рядом с собой на песок перед тем, как заговорить с Майло, и так и не подняла. Меня охватило темное облако страха. Как я верну его? Если прилив не доберется до него первым. Я сказала МакКензи, и она тут же закричала, чтобы Тай остановил яхту.
— Подожди! Катрине нужно вернуться за телефоном.
С явным раздражением Тай натянул спасательный жилет.
— Что ж, нам лучше поторопиться. Я попробую подплыть поближе. — Он бросил мне спасательный жилет, и я застегнула его на себе, когда он подвёл яхту всего на пару ярдов ближе к берегу.
— Пошли. — Он выпрыгнул из кабины с фонариком в руке.
Я последовала за ним к трапу, и мы быстро спустились вниз.
— Мне так жаль, — кротко пробормотала я.
— Неважно, — простонал он, — просто убедись, что помнишь, где ты его оставила.
Я поспешила к тому месту, где мы с Майло сидели, миновав жутковатое зрелище пустых стеклянных бутылок и догорающих углей костра. Тай последовал за мной, освещая нам путь фонариком.
— Там! — прокричала я. Он сунул фонарик мне в руки.
— Иди и принеси его. Быстро. — Он кипел от злости.
Почти дрожа, я завернула за угол, оставив Тая там, где он, казалось, был рад меня ждать. Мой телефон так и лежал на песке, и я шагнула вперед, чтобы поднять его.
Как только я начала разворачиваться и направляться обратно, песок под ногами сдвинулся, казалось, сам по себе, и остановил меня на месте. С океана подул странный, тревожный ветерок, и в воздухе повеяло холодом.
Я услышала слабый свист ветра, который быстро перерос в жалобный стон скрипящего дерева. Пологие волны у кромки острова начали становиться все выше и агрессивнее, перекатываясь и вспениваясь, пока не разошлись в стороны, словно лепестки, открывая просвет на поверхности воды всего в тридцати метрах от берега.
К этому моменту меня охватил ужас, и я застыла на месте. Вода закрутилась спиралью и поднялась в воздух морской дымкой, которая, как туман, попала в луч света от моего фонарика. Что-то угрожающее вырвалось из воды, сопровождаемое звуком старого дерева, гнущегося и ноющего под давлением. Ветер усилился и взметнул мои волосы назад, вырывая перья из того, что осталось от изящных ангельских крылышек у меня на плечах. Сильные порывы ветра так гнули деревья вокруг, что я думала, те переломятся пополам. Я почувствовала слабость, меня почти парализовало от сцены, развернувшейся всего в нескольких метрах от меня. Корабль. Гниющий, покрытый водорослями галеон выныривал из океана прямо у меня на глазах, словно кит, всплывающий на поверхность.
Слабый лунный свет давал мне достаточно ясности, чтобы разглядеть бесконечные слои ракушек, поднимающихся по корпусу и покрывающих видавшую виды фигурку русалки, вырезанную на носу. Соленая вода водопадами стекала с бортов, когда корабль выровнялся на воде. Волны начали стихать, и ветер стал устойчивее.
На мачтах развернулись изношенные паруса, испещренные разрывами и дырами, но каким-то образом сильный ветер все еще поддерживал их. Изнутри корабля раздался резкий, хрипловатый голос.
— Поднять флаг, поднять паруса!
На мачте медленно начал подниматься драный флаг, столь же потрепанный временем, как и паруса. Когда флаг достиг вершины мачты, ветер откинул его назад, обнажив культовый черный флаг с изображением черепа и скрещенных костей.
С корабля начали доноситься новые голоса. Это кричали мужчины, но я не могла разобрать, о чем они говорили. Изо всех сил заставляя ноги двигаться, я, наконец, нашла в себе мужество повернуться и спрятаться в листве. Оттуда я выглянула из-за пальмы. Там появилась темная фигура, гордо стоявшая у основания носа корабля, обозревая все это.
Он был задумчив и подавлял любого другого человека на палубе, и одного его роста было достаточно, чтобы заставить кого-нибудь бежать в противоположном направлении. Его темно-красный капитанский китель цвета крови развевался на ветру и распахивался, открывая пристегнутый к груди пистолет. Он мог быть ровесником моего отца, и суровые брови над его стальными глазами придавали ему такой вид, словно он был зол на весь мир и готов сорвать злость на том, кто имел несчастье заговорить с ним. Надвинув свою черную капитанскую шляпу пониже на голову, чтобы ее не сдуло ветром, он посмотрел в мою сторону. Я почувствовала, как кровь застыла у меня в жилах, когда лунный свет упал на его лицо. Пустыми глазами сломленного человека, который выглядел так, словно потерял все и был в ярости из-за этого, он уставился в мою сторону. Меня охватил ужас, когда выражение его лица не изменилось, и я молилась, чтобы он меня не увидел.
Я чувствовала, как его взгляд пронзает деревья, сердце бешено колотилось в груди. Вскоре голоса на корабле стали громче, и его смертоносный взгляд потух. Он отвернулся, когда голос внизу призвал его к вниманию.
— Правый борт свободен, капитан, и якоря подняты! Куда мы поплывем сегодня? — Сквозь звон мечей, металла и цепей я едва могла разобрать слова.
— Бросьте якорь, — приказал капитан, и его слова растаяли, как темный дым, когда он оглянулся на узкую полоску берега, разделявшую нас. — Я не планирую покидать остров сегодня вечером. — И, наконец, я нашла в себе силы развернуться и побежать.
Я была в шоке и запыхалась, когда добралась до Тая. Пробежав мимо него, я, не раздумывая, бросилась обратно в воду, стремясь поскорее убраться с острова.
— Какого черта? Успокойся! — крикнул Тай позади меня, пытаясь догнать. Слишком потрясенная, чтобы сформулировать связный ответ, я просто вскарабкалась обратно по трапу, переводя дыхание, промокший от морской воды.
— Ты нашла телефон? — спросила МакКензи. Я смогла выдавить из себя лишь дрожащий кивок. Я хотела рассказать ей о том, что только что видела, но не знала, как это выразить словами. Тай бросил спасательный жилет на пол и невозмутимо запрыгнул обратно в кокпит. Неужели он, по крайней мере, не почувствовал странного ветра и не увидел пенящиеся волны?
Я оглянулась, чтобы посмотреть, смогу ли я еще разглядеть корабль, который, как я знала, я видела. Остров служил щитом для тех, кто был на яхте, скрывая то сверхъестественное событие, которое происходило за ним в море. Там ничего не было. Ни малейших признаков присутствия пиратского корабля. Вода вокруг острова даже не выглядела потревоженной. Я, однако, все еще дрожала. Теперь я поняла, почему ходили слухи, что на острове водятся привидения.
— Ты в порядке? — спросила МакКензи. — У тебя такой вид, будто ты увидела привидение.
— Что бы ты сказала, если бы я ответила, что видела? — Удалось мне выдавить между вдохами.
Тай прокричал с верхней палубы:
— Счастливого Хэллоуина, неудачники! За этим мы и пришли! —
