времени. Тогда ему казалось, что у них все хорошо. И вдруг она собрала вещи и уехала, пока он был на работе. Письмо она приклеила магнитом на дверцу холодильника, зная, что именно туда он первым делом направится, вернувшись с работы.
Блейк отогнал непрошеные мысли. Он достал из холодильника накрытые тарелки и разогрел их в микроволновке по одной. Прихватив на обратном пути поднос, поставил его перед ней рядом с диваном.
Устроившись напротив, на другом диване, он спросил:
— Ты спрашивала доктора насчет памяти?
— Да.
— Когда, по ее мнению, память может вернуться? — После того как Алиса ушла от него, ничего не объяснив, он никак не мог понять, почему именно сюда она пришла в первую очередь.
— Все сложно. При травмах головы все у всех бывает по-разному.
— Возвращение памяти очень поможет следствию. — Он вовремя поднял глаза и успел заметить разочарование у нее на лице. — А чего ты ожидала, Алиса? Ты развелась со мной. Помнишь?
Она кивнула.
— То есть я, конечно, не помню, но верю тебе, когда ты говоришь, что я сама так решила. Хотя по-прежнему не могу понять почему.
— Ты не просто «так решила», ты приняла решение, не посоветовавшись со мной и не назвав мне реальной причины своего ухода.
— Вот как…
Он шумно вздохнул:
— Знаешь, Алиса, давай покончим с тайнами. Если тебе нужна моя помощь, придется честно отвечать на мои вопросы. Что еще сказала Саманта?
Она подняла голову, их взгляды встретились.
— Она сказала, что мне можно держаться за самые драгоценные воспоминания, которые находятся в сердце.
Ее слова заставили его замолчать. Неужели теперь они заговорят о чувствах? Кому-то нужно заклеймить его словом «придурок» на лбу.
— Послушай, я вовсе не хотел…
— Нет. Не надо. Я намерена прямо сейчас остановить тебя. Я не помню, что между нами произошло и почему ушла от тебя именно так. То, что я пока ничего не могу вспомнить, не означает, что я не несу ответственности за свой поступок. Я понимаю, что сильно ранила тебя. Блейк, я могу лишь попросить прощения за то, что сделала. К сожалению, я не могу вернуться в прошлое и все изменить. Все мои инстинкты толкают меня к тебе, а не от тебя. Поэтому я в таком же замешательстве, как и ты. Но ты имеешь полное право на меня сердиться.
Блейк внимательно слушал. Теперь она говорила как та Алиса, которую он когда-то знал и которую полюбил. Однако он не забывал и о существовании второй Алисы — той, которая разбила ему сердце, вырвала его из груди…
— Погоди… До меня только что дошло, что ты не попросил врача сделать тест на отцовство. — От потрясения ее голос стал выше на пару октав. — Позволь спросить, почему?
— Сейчас для меня задача номер один — отправить за решетку типов, которые пытались причинить тебе боль. Во вторую очередь подумаем о том, как вернуть тебе память. Все остальное только отвлекает от главного.
— Что ж, логично. — Она выпятила подбородок. Ее знакомый воинственный жест он видел много раз. — Теперь можно кое о чем тебя спросить?
— Валяй.
— Как по-твоему, почему я ушла?
Глава 7
— Из-за твоего отца.
При упоминании отца у Алисы защемило сердце. Как она могла забыть о том, что папа умер? Может быть, все дело в секретах памяти. Она постаралась забыть о том, что причиняло ей боль… И все равно непонятно, почему смерть отца вызвала у них с Блейком разлад.
— Из-за его смерти? — уточнила она, надеясь на разъяснение.
Блейк кивнул:
— Мне показалось, после смерти твоего отца между нами выросла стена. Ты перестала со мной разговаривать. Все чаще задерживалась на работе… — Он откусил кусок мяса, принялся жевать. — Мне показалось, тебе нужно побыть одной.
— И ты дал мне такую возможность.
— Мне показалось, тогда тебе нужно именно это, — признался он, быстро убирая намек на сожаление в своем тоне.
— Но сейчас, оглядываясь назад, ты так не думаешь?
— Я не уверен, что поступил правильно. Еще тогда внутренний голос подсказывал, что лучше поддержать тебя… Я же с головой ушел в работу и внушал себе, что даю тебе отдохнуть. — На миг его лицо омрачилось. Он опустил голову и принялся крошить вилкой остатки буррито со стейком. Он не ел, а просто гонял мясо по тарелке.
— Я работаю? У меня есть работа? — Странно, что она совершенно забыла, чем была занята.
— Да, насколько мне известно. Ты унаследовала фамильное дело от отца. Если ты не продала фирму, значит, ею кто-то управляет, скорее всего, именно ты.
— Меня могли похитить, чтобы украсть деньги из компании?
— Конечно, все возможно, но… Насколько я понимаю, вы не гребли деньги лопатой. — Блейк пожал плечами. — У меня сложилось впечатление, что ты в основном жертвовала своим временем ради отца… чтобы не огорчать его перед смертью. Правда… — Прежде чем закончить фразу, он сверкнул глазами. Как будто передумал говорить, что у него на уме, и вместо того снова принялся за еду.
Алиса решила, что, возможно, лучше не настаивать. Если вопрос важный, он обязательно всплывет снова.
— Как по-твоему, можно будет сегодня вечером съездить ко мне на работу? Порыться в бумагах, в файлах…
— Можно. Если хочешь, я организую полицейское сопровождение до твоего дома… или квартиры?
Она пожала плечами:
— Я не помню, где живу! Может быть, на работе найдется и мой домашний адрес. Должно быть, я вытеснила из головы новый адрес вместе с другими воспоминаниями.
Где-то на столе завибрировал мобильник. В его поисках он едва не перевернул поднос и тарелку. Следующий жест доказывал его спортивное изящество. Одной рукой он подхватил тарелку, а другой — подвинул поднос дальше от края, ухитрившись каким-то чудом не швырнуть вилку в стену. — Неплохо, О'Коннор! — с улыбкой заметила Алиса.
— Меня не зря называют Блейк-Торопыга!
На сей раз ее улыбка была неподдельной. На долю секунды барьеры между ними упали, и они снова стали общаться легко и непринужденно, как раньше… Конечно, в спальне все было по-другому. Там их просто неудержимо тянуло друг к другу… Но сейчас вспоминать о спальне было примерно так же полезно, как пытаться выжать молоко из апельсина. Поэтому Алиса развернулась к мобильному телефону.
— Привет, Лиз! — сказал Блейк, вставая из-за стола.
Услышав это имя, Алиса насторожилась. Она не сомневалась, что Лиз влюблена в ее бывшего мужа. Алиса замечала опасные признаки, еще когда Лиз была напарницей Блейка, хотя Блейк искренне уверял, что между ними ничего нет. В глубине души Алиса понимала, что он
