Склонив голову, Эдриан прошел мимо женщин и взглянул в лицо Болта. Во сне его кучер выглядел изможденным. Эдриан слышал, как Эбби и Агнесс шепчутся у него за спиной. Он поднял руку – почему-то ему захотелось разгладить морщины на лбу у Болта, но… Эдриан опустил руку, едва Эбби подошла ближе к нему.
Она протянула руку через его плечо и погладила Болта по лбу – именно это Эдриан и хотел сделать.
– Он уже давно у тебя служит, верно? – Казалось, она читает его мысли.
– Да. – Эдриан поднялся, засовывая руки в карманы. – Болт учил меня ездить на пони, хотя мама была против этого. Мне было два года. Болт тогда был лишь помощником конюха.
– У него в деревне есть семья?
Эдриан покачал головой.
– Его сестра живет около Эшбертона.
Эбби поправила одеяло на плечах у Болта и положила руку ему на лоб.
– Ни следа лихорадки. Думаю, он скоро проснется.
Эдриан посмотрел на стул, на котором до этого сидела Агнесс.
– Я останусь здесь и присмотрю за ним.
Эбби взглянула на него, а затем на дверной проем, в котором стояла Агнесс. Она хмыкнула, выражая неодобрение, и снова перевела взгляд на Болта.
– Если хочешь.
На мгновение Эбби коснулась руки Эдриана, а затем вышла вместе с Агнесс и направилась вниз.
Еще секунду Эдриан смотрел на лицо спящего Болта, а затем опустился на стул и стал ждать.
В конце концов Болт проснулся. Он был слаб и охрип, но немедленно узнал Эдриана. Устроив его поудобнее, Эдриан направился вниз за чаем – это все, чего захотел Болт на завтрак. Лорду нужна была Эбби.
Попросив у Агнесс на кухне чая, Эдриан нашел Эбби в гостиной вместе с Эсме. Войдя туда, лорд лишь кивнул в ответ на приветствие – и Эсме проводила его удивленным взглядом, но, не обращая на нее внимания, Эдриан утащил Эбби прочь.
– Болт как-то нехорошо кашляет. – Он сделал рукой неопределенный жест.
– Я схожу взгляну. – Эбби одарила его нежным взглядом.
Болту понадобилась секунда, чтобы узнать ее, а затем он покраснел.
– Не стоит вам из-за меня утруждаться, мэм.
– Чепуха, Болт. Твой хозяин беспокоится о тебе – конечно, мы должны убедиться в том, что с тобой все в порядке. Теперь открой рот и давай посмотрим.
Болт беспомощно взглянул на Эдриана, но тот, стоя в дверном проеме, никак на это не отреагировал. Осмотрев горло кучера, Эбби потрогала его лоб и осторожно уложила его обратно на подушку.
– Агнесс сейчас принесет тебе чаю, а я сделаю целебный отвар. Выпьешь его, и к полудню поглядим, как ты будешь себя чувствовать.
Эбби вышла из комнаты, и Эдриан последовал за ней. Он беспокоился о Болте, но, к счастью, Эбби понимала как это, так и то, каким беспомощным он себя чувствует. Она безропотно терпела его присутствие, пока занималась приготовлением отвара, и даже давала ему поручения – подать ей то или это, достать с верхней полки банку, зажечь лампу в ее спальне.
Весь день Эдриан ходил вокруг Болта, пока Эбби не выгнала его, а затем вокруг самой Эбби, пока она читала книгу в гостиной. Он не мог сидеть и читать и расхаживал из угла в угол, будто леопард в клетке. Снова начался снегопад, и было слишком рискованно идти сейчас к двуколке. Эдриан ничего не мог сделать. Эбби, казалось, не замечала его метаний; Эсме они поначалу настораживали, но когда спустя полдня она поняла, что Эдриан не опасен для общества, стали ее забавлять. Лорд притворился, будто не замечает этого.
У Болта начался кашель, но благодаря отвару Эбби, который она постоянно готовила в течение дня, уже к вечеру стало ясно, что сильной простуды удалось избежать.
Когда ранним вечером Эдриан последовал за Эбби в каморку и поставил поднос с ужином на колени кучеру, Болт улыбнулся им обоим. Несмотря на то что он, собственно, в течение дня ничего не делал, Эдриан счел это достижением.
Так что когда лорд сел ужинать вместе с Эбби и Эсме в маленькой столовой, он был куда более спокоен. Эсме разнообразила трапезу вопросами о его лондонской жизни, на которые он отвечал честно, но осторожно. Раздумывая, как ответить на вопрос, недвусмысленно касавшийся его репутации, Эдриан поймал на себе взгляд Эбби. Она быстро отвела глаза. Если бы он увидел в них насмешку, то не стал бы заострять на этом внимание, но это была не насмешка.
Отказавшись от предложенной порции спиртного, Эдриан проследовал за дамами в гостиную.
Эбби не могла бы с уверенностью сказать, почувствовала ли она облегчение оттого, что, как это часто бывало с Эсме, ее внимание переключилось на что-то другое – забыв о существовании Эдриана, она устроилась у камина, взявшись за вязанье. Эбби, помедлив, уселась на небольшой диванчик напротив стула Эсме, Эдриан же встал с другой стороны камина, положив руку на каминную полку и глядя на огонь.
Воспользовавшись моментом, Эбби принялась рассматривать его – острые скулы, волевой подбородок. Его губы были тоньше, чем она помнила, а выражение лица более решительным. Женщина перевела взгляд на его широкие плечи, крепкий, стройный торс – почти идеальное тело, как будто вылепленное каким-то божеством. Ее взгляд скользнул по его руке, небрежно, но грациозно опирающейся на каминную полку, по кисти с длинными пальцами, расслабленной, слегка согнутой, как прошлой ночью…
Эбби быстро перевела взгляд на тетю.
Эдриан повернул голову – она почувствовала его взгляд.
– Скажи мне, – произнес он, – учитывая то, что мне придется нанимать персонал, в деревне и на соседних фермах хватит людей или придется набирать работников издалека?
Эбби заставила себя сосредоточиться.
– А сколько человек требуется в Беллевере?
– Я полагаю…
Они обсудили горничных, садовников и поваров. Полчаса спустя Эсме отложила вязанье, пожелала всем спокойной ночи и ушла. Едва ее шаги затихли, как Эдриан отошел от камина и сел рядом с Эбби.
Ее сердце забилось часто-часто – пришлось бороться со вспыхнувшим желанием убежать вслед за теткой. Эбби знала, что Эдриан пристально смотрит на нее, и напомнила себе, что не имеет никакого права на недостойное поведение.
Диван был небольшим, и плечо Эдриана было всего в дюйме от нее – она могла чувствовать тепло его тела, более сильное, чем жар камина. Придав своему лицу дружелюбное выражение, Эбби повернулась, глядя лорду в глаза, – и в то же мгновение вспомнила, что его странные янтарные очи могут видеть куда больше положенного.
«Это было раньше, – напомнила она себе, но почувствовала, что его глаза притягивают ее, и испуганно подумала: – Действительно ли что-то изменилось?» Затем Эбби отвела взгляд.
– Скажи мне, Эбби, ты рада меня видеть?
Она почувствовала, что Эдриан колебался, прежде чем задать этот вопрос.
Его голос был очень тихим – шепот чуть более различимый, чем стук ее сердца. Широко улыбнувшись, Эбби подняла взгляд.
