class="p1">Мы прибываем на смотровую площадку Монако. Я теряю дар речи от захватывающего дух вида; причудливые здания кажутся такими крошечными, словно кирпичики Lego. Кажется, что мы находимся на вершине мира. Мира, где есть только мы. Ничего вокруг.
Подползая к краю обрыва, я чувствую, как мой желудок сворачивается в узел. Еще несколько шагов, и я упаду в пустоту. Смотрю на горизонт, чтобы сосредоточиться на глубокой синеве моря, обеими руками упираюсь в камень, удерживая равновесие. Аарон сидит на краю скалы, приглашая меня занять место рядом с ним. Только когда я устраиваюсь не так близко к краю, понимаю, как высоко мы находимся. Я всегда боялась высоты, но что-то во мне хочет бросить вызов своему страху. Наверное, Аарон.
— Я прихожу сюда, когда мне нужно подумать, — говорит он, погрузившись в свои мысли. — Или когда мне нужно покричать. Можешь попробовать, никто тебя не услышит. — Он остается невозмутимым.
— Я скорее интроверт.
Аарон встает на край скалы. Еще один шаг — и он упадет. Он остается на месте, глядя на море со зловещей уверенностью. Уверенностью человека, который не боится смерти. Смельчака, провоцирующего судьбу. Молчаливый волк без стаи. Я не могу избавиться от мысли, что его что-то преследует. Его окружает темная аура, кричащая об опасности. Он поворачивается ко мне лицом и протягивает руку, его волосы развеваются на ветру. Качаю головой и крепче хватаюсь за камень позади себя. Я уже парализована тем, что сижу на вершине скалы; я не могу стоять, даже находясь в нескольких футах от края.
Он подходит ко мне, покидая край, и приседает напротив меня, чтобы снова протянуть руку. Этот человек не понимает, что такое страх. Я принимаю его вопреки себе, желая доказать ему, что я сильнее, чем кажусь. Стою на камне на безопасном расстоянии, но мое сердце начинает сильно колотиться. Крепко сжимаю руку, вероятно, причиняя ему боль, он заводит вторую руку за поясницу, внимательно изучая меня взглядом. Я сосредотачиваюсь на виде. Когда ты стоишь, все выглядит совсем по-другому; это придает сил и мощи. Хмыкаю, чувствуя гордость за себя за это достижение. Никогда бы не подумала, что смогу стоять так высоко, хотя уже через минуту снова стою на безопасной земле. Может быть, я сильнее, чем думаю.
Мы возвращаемся на траву, адреналин все еще бурлит в моей крови. Впервые в жизни я чувствую себя живой. Я наклоняюсь ближе к белому митру, когда замечаю, что Аарон погрузился в свои мысли. Его брови нахмурены, словно он пытается принять важное решение.
— Аарон, что случилось с Лонгфордом...
Он перекрывает мой вопрос.
— Расскажи мне что-нибудь о себе, Элли.
Я усмехаюсь над его прямотой.
— Что бы ты хотел узнать?
— Все, что угодно.
— Хорошо. Мне двадцать три года, у меня нет братьев и сестер. Только я и моя мама. — Мое лицо закрывается при мысли о матери. У нас с ней всегда были сложные отношения, и угодить ей стоило очень дорого. — А что насчет тебя? Есть братья и сестры? — меняю тему, не позволяя мрачным мыслям овладеть мной.
Я уже знаю, что отец Аарона — Андре ЛеБо, мультимиллиардер и председатель совета директоров сети роскошных отелей «LeBeau».
— У меня есть брат.
Я открываю рот от удивления. Но, опять же, я навела о нем справки за два дня до отлета в Монако. Это напоминание о том, что мы знаем только то, что Волк охотно демонстрирует миру.
— Сколько лет твоему брату? Вы близки друг с другом?
— Поверь, тебе не стоит копаться в моем прошлом.
— Почему?
— Потому что, Элли, я нехороший человек, — отвечает он суровым тоном.
И все же его темнота привлекает меня. Я чувствую потребность прояснить загадку Волка. Его пронизывающий взгляд поражает меня с той же силой, что и прошлой ночью. Он раздвигает ветви цветущего дерева от своего лица, наши тела почти прижимаются друг к другу. Я хватаюсь за ствол дерева позади себя, не обращая внимания на мерцающее возбуждение от внезапной близости. Дыхание Волка мягкое, но дрожащее, как у хищника, смакующего предстоящее завоевание. Он заправляет прядь моих волос за ухо. Это могло бы быть похоже на сцену из фильма — если бы мы оба не были эмоционально недоступны.
— Какой мужчина тебе нравится, Элли?
— Мне нравятся джентльмены. Я больше похожа на девушку, которая ищет прекрасного принца, чем.... — мой голос дрожит, как шепот, губы в дымке от желания попробовать грех еще раз. Я осматриваю его с головы до ног. —...чем охотника.
Он ослепительно улыбается.
— Сказки это хорошо, но...не думаю, что тебе нужен джентльмен в постели. — Он смотрит на мои умоляющие губы. — А ты, ты не создана для скуки.
В этот момент я понимаю, что нас объединяет. Мы оба скрываем свои чувства, своих демонов, используя побег. Он борется со своими демонами, потакая желаниям, потребности в плоти, необходимости контролировать себя и кого-то другого. Аарон ЛеБо — не бабник, а сломленный мужчина, пытающийся заполнить пустоту. А я — отвлекающий маневр. Его потребность сбежать. Та, которую он не может получить. Вчера он не смог взять флаг, который должен был взять, поэтому берет что-то другое. Меня.
Я отстраняюсь от него, зная, к чему приведет этот разговор. Он прислоняется к дереву, явно забавляясь моей реакцией. Обхожу Аарона, отвлекая его мысли, как могу.
— Как ты попал в Формулу-1?
— Наверное, как и все. Начал заниматься картингом, когда был подростком, и пробился в Формулу-1 несколькими годами позже, но ты, наверное, все это знаешь, это базовые знания из интернета.
Я фыркаю.
— Тогда тебе нравятся гонки?
— Это часть моей сущности. То, с чем я родился.
— И все же ты не похож на других гонщиков. — Его взгляд останавливается на мне, пораженный моим комментарием. — Я имею в виду, что быть в центре внимания — это часть твоей работы. Другие гонщики заботятся о своих фанатах, они дружелюбны и позволяют публике обожать их. Но ты, ты... — Бессердечный. Яростный. Загадочный. —...другой.
Я видела, как толпа смотрит на него, застыв между раздражением и глубоким восхищением. Почему этот человек вызывает у всех такие глубокие и противоречивые эмоции?
— Я не люблю устраивать шоу больше, чем это приходится делать на пресс-конференциях. Действия говорят громче слов.
И в этом я не могу не согласиться с Волком. Знаменитости часто сливают информацию о себе в газеты со сплетнями или публикуют в своих социальных сетях из страха стать неактуальными. Как журналистка, я больше узнаю о человеке по его окружению и повседневным действиям, чем из его пресс-релиза.
Он
