кулак. Ей богу, сработал на автоматизме! Я, честно, не хотел. После удара стряхнул боль с собственных костяшек, глянул на отлетевшего идиота, который не ценит то, что у него есть, и молча ушел, оставляя безумие этой ночи позади.
Я не скоро забуду её. Более того, я не скоро захочу забыть. Запру воспоминания в чертогах своей памяти под амбарный замок, и буду доставать в самые сложные периоды жизни, чтобы вспомнить, как может быть хорошо. Просто, чтобы удержаться на плаву. В последнее время мне действительно не хватало чего-то такого. Какого-то псевдо-якоря, который сможет удержать от ошибки на задаче.
Домой вернулся, когда было уже совсем светло. Открыл железную дверь, разулся, прошел в комнату, где спала Таня. Посмотрел с минуту на её красивое безмятежное лицо, а после ушел в душ, чтобы смыть с себя запах другой. Запах той, что в какой-то миг свела с ума одним только своим прикосновением мягких губ и тихой просьбой.
От этого воспоминания реакция тела почти мгновенная. Ледяная вода и сжатые до боли зубы, чтобы успокоится.
Не сейчас, Стагаров. Сейчас о ней думать нельзя.
После душа лёг на кровать, обнял Таню и поцеловал в затылок. Никакой тебе щемящей нежности, никакого ускоренного биения сердца. Никогда такого с ней не было. Зато всегда спокойно и стабильно.
— Вернулся? — спрашивает сонно.
— Угу.
— Как мальчишник?
— Как мальчишник, — отвечаю устало. — Все пьют, все веселятся. Ничего нового, Тань.
— А стриптизёрши? — спросила сквозь хорошо различимую улыбку в голосе.
— Не было. Стас слишком любит Нюту, чтобы позволить себе подобное поведение по отношению к ней.
— Ну-ну, — хмыкнула и замолчала, погладив мою ладонь. — Спи, Слав. Скоро вставать.
Спать не хотелось. Хотелось думать. Много думать, но этого делать было нельзя. Ведь я, как любой обученный человек начну просчитывать варианты, что рано или поздно приведёт к приведению в исполнение.
Чуть крепче обнял Таню и закрыл глаза, погружая нетрезвый мир во тьму.
Глава 3
Три дня спустя
Бескровные губы и стеклянный взгляд, направленный прямо на меня. Достаточно молодая девушка лежала посреди зала собственного дома. Следов насильственной смерти нет, но я точно знаю, что она умерла от укола в шею шприца с неизвестным веществом. Судмедэксперт уже заканчивал осмотр тела на предмет других следов, но пока ничего не обнаружил.
Я же осматривала обстановку на наличие улик. Первым делом, когда вошли в глаза бросились две чашки с допитым из них кофе и пакетированным зелёным чаем. То есть либо до смерти, либо на её момент в квартире находился гость, с которым она беседовала. Наиболее вероятно, что именно он убийца, поскольку отсутствие отпечатков пальцев на чашке с чаем говорило о том, что следы заметали. Очень бы, конечно, хотелось, чтобы убийца где-то просчитался, но это маловероятно.
Натянув резиновые перчатки, я подобралась к серванту, где хранились какие-то папки с документами. Там оказался полный набор, включая свежую копию трудовой книжки. Просмотрела все записи и поняла, что Селезнёва Антонина Григорьевна работает начальником отдела кадров в торгово-развлекательном комплексе. Информация, полученная от соседей, подтвердилась. Жаль только никто не видел, кто именно приходил к убитой в гости.
— Лиз, тебя там Прокопенко просит.
Я обернулась и посмотрела на младшего лейтенанта Давлатова, отводящего глаза от тела. Он новенький в ОВД. Мне крайне редко приходилось работать в этой команде, поскольку именно на этом участке редко случаются преступления связанные с моим профилем.
— Сейчас.
Я сложила все документы обратно в папку и пошла к выходу. Женька ожидал меня с побитым видом уставшей собаки, что неделю таскалась по улицам в поисках еды.
— По делу? Если нет, то я сейчас занята, Прокопенко.
Друг вытащил из портфеля синюю папку с бумагами и протянул мне.
— Тут новая оперативная информация от Потапова. Ваклонский сказал, чтобы ты изучила внимательно и сделала выводы.
Я нахмурилась, не понимая, что происходит. Взяла папку и открыла. И прямо с первых строк погрузилась в какой-то ад. Сводки, доносы, протоколы допросов за последние два дня, фото с камер видео наблюдения… И во всём этом кошмаре, убитая была главной фигуранткой, что означало, что концы опущены в воду.
— Когда? — поднимаю я глаза на Прокопенко, — уже понимая, что неизбежное случилось.
— Уже, Лиз. Торговый комплекс в центре на набережной. Семеро вооруженных и заминированные выходы. Всё ОВД на ушах. Сворачивайтесь здесь и поехали. Там Ваклонский рвёт и мечет. Связь недоступна — всё заглушили в радиусе трёхсот метров. Я в машине подожду.
Я судорожно выдохнула и кивнула, чувствуя, как горлу подступает паника. Обернулась и направилась обратно в зал, где лежало холодное тело. Цепким взглядом оглядела всё, подошла к серванту, снова перебрала папки, проверила ящики, шкафчики, осмотрела ковёр на наличие инородных предметов и очень удивилась, когда под столом нашла золотую запонку с красивым камушком в оправе.
В руки не взяла. Сначала должен отработать фотограф.
— Ребят, тут улика, — сказала и продолжила осмотр.
Всё тело дрожало. На данный момент я едва ли могла себя контролировать, потому что чувствовала свою вину. Из-за меня могут погибнуть люди. Нет, не то, чтобы я где-то накосячила. Я просто вовремя не сделала свою работу. Вчера была слишком занята поисками информации о деле погибших девушек, что были связаны с группой бывшего отсидка Лихачёва. Была задача собрать на него данные, а ведь я могла бы присутствовать на допросе, если бы знала о его проведении Потаповым. Сукин сын, мог бы и сообщить, так нет же! И чего только добивался, спрашивается?!
Я не могла не думать об этом. Мрачно перебирала чужую сумочку и заставляла мозг активно работать. Вчерашний допрос одного из наркодилеров явно указал на новую структуру, которую мы не могли проследить до верхушки. Ваклонский очень многое сделал, чтобы вскрыть её, как нарыв, но никто из агентов не мог назвать и одного имени, невзирая на близость главаря группировки, как не могли назвать конкретных их целей помимо сбыта небольшой партии наркотиков в народ. А тут… Взяли, да поздно. Исходя из его слов, они на полученные от наркотиков деньги закупали оружие. Автоматы, гранаты. Наркотики привозил некий курьер по кличке Видимый, которого в действительности видели лишь единожды. Он же и увозил оружие. Вся связь односторонняя, на данный момент оборванная, что не радовало.
Каким боком тут убитая? Убитая была начальником отдела кадров, она же вполне могла устраивать на работу в торговый центр людей, которые не будут вызывать подозрений, чем пользовался тот, кто был связан с группировкой, поскольку именно для него
