сначала поесть спокойно.
— Я тут, от скуки, мясо какое-то незнакомое заказал, — объяснил он пустоту на столе. — Тебе и себе. Долгий какой-то рецепт. 27 минут тебя жду. Но вон уже, кажется, и несут.
Мясо оказалось здоровенными сочными круглыми стейками — во всю тарелку.
Это ж какая здоровенная должна быть животина, чтобы вырезать такой ровный и толстый кусок? Как по циркулю…
Капитан вдруг насторожился, что-то скребануло у него в памяти. Но тут он увидел входящего в столовую Дерена.
Млич тут же привстал, подзывая пилота.
— Ну что? — спросил он и глянул на браслет — все ли маячки на месте. — Выловили?
— Всё в порядке, — улыбнулся Дерен. — Всех вернули, догнали. Всё штатно.
Пилот не хотел отрывать капитана от еды и грузить проблемами. Однако кэп уже и сам кое-что вспомнил и отложил вилку.
— Ты зачем Туссекса взял? — спросил он, сдвигая брови. — Он у нас на пенсии, на правах инструктора.
— Виноват, господин капитан, — сразу же сдался Дерен. — Мне трудно было организовать шесть шлюпок за пару минут.
— А если б угробил? Или Леер бы плохо себя показал? Он же северянин.
— По итогу Леер показал себя как раз хорошо, — спокойно ответил Дерен. — Даже очень хорошо. Я ведь не сразу сообразил связь вырубить, ему пришлось хуже всех. У них на Севере облучают по полной. Хороший парнишка, если закусится. А насчёт Туссекса — медики сказали, что полет он перенёс нормально. Даже наоборот — воодушевился и согласен на ревитализацию. Он же списал себя сам — не стал в капсулу ложиться. А тут увидел, что нужен, и начмед его уговорил. Куда, мол, без тебя эта криворукая молодёжь? Он и поверил.
Туссекс как огня боялся ревитализации — это когда удаляли магистральные сосуды и выращивали их заново.
Капитан не смог его уговорить. Но и списать — рука не поднималась. А если он таким манером сам вдруг уговорился — то это дело хорошее.
Повезло Дерену. Ладно…
— А Рэмка почему в медотсеке? — строго спросил кэп, глянув на браслет.
— Ерунда. Вырубил компенсаторы во время манёвра, — пояснил Дерен. — Медик прописал сосудистую терапию. Это дня на два-три. Я посмотрел — мелкие сосуды полопались, конечно, но ничего серьёзного. А вот Бо у него в боксе, похоже, на эти два дня прописался.
— С ним-то порядок?
— Да вы кушайте, господин капитан, — попросил Дерен. — Всё там в порядке. Но Бо уже по одним полётным кривым — сразу просёк, что Рэмка его спасал. Дарам тут хватился своего блудного хатта, а они в реаниматорской головидео смотрят. Бестселлер какой-то про космос. Два пацана.
Капитан фыркнул, поднёс наконец вилку ко рту и замер.
— Это что? — спросил он, внимательно разглядывая сочный, хорошо прожаренный, истекающий соком стейк. Идеально ровный и круглый.
От него всё ещё шёл аппетитный парок.
Млич молча показал большой палец.
— Господин капитан, пробуйте. Это отличное мясо! — широко улыбнулся официант, подскакивая в полной боевой готовности — с полотенчиком через локоть.
— Да мясо-то отличное, я верю, — сказал кэп с угрозой в голосе.
Он вырос на планете-ферме. Его родители всю жизнь разводили зомоящеров, один из которых пожертвовал на стейк кусок круглой мышцы. Есть у него такая.
В детстве капитан сам сопровождал контейнеры с мясом зому для продажи и знал, что стоит один такой стейк не меньше тысячи эрго.
И на Севере, и на Юге галактики очень ценили мясо травоядных ящериц-переростков, выведенных из местных видов и рептилий Земли.
Оно было нежным, мягким, сочным, содержало все нужные человеку аминокислоты и необходимые для переваривания энзимы, которые начинали работать при правильной разморозке деликатеса.
Брикет такого мяса — а на крейсер его закупают именно брикетами весом в несколько тонн — стоил непомерных каких-то денег. Пару сотен тысяч, не меньше. От смерти, что ли, решили отъедаться на крейсере?
— У нас и хвосты есть, господин капитан, — продолжал разливаться соловьём официант.
Он ещё не понял, что его сейчас будут убивать медленно. И может быть, даже жарить.
— Хвосты-ы-ы… — протянул капитан. (Счёт пошёл уже не на тысячи, а на миллионы.) — А накладные вам кто подписывал? — вкрадчиво начал он. — На хвосты? Где главный повар? Может, просроченный какой-то товар? По дешёвке взяли?
— Да они отличные! Не сомневайтесь! — выдал себя с головой официант.
Стало понятно, что к закупкам он никакого отношения не имел.
— Я и не сомневаюсь, — сказал кэп. — Повара сюда!
Повар решил, что «Персефона» отправилась в последний путь? Мол, гори всё огнём? Персики эти «земные». Теперь вот — хвосты зому.
Самое лучшее мясо зому — это его хвост, редкий и бешено дорогой деликатес. Чтобы обеспечить хвостами даже офицерскую столовую…
Млич в разборе хвостов и копыт не участвовал — он наворачивал мясо. И когда прибежал запыхавшийся повар, зааплодировал ему.
— У вас не прожаренный стейк? — кинулся повар к капитану, грозно зыркая на преступника-официанта.
— Прожаренный. Кто накладные подписывал? — мрачно спросил капитан.
Повар замялся.
— Да не было накладных. Но я проверял, мясо — отличное…
— Не было накладных? Где вы взяли это мясо? Ограбили какого-то фермера? У меня что, уже кухня втихаря каперством промышляет?
Капитан не мог сейчас продуцировать психический накат — он очень устал. Однако повару хватило и обвинения — он побледнел и осел на стул.
— Мясо нам десантники привезли, — признался официант. — Рэмку доставили с Асконы. И мясо тоже. Сорок тонн. В подарок. Все бумаги на него в порядке, кроме накладных. Эрго они не взяли.
— Просто привезли? — не понял капитан. — Сорок тонн?
— Сказали, что раздобыли где-то случайно. Они иногда что-то подкидывают, господин капитан. Обычное дело. То персики…
Тут Дерен так широко улыбнулся, что кэп уставился уже на него.
— Ну и чего ты ржёшь? — спросил он.
— Мне кажется, я разгадал эту загадку.
— Ну?
— Ну если вы отпустите повара…
— Ты со мной торгуешься?
Дерен шутливо развёл руками.
— Можете идти, — вздохнул капитан, махнув бойцам кухни рукой. — Ну?
— Я думаю, это подарок не от десанта, а от одного вашего хорошего знакомого.
— С Асконы? Но от кого?
— На Асконе, в доме регентши, знали, что Рэм любит и компот, и мясо зому, — улыбнулся Дерен. — Он вообще любит поесть и не особенно об этом молчит. Сначала нам закинули персиков, чтобы проверить — пройдёт ли с нашей кухней такой финт. Он прошёл. И тогда привезли уже основной подарок.
— Это регентша, что ли, расстаралась?
— При всём уважении, таких средств у неё нет.
— А кто?
— Когда наследница дома Оникса обрела цвет и стала Источником, у дома сменился регент. И опекунша наследницы смогла наконец выйти замуж за
