– Все хорошо, – прошептал Тириан, – отличная ночная работа. Теперь к дому.
Они повернулись и прошли уже несколько шагов, когда Юстэс сказал: «Где ты, Поул?», но ответа не было. «Разве Джил не рядом с вами, сир?» – спросил он.
– Что? – сказал Тириан, – я думал, что она рядом с тобой.
Это был ужасный момент, они не осмеливались кричать и шептали ее имя самым громким шепотом, но ответа не было.
– Она ушла, пока меня не было? – спросил Тириан.
– Я не видел и не слышал, как она ушла, – ответил Юстэс, – но я мог бы и не заметить. Она умеет двигаться тихо, как кошка. Вы же сами видели.
В этот момент вдалеке послышался барабанный бой. Единорог навострил уши и сказал: «Гномы».
– Вероломные гномы, может быть враги, а может быть и нет, – проворчал Тириан.
– И еще приближается кто-то, у кого есть копыта, – сказал Алмаз, – и он много ближе.
Двое людей и единорог замерли. Так много всего беспокоило их, что они не знали, что делать. Звук копыт был уже совсем близко, и невидимый голос прошептал:
– Алло! Вы здесь?
Благодаренье Небесам, это была Джил.
– Где тебя черти носят? – разгнезанна прошептал Юстэс; он очень испугался за нее.
– В Хлеву, – с трудом проговорила Джил. Ей было трудно говорить, она давилась смехом.
– Ты думаешь, это смешно, – проворчал Юстэс. – Я могу сказать только…
– Вы нашли Алмаза, сир? – спросила Джил.
– Да, он здесь. А с тобой что за зверь?
– Это он, – сказала Джил. – Но пойдемте к дому, пока никто не проснулся, – и она снова подавилась смешком.
Остальные мгновенно повиновались, ведь они и так слишком долго задержались в этом страшном месте. А барабаны гномов слышались все ближе. Они шли на юг уже несколько минут, когда Юстэс спросил:
– Ты сказала «он»? Что ты имеешь в виду?
– Фальшивый Аслан, – ответила Джил.
– Что? – воскликнул Тириан. – Где ты была? Что ты сделала?
– Ну, сир, – сказала Джил, – когда я увидела, что вы повалили часового, я подумала, что было бы неплохо заглянуть внутрь Хлева и посмотреть, что там на самом деле. И я поползла. Открыть засов было легче легкого. Конечно, внутри было очень темно и пахло как в любом хлеву. Потом я зажгла спичку и – поверите ли – там не было никого, кроме старого ослика, у которого к спине была привязана львиная шкура. Я вытащила нож и сказала ему, что он пойдет со мной. Правда, можно было и не угрожать ножом. Он сыт по горло этим хлевом и готов уйти, не так ли, дорогой Недотепа?
– О, Боже! Черт меня подери! – сказал Юстэс. – Я сердился на тебя еще минуту назад. Я думал, ты бросила нас. Но согласитесь… Я имею в виду, что она сделала совершенно роскошную вещь… Если бы она была мальчиком, ее бы посвятили в рыцари, правда, сир?
– Если бы она была мальчиком, – сказал Тириан, – ее бы высекли за нарушение приказа. – В темноте не было видно, как он сказал это: нахмурившись или с улыбкой. В следующую минуту раздался звон металла.
– Что вы делаете, сир? – резко спросила Джил.
– Вытаскиваю меч, чтобы отрубить голову проклятому ослу, – сказал Тириан ужасным голосом. – Стой спокойно, девочка.
– Не надо, я прошу вас, не надо, – сказала Джил, – вы не должны, это не его вина, это все Обезьян. Осел не виноват. Он просит прощения. Он прелестный ослик. Его зовут Недотепа, и я держу его за шею.
– Джил, – сказал Тириан, – ты храбрейшая и мудрейшая из всех моих подданных, но при этом самая дерзкая и непокорная из них. Хорошо, пусть осел останется жив. Как ты можешь оправдать себя, осел?
– Я, сир? – раздался голос ослика. – Я прошу прощения, если я сделал что-нибудь неправильно. Обезьян сказал, что Аслан хочет, чтобы я оделся таким образом. Я думал, что он знает. Я не так умен, как он. Я сделал только это. Мне не слишком весело жилось в Хлеву. Я не знал, что делалось снаружи. Он выпускал меня только по ночам на одну минуту. Несколько дней подряд они даже забывали давать мне воду.
– Сир, – сказал Алмаз, – гномы все ближе и ближе. Хотим ли мы встретиться с ними?
Тириан на мгновенье задумался, а потом громко рассмеялся. А затем он заговорил и на этот раз не шепотом.
– Клянусь Львом, – сказал он, – я становлюсь все глупее и глупее. Встретить их? Ну конечно же, мы должны встретить их. Мы их обязательно встретим. Мы теперь всех встретим. Мы покажем им этого осла, пусть посмотрят, кого они боялись и кому поклонялись. Мы расскажем им правду о подлой проделке Обезьяна. Его секрет выплыл наружу. События приняли другой оборот. Завтра мы повесим обезьяну на самом высоком дереве вНарнии. Не надо больше говорить шепотом, прятаться и маскироваться. Где эти честнейшие гномы? У нас есть для них хорошие новости.
Когда вам приходится часами говорить шепотом, то один звук громкого голоса вызывает приятное волнение. Все начали разговаривать и смеяться, даже Недотепа вскинул голову и раздалось грандиозное «Иа-иа-иа». Обезьян все время запрещал ему это. А потом они пошли на звук барабанов. Барабаны слышались все громче, и вскоре они увидели свет факелов и вышли на одну из тех неровных дорог (мы с трудом назвали бы их дорогами в Англии), которые пересекали равнину. Тридцать гномов маршировали по дороге, у каждого в руках был маленький заступ, а за плечами – ранец. Двое вооруженных тархистанцев вели колонну, еще двое шли сзади.
– Остановитесь! – громовым голосом крикнул Тириан, ступив на дорогу. – Остановитесь, солдаты. Куда вы ведете этих нарнийских гномов? По чьему приказу?
Глава 7.
ГЛАВНЫМ ОБРАЗОМ О ГНОМАХ
Тархистанские солдаты, шедшие во главе колонны, подумали, что имеют дело с тарханом или знатным вельможей с двумя вооруженными пажами. Они вскинули пики в приветственном салюте.
– О, мой господин, – сказал один из них, – мы ведем этих человечков в Тархистан работать в копях Тисрока, да живет он вечно.
– Клянусь великой богиней Таш, – сказал Тириан, – они очень покорны. – Затем он внезапно обернулся к самим гномам. Каждый шестой в колонне нес факел, и в их мерцающем свете Тириан увидел бородатые лица гномов, глядевших на него злобно и жестоко. – Разве Тисрок выиграл великую битву и поработил ваши земли, гномы, – спросил он, – и поэтому вы собираетесь терпеливо идти умирать в соляных копях Награхана?
Двое солдат удивленно уставились на него, а гномы отвечали:
– По приказу Аслана, по приказу Аслана. Он продал нас, что мы можем против него.
– Пусть Тисрок попробует, – добавил один из гномов и сплюнул, – я бы хотел посмотреть, как у него получится!
– Молчи, собака! – закричал солдат, который был главным.
– Смотрите! – сказал Тириан, выталкивая Недотепу на свет. – Это все было ложью, Аслан вовсе не приходил в Нарнию. Вас обманул Обезьян. Вот кого он выводил из Хлева, чтобы показать вам. Посмотрите на него.
Раньше гномы не могли рассмотреть издали то, что сейчас увидели вблизи, и поэтому удивились, что были так обмануты. За время заточения ослика в Хлеву львиная шкура пришла в полный беспорядок, окончательно она ободралась, пока он путешествовал по ночному лесу. Большая часть шкуры сбилась в комок на одном плече. Львиная голова съехала набок, и так завалилась назад, что любой мог увидеть глупую милую ослиную морду, выглядывавшую из-под нее. Из уголка рта торчали стебельки травы (пока они шли, ослик понемногу щипал травку), и он бормотал: «Это не моя вина, я не слишком умен. Я никогда не говорил, что я – это он».
Несколько секунд гномы смотрели на Недотепу, широко открыв рты, но один из солдат резко сказал: «Вы сошли с ума, мой господин! Что вы делаете с этими рабами?» А другой спросил: «А кто вы, собственно, такой?» Они уже не салютовали, пики были опущены вниз и готовы к бою.
– Скажите пароль, – потребовал один из солдат.
– Вот мой пароль, – король выхватил меч. – Заря света разбила ложь. Защищайся, негодяй, ибо я – Тириан Нарнийский.
И он, как молния, бросился на солдата. Юстэс, вытащил свой меч вслед за королем и напал на другого солдата. Он был смертельно бледен, но я бы не осудил его за это. Удача сопутствовала ему, как это часто бывает с новичками. Он забыл все, чему Тириан пытался научить его, широко размахнулся, (хотя я не уверен, что не зажмурился) и внезапно, к своему огромному удивлению, обнаружил, что тархистанец лежит у его ног. Он испугался, хотя и испытал огромное облегчение. Король сражался на секунду или две дольше, пока не убил своего противника и не крикнул Юстэсу: «Берегись, там еще двое».
Но с двумя другими тархистанцами уже справились гномы, так что врагов больше не осталось.
– Отличный удар! – воскликнул Тириан, хлопая Юстэса по спине.
– А теперь, гномы, вы свободны. Завтра я поведу вас освобождать всю остальную Нарнию. Троекратное ура в честь Аслана!
