да, но мне казалось, что они все пропали. Пойдём, сядем, — сказал он, направляясь к кухне. — Я приготовлю нам всем горячий шоколад с зефирками. Это будет очень кстати…
* * *
С первого взгляда на гостиную семейства Лис становилось ясно, что её обстановка являлась результатом борьбы двух совершенно различных взглядов на жизнь: вкус Жерве, посвятившего всю свою жизнь торговле книгами, соперничал с куда более вольными идеями местной знаменитости Ариэллы, скульптора, выдающейся художницы и популярной певицы. Сама она, сидя на диване, ставила пометки в партитуре, то и дело пробуя пропеть что-то своим пронзительным голосом. Арчибальд, будучи предоставленным самому себе, ходил вокруг стола, нервно перечитывая отрывки из дневника дедушки, и остановился, только когда отец вошёл в комнату с блюдом сладостей.
— Ну, садись, зайчик мой, — ласково сказала Ариэлла и указала сыну на место рядом с собой. — Возьми чашечку шоколада, там чуть-чуть корицы. Хочешь, я напою тебе мелодию, которую сочинила сегодня утром, это поможет тебе расслабиться. Это ода горечи жизни, она пришла мне в голову совершенно неожиданно, внезапно, с бухты-барахты, когда я начала было есть грейпфрут, не посыпав его сахаром… И я ощутила а-а-а-а-а-а-а-х-а-а-а-а… Ха-а-а-а-а-а-а-ах!
— Может быть, попозже, мамочка… — перебил её Арчибальд, заметив, что отец вставляет в уши затычки из коры пробкового дуба. И только убедившись, что супруга не будет больше петь, быстро вытащил их.
— Бартоломео, — обратился Жерве к лисёнку, который тихонько читал возле книжного шкафа, — будь так любезен, пойди к себе в комнату.
— Хорошо, дедушка! — ответил Бартоломео, стараясь, чтобы его голос звучал весело. — Пойду почитаю в комнате и плотно закрою дверь, чтобы не мешать вам шелестом страниц.
— Да ладно тебе, Барти, от книги шума немного! — воскликнул Арчибальд. — Я так рад тебя видеть. Как дела, что ты читаешь?
Малюсенький лисёнок в больших очках сидел на полу по-турецки и был совершенно поглощён книгой — ведь это был восьмой том из серии «Знаменитых лесных детективов». Книга была очень потрёпанной, казалось даже, что обложка вот-вот оторвётся от корешка. Никому, впрочем, и в голову не пришло бы ругать за это юного читателя. Сам Арчибальд, а когда-то давно и Жерве, часами читали и перечитывали рассказы о волнующих приключениях знаменитых детективов Зелёного Бора — Мышки Любознайки и Крысёнка Отмычкина. Крохотный рост не мешал этим следователям распутывать самые сложные загадки. Благодаря элементарной логике и способности пробираться в такие уголки, куда крупным зверям не удалось бы засунуть и кончик носа, Любознайка и Отмычкин неизменно выводили виновных на чистую воду. А преступникам, оказавшимся за решёткой, оставалось только проклинать судьбу, по воле которой их смогли поймать такие малыши. Стоит ли говорить, что невероятные расследования, сопровождавшиеся опасными приключениями, разгадкой тайн и неожиданными поворотами событий, всегда вызывают огромный интерес подрастающего поколения.
— Всё в полном порядке, дядя Арчибальд! Честно говоря, эту книгу я уже перечитываю. Я прочитал все двенадцать томов раза по три, не меньше! Не могу дождаться, когда выйдет последний том!
— Когда заглянешь в магазин, я посоветую тебе кое-что новенькое… Ах, нет, вообще-то… — вдруг опомнился Арчибальд.
— Не волнуйся, дядя, всё будет хорошо. Мышка Любознайка всегда говорит, что судьба улыбается отважным. А отваги нашей семье не занимать. Ладно, пока!
Лисёнок весело улыбался, но выглядел он тщедушным и совсем слабеньким. От его шагов по комнате не шевельнулись занавески, не поднялась ни одна пылинка с пола. «Надеюсь, у него всё в порядке, — подумал Арчибальд, глядя, как племянник закрывает за собой дверь в комнату, где когда-то жил он сам. — Уже год, как его родители уехали…»
Но тут Арчибальд вспомнил о том, с чем он сюда пришёл, и повернулся к отцу, который с отсутствующим видом потягивал горячий шоколад с зефирками.
— Папа, почему Селестен утверждает, что книжный магазин принадлежит семье Волков?
— Я знаю только, что вся эта история началась примерно в то же время, когда было основано наше дело. Думаю, что давным-давно между твоим дедом и семейством Волков что-то произошло, но он никогда не рассказывал мне об этом. Он говорил, что раньше магазин принадлежал им, но потом, после какой-то ссоры, Волки больше и носа не показывали в Зелёном Бору. Во всяком случае, до сих пор. Мне бы и в голову не пришло, что в один прекрасный день кто-то из них явится сюда и заявит свои права.
— А почему они поссорились?
— Понятия не имею, — вздохнул Жерве, и глаза его наполнились слезами. — Я искренне надеялся, что этот момент никогда не настанет, но случилось то, что случилось. Мне надо поразмыслить обо всём. Вы не обидитесь, если я поднимусь и прилягу?
— Ну, конечно же, нет, папа, — успокоил его Арчибальд, понимая, что отец очень расстроен.
И пожилой лис, шаркая тапочками, медленно поднялся по лестнице.
— Я уверена, что ты найдёшь выход из положения, зайчик мой, — проворковала Ариэлла, поглаживая сына по морде. — Твой отец выглядит очень строгим и ответственным, но ты же знаешь, насколько он чувствителен…
— Хотел бы я что-нибудь сделать, мама, что-нибудь, что позволило бы нам найти правду и вернуть себе магазин, но я не знаю, откуда начинать поиски…
— Может быть, оттуда, откуда всё началось? — спросила мать, целуя сына в ухо. — Я пойду, Арчибальд, мне пришла в голову одна мысль относительно моей новой картины.
Обдумав материнский совет, лис одним глотком допил свой шоколад и отправился в зимний сад, расположенный в глубине дома. На уютной веранде, тишину которой нарушало лишь жужжание пчёл, он сначала услышал хриплое дыхание и неразборчивое бормотание, а потом увидел укутанного в шерстяное одеяло и погруженного в свои мысли старика в кресле на колёсах — Корнелий сидел точно в том же положении, в котором Арчибальд оставил его несколько недель назад. Прошло много лет с тех пор, как он в последний раз произнёс осмысленную фразу. Но сегодня в кармане рабочего фартука Арчибальда лежал дневник старого лиса, и он надеялся, что это волшебным образом пробудит воспоминания деда.
— Дедушка, как дела, как ты себя чувствуешь? — осведомился Арчибальд, подсаживаясь к Корнелию.
В лучах заходящего солнца он увидел, как старый седой лис слегка приподнял голову.
— Я очень рад тебя видеть, — продолжал Арчибальд, гладя деда по плечу.
Корнелий, чьи глаза, казалось, были по-прежнему устремлены в прошлое, любезно улыбнулся, положил свою лапу на лапу внука и ответил надтреснутым голосом:
— Счастлив познакомиться с вами, господин Лис.
Братство мастеров пера
Буря, разразившаяся двадцать лет назад в
