пропал с разрезающего космическое пространство корабля, так и не нашелся.
Но за Соней он все-таки присмотрит. На всякий случай.
Заметно повеселев, Лиам вскочил с койки, накинул собственную рубашку, не форменную – у него сейчас по графику было свободное от работы время – и покинул каюту.
В коридорах без мальчишки на гравикате было непривычно тихо и безопасно. Пока тот, получив от родителей взбучку, сидел в каюте и думал о своем поведении, можно не оглядываться по сторонам из опасения, что сейчас из-за поворота на тебя налетит неугомонный ребенок и собьет с ног. Или сам разобьется – и вот это гораздо хуже! Потому как Соне, которая едва не утонула вместе с мальчишкой, достались лишь претензии, что она плохо смотрит за пассажирами, а Эрику – скромные чаевые.
Весь коллектив “Звездного странника” надеялся, что под “домашним” арестом мальчишка просидит как можно дольше. В идеале – до конца рейса. Ах, мечты…
Комната отдыха персонала значительно уступала в роскоши любому помещению, отведенному для пассажиров, но в ней все же было достаточно уютно, чтобы она никогда не пустовала. Отдыхающие между сменами не переводились здесь в любое время корабельных суток, хотя сам Лиам считал более правильным выспаться в собственной каюте. Но игнорировать такое замечательное место, куда стекаются слухи, он не мог, потому уже считался здесь завсегдатаем.
Приключенческий голофильм сегодня собрал небольшую компанию из пары барменов, надорианина из службы безопасности, одного из пилотов и официантки, которая явно скучала и не скрывала этого.
Лиам вспомнил ее имя. Таша, смешливая и разговорчивая любительница строить глазки. О ходе расследования, конечно, больше всего знает надорианин, но мы раньше не общались, да и повышенной болтливостью эти рептилоиды не отличались.
– Неинтересный фильм? – спросил Лиам у девушки, присаживаясь рядом. Та пожала плечиками.
– Нормальный. Просто я его уже видела, а поменять на другой никто не хочет, – она капризно надула губы и бросила кокетливый взгляд из-под ресниц.
Лиам уже знал, что нравится ей, как, впрочем, и каждый не старый мужчина на этом корабле. Ничего такого, дисциплина на “Звездном страннике” была мало что не армейская – Лиама даже на ностальгию пробивало, и шашней во время рейса себе никто не позволял… Но кто запретит молоденькой и хорошенькой девушке вот так кокетливо стрелять глазами?
Он сделал вид, что сражен наповал, а она – что поверила. Потом они переместились к игровому центру, перебрасываясь шутливыми фразочками… Пустяшный разговор сам собой свернул на интересующую Лиама тему. Все-таки исчезновение одного из пассажиров посреди рейса все еще было самым ярким и загадочным происшествием на “Звездном страннике”. Затмить его не смогли ни несчастный случай с Белозеровой, ни исчезновение драгоценностей самоназванной аристократочки с периферийной планеты – тем более, что те нашлись почти сразу же среди ее же вещей.
– Как испарился! – восторженно пищала Таша, не забывая гонять своего героя по экрану. – Мистика какая-то!
– Или отправился в мусоросжигатель, – ответил ей более опытный и циничный Лиам. Однако, заметив, как перекосилось лицо девушки, поспешил исправиться: – Но не думаю, что на корабле летит кровожадный маньяк, истребляющий… Кого там? Он кто вообще? Чем занимается?
– Энергетикой, – вдруг подал голос надорианин, до этого, казалось, полностью поглощенный фильмом. – Производство топлива для плазменных двигателей. Не самый крупный в этом сегменте, но исключать происки конкурентов не стоит.
– Такой богатый, – мечтательно протянула Таша. И тут же с явным сожалением в голосе добавила: – И такой женатый.
Ребята, прислушивающиеся к разговору не отрываясь от голофильма, громко заржали, не стесняясь вспыхнувшей румянцем официантки.
– Ничего смешного, – срезал их надорианин. – Если этот тип не найдется в ближайшее время, то начнется официальное расследование на высоком уровне, а круиз свернут на ближайшей остановке. Пассажирам вернут деньги, а вот персонал получит космический ветер в карманах.
Лиам вместе со всеми изобразил всемирную скорбь по ускользающей зарплате. Но не мог при это не подумать, что для всех это был бы наилучший выход. Вряд ли неизвестный диверсант ставил своей целью всего лишь сорвать круизный тур. Скорее всего, это наоборот разрушит его планы.
Незнакомого человека было не жаль, и Лиам совершенно негуманно надеялся, что от ближайшей планеты их развернут обратно.
Погоняв ее немного с Ташей электронных монстров под пустячную болтовню, он возвращался к себе в каюту и прикидывая, как с имеющимися в его распоряжении средствами незаметно подключиться к системам видеонаблюдения корабля. «Звездный странник» не рядовой пассажирский корабль, и меры безопасности на нем соответствовали самым высоким запросам взыскательных пассажиров. Чтобы сократить путь, Лиам свернул из технических коридоров в парадный, для пассажиров,, что вообще-то в свободное время обслуживающего персонала не приветствовалось.
И увидел Соню, маленькую куколку Соню, с рук которой еще бинты не сняли, в окружении явно разгневанных рептилоидов.
13
Соня Белозерова
В Галактический союз входили всего две рептилоидные расы, и по иронии судьбы, прекрасно уживаясь со столь отличными от них гуманоидами, они терпеть не могли друг друга. Присутствие обеих этих рас в ограниченном пространстве корабля означало, что конфликт – дело времени. И вопрос лишь в том, обойдется ли он без кровопролития, или же мой лимит везения вышел еще там, на Лазурите, когда нас с Тамми быстро нашли и вытащили из моря.
Сигнал порткома со срочным требованием немедленно явиться к помещению 122-А застает меня на полпути к медблоку. Под ускоряющими заживление полимерными бинтами все отчаянно чешется, и больше всего хочется сделать вид, что сигнала я не видела, и продолжить свой путь. А лучше – плюнуть на все, сорвать с рук повязки и с наслаждением почесаться.
Портком истерически вибрирует, а сообщения становятся все более паническими. С тяжелым вздохом разворачиваюсь и иду разводить руками очередной локальный апокалипсис.
У двери с литерой 122-А, где находится солевая сауна, разворачивается маленькая межрасовая война. Рыдает, отчаянно хлопая горловым мешком, шинадец-подросток, баюкая в руках свой хвост, бросаются на врага его родители, насыщенно-теракоторые бесхвостные шинадцы. В глухой обороне стоит у стены возвышающаяся надо всеми надорианка, однако и она вот-вот сорвется, судя по поднявшемуся дыбом гребню на голове, который обычно плотно прижат к черепу.
– Господа, – обращаюсь к рептилоидам, которые едва ли обращают внимания на невысокую представительницу гоминид. – Уверена, мы разрешим все противоречия мирным путем.
Однако уверенный голос и форменный комбинезон все же оказывают влияние. Во всяком случае, шипят теперь не только друг на друга, но еще
