– И конечно же он представил все необходимые рекомендации?
Джек пожал широкими плечами, откидываясь на спинку стула.
– Тогда они казались идеальными. Теперь придется проверить еще раз.
Натали угрюмо кивнула.
– Как вы думаете, что могло толкнуть его на это? – поинтересовалась она, начиная допускать справедливость обвинений Джека. – Может, у него был на вас зуб?
– Возможно, хотя мне так не кажется. Боюсь, это обыкновенная жадность. Он имел дело с огромными суммами денег и неожиданно увидел способ перевести часть их на себя. Все могло начаться с малого. Например, сперва небольшой процент с каждой сделки направлялся им на какой-то посторонний счет. Но поскольку одна операция автоматически влечет за собой множество других, поступления на этот счет могли начать расти со скоростью снежного кома. Возможно, даже быстрее, чем ему самому хотелось бы. Когда Лемэр понял, что приближается конец финансового года и все счета должны будут пройти аудиторскую проверку, он сообразил, что афера откроется, запаниковал и сбежал.
– А Морис?
Джек криво усмехнулся.
– Не знаю. Может быть, простое совпадение, что он заболел как раз в это время. А возможно, именно его болезнь и положила всему начало. Как вы говорили, Антуану было нелегко справляться с собственной работой и с работой Мориса одновременно. Он мог допустить какую-то ошибку, а поняв, что произошло, решил оставить все как есть. Лемэр далеко не первый молодожен, вдруг выяснивший, что бремя финансовых проблем с появлением семьи становится слишком тяжким, – добавил Джек с некоторым цинизмом.
– Ага, теперь вы готовы приплести к этому и меня? – Глаза Натали метнули зеленые молнии. – Вы полагаете, я из тех жен, которые постоянно требуют новые ковры в тон обоям или шубы под цвет туфель? Ну так вот, к вашему сведению, если бы мне это понадобилось, я вполне могла бы купить все сама. Симон позаботился, чтобы...
Удачно брошенный на пол кусок круассана раскрошился, предоставив желанную возможность прервать разговор.
– Моника, разве можно швыряться едой? – отругала Натали дочь, наклоняясь, чтобы собрать крошки бумажной салфеткой.
Может быть, и не стоило так набрасываться на Джека, но уговаривать себя быть благоразумной в его присутствии – пустое занятие. Она теряла голову, стоило ему появиться в поле зрения.
Теперь, когда ее круглый животик был набит, Моника принялась выяснять художественные возможности круассана, потроша его и рассыпая кусочки по подносу, стоявшему перед ней.
– Надо же! – воскликнул Джек, с веселым изумлением наблюдая за тем, как ребенок полностью отдался игре. – Похоже, ей это доставляет удовольствие. Сколько сейчас вашей дочери?
– Чуть больше двух лет, – ответила Натали, отодвигая поднос подальше от Моники. Выудив из все той же бездонной сумки салфетку, она ловко вытерла ей лицо и руки. – Вот теперь ты хорошая девочка!
– Хоосая деочка, – эхом откликнулась довольная Моника, кивая золотистой головкой.
Последние полчаса она не обращала на Джека никакого внимания, но сейчас, лишенная увлекательного занятия, явно решила переключиться и очаровать этого человека, недавно по явившегося на ее горизонте. Одарив его лучезарной – улыбкой, она вдруг заметила яркий, металлический блеск под снежно-белой манжетой рубашки и требовательно протянула к нему ручонку.
– Чего она хочет? – озадаченно спросил Джек.
Натали рассмеялась.
– Ваши часы. Ах ты, маленькая попрошайка, – ласково заворчала она, поглаживая розовую пухлую щечку. – Юная золотоискательница... Нет-нет, не надо! – в тревоге добавила Натали, видя, что Джек снимает часы с руки. – Она может бросить их на пол.
Он криво улыбнулся, снова застегивая браслет.
– Вообще-то, считается, что они противоударные, но я никогда не задавался целью проверить это. Спасибо за предупреждение. Я еще не вполне привык к детям такого возраста.
– Заметно, – откликнулась она с суховатой усмешкой. – Дайте ей лучше ключи от машины, она их очень любит.
– Ключи от «астон мартина»? – переспросил он, недоуменно выгибая бровь и доставая требуемое из кармана. Джек позвенел ключами перед носом девчушки, предоставляя ей самой дотянуться и схватить их. – А вы не боитесь, что это гораздо скорее привьет ей золотоискательские наклонности?
– Я надеюсь воспитать в ней стремление заиметь такие же самостоятельно, – ответила Натали, и в глазах ее заплясали чертики.
Джек рассмеялся, зачарованно наблюдая за тем, как Моника дотошно исследует ключи, поворачивая их и так и сяк, разглядывая брелок, засовывая маленькие пальчики в кольцо и, наконец, пробуя на вкус.
Сидя за столом напротив него, Натали в свою очередь следила за Джеком с тайным интересом. Его черты смягчались по мере того, как он, пусть и с трудом, подпадал под непреодолимое обаяние се маленькой дочери. В нем не было непринужденной веселости, присущей Антуану. Она даже представить себе не могла Джека корчащим смешные рожи или строящим из пальцев забавные фигурки, но, как ни странно, он нравился Монике.
Если бы они встретились при других обстоятельствах, все, возможно, сложилось бы иначе... «Это всего лишь пустые мечтания», – упрекнул ее голос рассудка. Какими бы ни были обстоятельства, будущего у ее отношений с Джеком Венделом все равно нет. Он из тех, кто все в жизни получает без особых усилий – деньги, женщин... Все, чего ни пожелает. И, как ребенок, у которого слишком много игрушек, легко ему доставшихся, он, должно быть, быстро устает от них. Он всегда будет в поисках нового развлечения, нового вызова – идет ли речь о том, чтобы захватить под свой контроль еще одну компанию или соблазнить еще одну женщину.., Сделав над собой некоторое усилие, Натали вернулась к теме предыдущего разговора.
– Разве у вас нет племянников?
Джек покачал головой.
– У меня не было ни братьев, ни сестер. Я – единственный и неповторимый... Так, кажется, говорят?
Она бросила на него вопросительный взгляд. Ее любопытство было подогрето неожиданным проблеском простой человеческой грусти за холодным официальным фасадом.
– У вас было одинокое детство?
Приоткрывшиеся было створки раковины вновь захлопнулись, и он отделался от ее вопроса неопределенным пожатием плеч.
– Не особенно... Мне не с чем сравнивать. А вы собираетесь заводить еще детей?
– Я... я как-то об этом не думала, – растерявшись, не сразу ответила Натали. – Но я, конечно, не стану обзаводиться другими детьми только для того, чтобы Моника не была единственным ребенком. Есть другие дети, с которыми она может играть, а братья и сестры далеко не всегда уживаются друг с другом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
