту спрыгнул вниз, чтобы не дать мне уйти.
— Ну, прости меня, ляпнул сам не зная, что! Конечно, я тебе верю! Правда верю!
Илья обнял меня и прижал к себе.
— Веришь? Тогда идем наверх — потребовала я.
— Блин, Сашка... Ну, не могу я. Не могу. Я ведь уеду через шесть часов. Потом буду думать об этом весь год. Хотеть тебя постоянно. Это будет отвлекать и…
Илья замолчал. А я подняла на него свои глаза.
— Ты что не уверен... в себе? Давай договаривай!
— Мы же не будем ссориться накануне моего отъезда из-за того, что я отказался тебя... того...
— Ты не ответил
Илья закатил глаза.
— Я уверен в тебе, я уверен в себе и давай закроем эту тему. Я не хочу оставшиеся часы спорить и ругаться, когда нам лучше сделать — это
Я поняла, что спорить с ним бесполезно. Что ж, хочешь после свадьбы, пусть так и будет. Потерплю, чтобы осуществить его благородную мечту.
— Я уже тебе говорила это да? Ты такой благородный аж тошнит!
— Не волнуйся, мышка. Еще убегать от меня будешь, когда я вернусь — подмигнул мне Илья.
— Это кто еще убегать будет — кокетливо ответила я.
— Посмотрим
— Посмотрим
Мы засмеялись. Илья взял меня за руку и повел в дом. Там он разогнал гостей по другим комнатам, и мы, наконец, остались с ним вдвоем. Только мы. Рядом друг с другом, разговаривая почти всю ночь о планах на будущее. Радужное, как хвост единорога и такое наивное. Но мы были молоды. И очень влюблены в друг друга, смотря на реальность, через призму розовых очков, совершенно забывая о том, что живем в жестоком 21 веке.
Глава третья
— Илья тебе звонит? — спросила тетя Надя, медленно шагая по дороге, размахивая своей легонькой сумочкой. Я же несла ее тяжеленые пакеты и шла рядом.
— Да. Два дня назад звонил. Вы же знаете там связь плохая, да и телефоном пользоваться запрещено. Хорошо письма до Новосибирска доходят за три дня. Нам больше нравится общаться письмами. Я ему фотографию с выпускного отправила. Он с ней не расстается — улыбнулась я. Это правда. Как только Илья получил наше с ним совместное фото, на котором я изображена в платье с белыми крыльями за спиной в обнимку с любимым, из рук ее не выпускает.
— А к нам чего редко заходишь? — с укором продолжила тетя Надя.
— Некогда. К вступительным готовлюсь. Документы приняли. Химию я сдала. Осталась биология, которая дается мне с трудом. Да и дома снова... Ну, вы понимаете. Никому ничего не надо. Огородом занимаюсь я, уборкой тоже. Мать с отчимом пьют, не просыхая — рассказала последние нерадостные события своей свекрови я.
— Да, несладко тебе. Сходила бы на дискотеку, развеялась — предложила тетя Надя — выход — из положения. Но это не выход, а лишний повод для нее усомниться в моей верности ее сыну. За последний месяц тетя Надя изменилась. Ни разу не предложила остаться у них, когда дома снова начинались домогательства. Приходилось сбегать на речку и ночевать там. Илья об этом знал, я все рассказывала. В курсе была и свекровь, но ни разу не предложила помощь. Иногда мне казалось, что она ревнует своего сына ко мне. Илья звонил чаще мне, писал тоже. Но разве можно было ревновать его к своей невесте?
— Когда ходить? Да и ни к чему мне это. Илья начнет нервничать, ревновать. Зачем?
— Ну да, Илюша у нас очень ревнивый. Только дай повод — сухо ответила тетя Надя. Она молча забрала пакеты, когда мы оказались около ее дома. Коротко попрощалась. Даже не предложила зайти в гости на чай, как это было раньше. Я шумно выдохнула. Так, это все временные трудности и ее дурацкие сомнения. Все изменится. Ее отношение изменится, когда я дождусь Илью из армии. Год пролетит быстро. Уже месяц прошел. Осталось 11... Так мысленно я себя успокаивала каждый день. Но все это было ложью.
Меня раздражало тети Надино недоверие, раздражало, что время тянется неимоверно долго без Ильи. Да, прошел месяц. По ощущениям год. Что будет дальше? Неизвестно. И тяжело. Когда Илья был рядом все было по-другому. Тоже отношение его матери ко мне. Все изменилось. Прошло всего ничего, а уже все как-то не так. Неизменными были наши чувства. Илья не устраивал истерик беспочвенной ревности, да и я поводов не давала. Он писал мне красивые письма, которые я ждала, как глоток воздуха. И с воодушевлением отвечала на них. Я ему послала наше фото, он же в ответ прислал свое в военной зеленой форме, в окружении елочек. Интересно, где он смог ее распечатать. Фото-то недавнее. Из Новосибирска, где он проходил свою службу. От нас далековато, а вот письма доходили быстро. Когда за три дня, когда была задержка на неделю. Но ответ всегда приходил. Всегда.
Мама с отчимом ушли в долгий и, казалось, вечный запой. Все домашние дела, как всегда, свалились на мои плечи. Огород, вечно-растущая, как на дрожжах трава, особенно после дождя. А дожди в этом году, будто сговорились. Шли после отъезда Ильи постоянно. С травой я боролась каждый день, при этом успевая находить время на химию, а также готовить обед, убирать в доме и приходить к родителям Ильи, помогая, как приличная невестка еще и его
