ищет. Но сначала она сделает то, о чем ее попросил доктор Эд.
Все жильцы («фан-клуб Эвелин», как их про себя называла Мора) пришли в ужас, когда узнали, что случилось. И с кем – с Эвелин, такой подтянутой и подвижной, несмотря на ее почтенный возраст! Первой ее обнаружила Несса, когда вернулась с утреннего купания, и немедленно вызвала скорую. Когда известия о произошедшем дошли до доктора Эда, он тут же помчался в больницу и не отходил от Эвелин, пока ее состояние не стабилизировалось и ей не назначили курс лечения. С тех прошла уже неделя.
Море, в свою очередь, поручили приглядеть за «апартаментами» Эвелин и сделать все необходимые приготовления. У нее хранились запасные ключи от всех квартир, кроме ключа от квартиры Эвелин: эта привилегия принадлежала исключительно доктору Эду. Но в то утро он наконец отдал ключ Море и попросил ее застелить там кровать. А просьбы доктора Эда для Моры были священны. Когда-то он не дал ей окончательно сорваться в пропасть, и теперь она была обязана ему по гроб жизни.
Она ушам своим не поверила, когда доктор Эд предложил ей эту работу около десяти лет назад. После того как ее настигла депрессия, она вернулась в Дублин, и доктор Эд стал ее лечащим врачом. Нервная и хрупкая, она была просто в ужасном состоянии и даже не заглядывала в другую часть города, туда, где раньше жила с одной семьей и с детьми, которых так нежно любила.
Милая Сьюзен, милый маленький Джоуи! Сейчас они, наверное, уже совсем взрослые. Она часто вспоминала их. На ее тумбочке до сих пор стояла их фотография.
Доктор Эд был так добр к ней, что постепенно она доверилась ему и рассказала все: как ей указали на дверь и с позором отправили обратно к престарелым родителям, как погубили ее доброе имя. Больше всего она жалела, что ей пришлось оставить своих подопечных, особенно Джоуи, который был еще слишком мал, чтобы понять, почему она уехала.
Но на этом ее несчастья не заканчивались, а только начинались. Ей кое-как удалось объяснить родителям, почему ее выгнали с любимой работы в большом городе и что она ни в чем не виновата. Разве она, которая так любит детей, могла допустить, чтобы они оказались в опасности? Но потом в родном городе Моры поползли слухи и в конце концов дошли до ее родителей. Те, конечно, любили дочь, но легко поддавались мнению большинства.
А большинство пребывало в уверенности, что Мора Финли всегда считала себя выше других и выше своего городка в частности, что она мнила себя слишком большой космополиткой для такого захолустья, как Лергенберри. Море припомнили все ее, казалось, давно забытые грешки: как ее и еще одного местного парня застукали за велосипедным гаражом, когда они курили и пили пиво, и как ее за это временно отстранили от занятий в школе; как она первой начала посреди зимы щеголять в коротких шортах, пускай и поверх темных колготок; и, наконец, как парни открыто называли ее «шалавой».
Никто даже не подумал, что она всегда очень любила детей и они отвечали ей тем же, что она всегда готова была сидеть с ними за гроши, а то и вовсе бесплатно; никто не вспомнил, как безропотно и самоотверженно она ухаживала за парализованной бабушкой, пока та не скончалась, и как послушно она помогала своей матери в работе по дому и на их крохотной ферме, в то время как ее отец и брат пьянствовали и кутили на местных ярмарках. Все это было забыто в один миг.
Мора пыталась отсиживаться дома, но это оказалось еще тяжелее. Вскоре ее настигла депрессия, затем случился нервный срыв, и, после того как ей чудом удалось избежать заключения в местную психлечебницу, Мора вернулась в Дублин, надеясь там выжить хоть как-нибудь, как Бог на душу положит. И Бог положил так, что Мора оказалась у доктора Эда. Тот выслушал ее, подобрал все необходимые лекарства, направил ее в группу поддержки, а потом пристроил на курсы ассистентов врача, где она смогла научиться полноценно помогать пожилым людям и людям с ограниченными возможностями.
Когда второй из ее подопечных отошел в мир иной, доктор Эд рассказал Море о своих планах поделить дом на квартиры, а также о том, что ему понадобится домоправитель и что этот домоправитель может сам занять небольшую квартирку. Уже во второй раз он спасал ей жизнь. Все это казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой. Она очень привязалась к дому, к своей работе и к арендаторам. Но потом один из них уехал, а его место заняла Эвелин Мэлоун, женщина, разрушившая ее жизнь.
И хотя Мора была в ужасе, она вовсе не собиралась сдаваться. Она никому не позволит снова отобрать у нее все: ее идеальную жизнь, работу и милую маленькую квартирку-студию. Тем более той, кого ненавидит больше всего на свете. Эвелин и так уже успела натворить достаточно, хотя их пути тогда пересеклись совсем ненадолго.
В тот день, когда Эвелин снова ворвалась в ее жизнь, она была слишком занята раздачей указаний рабочим, чтобы заметить, какое впечатление произвела на Мору. Мора же, со своей стороны, догадалась, что Эвелин так и не поняла, кто открыл ей дверь. Она не узнала Мору. Да и как она могла ее узнать? За это время внешность Моры сильно изменилась, и виной тому был не только солидный возраст. Теперь она красилась в блондинку и аккуратно одевалась. Ее некогда пухлое лицо осунулось, и на нем появились новые морщины – следы многолетней внутренней борьбы. Кроме того, Мора относилась к категории «прислуга» и поэтому в любом случае не представляла для Эвелин никакого интереса. Она не удостаивала Мору вниманием ни в день переезда, ни во все последующие дни. Гораздо больше ее занимали другие жильцы – вот на них она как раз всячески старалась произвести приятное впечатление.
Итак, Эвелин даже не догадывается, кто такая Мора, и, что еще важнее, не подозревает, что Море про нее кое-что известно. И это очень хорошо.
Эвелин предстояла реабилитация после эндопротезирования тазобедренного сустава, и поначалу Мора расстроилась, когда узнала, что к той приедет внучка. Она надеялась, что уход за Эвелин поручат ей (кому же еще, в конце-то концов?), и у нее появится больше возможностей исследовать квартиру. Но, с другой стороны, это неизбежно привело бы к неловким, если не сказать – опасным, ситуациям. Напротив, хотя сейчас ее время ограничено, она, по крайней мере, находится в
