несколько раз выспросить у неё, к чему все эти детали, но лекарша не стала с ним откровенничать.
— Шприц тебе мочевой пузырь промывать, а остальное для лаборатории иллюзиониста. Не стану же я раскрывать всех его секретов, — отмахнулась она, от его вопросов.
Дворф взял чертежи и с некоторым интересом посмотрел на неё. Впервые, он встречал такую странную женщину, особенно женщину-алхимика и лекаря.
Проводив своего пациента до выхода из театра, Хельга вспомнила, что обещала, да и сама очень хотела зайти на заводик Гелиота Нейжи. Дворф и здесь ей помог, проводил до двухэтажного локобаса, парового автобуса ходившего по рельсам, окутанного белым паром раскланялся у дверей и напомнил, на какой станции следует выходить.
Наконец-то Хельга по настоящему ощутила себя частью нового прогрессивного общества. Внутри локобаса оказалось душно, от работающего на пару двигателя. Сиденья для пассажиров были обтянуты дешевой тканью, какого-то землистого цвета. Под потолком располагались ярко-красные поручни. Салон локомобиля разделяла на две части громоздкая лестница, с железными решетчатыми ступенями.
Не добравшись до нужной станции, локобаз сломался и Хельге пришлось выйти на незнакомой ей улице, мощеной красной плиткой и покрытой лужами.
В Раудвиле всегда стояла унылая погода. Серые облака густой пеленой заволокли небо над городом. Пики храмов утопали в этой серой мгле облаков. Дождя не было и это считалось хорошей погодой. Сейчас настало время обеда и с заводов к лавочкам и трактирчикам потянулись работяги,желающие перекусить. Из проходной моторно-парового заводика братьев Горвуд, находившегося в начале Сталелитейной улицы, хлынула толпа в серых рабочих робах. В основном дворфы и люди. Аслау редко трудились на заводах.
Хельга поймала пробегавшего мимо неё чумазого мальчишку и просила:
— Послушай, парень, как добраться до завода господина Нейджи?
— Садитесь на конку номер девять, госпожа, и поезжайте до Кирпичной площади, там спросите, — ответил он и глянул на ладонь девушки, видимо ожидая поощрения.
Хельга сунула ему желтоватый медяк и побежала в сторону остановки, на которой уже собралось приличное количество народа. Справа от неё громко зазвучал клаксон, послышалось пыхтение, словно в закрытой кастрюле кипела вода, и резкий оклик человека в желтом цилиндре:
— Смотри куда прешь! — прорычал водитель строгого черного паромобиля с витиеватым гербом на двери. — Раздавлю как вошь!
Из кабины автомобиля показалось надменное лицо с пышными рыжими бакенбардами. Похоже в этом паромобиле сейчас ехал какой-то важный тип и девушка с необычным цветом волос не могла не привлечь его внимания.
Хельга тоже хорошо успела рассмотреть этого напыщенного господина в сюртуке и с голубой лентой на плече.
«Пижон!» — подумала она и заприметив конный трамвайчик, прибавила шагу, и помчалась к остановке, перепрыгивая лужи с маслянистыми пятнами. Конка была практически пуста в это время. Днем рабочие трудились в цехах.
Хельга сунула медяк, кондукторше и прошла в салон. На переднем сиденье сидела парочка юных аслау и чуть подальше несколько старушек, которые, как девушка поняла из разговора, ехали до бесплатной больницы.
Если старики и к ней никакого интереса не проявили, или в силу своего возраста и мудрости, не стали в упор рассматривать чужестранку, то аслау без стеснения пялились на нее во все свои зеленые словно чистейший малахит глаз. Рогатый, сереброволосый парнишка, слишко откровенно гладил подружку по коленке, что, в даже в раудвильском прогрессивном обществе, как поняла Хельга, считалось моветоном. От опытного взгляда будущего врача не ускользнула и та деталь, что зрачки у молодых людей были неестественно расширены.
Конка ровно и медленно шла по рельсам, ее тянули четыре бурых тяжеловоза, поэтому и билет на этот вид городского транспорта стоил дешевле. И этот транспорт явно пользовалась спросом у небогатых жителей Раудвиля. Те что позажиточнее предпочитали передвигаться на своих экипажах, паромобилях или двухэтажных локобазах.
Все это очень напомнило Хельге рабочий район, в котором она раньше жила с матерью, еще в той, другой жизни.
Конка замедлила ход, но совсем не остановилась.
— Выходить вам, мисс? — напомнила кондуктор и взглядом указала на высокий забор выложенный из красного обожженного кирпича и на заводскую проходную, которая находилась напротив остановки.- Вот он, завод-то паровых машин гражданина Нейджи. Ноги не переломайте, а то придется останавливать.
— Ну и дела, — проговорила Хельга, примеряясь спрыгнуть на ходу с железной ступеньки конки в открывшуюся дверь. — Сервис.
Парочка аслау, проводили её взглядом и закинули в рот по черному масленистому кусоку чем-то больше похожего на уголек.
Взобравшись по ступеням и войдя в тесноватое помещение заводской проходной, Хельга оказалась перед чисто-выбритым лицом высокого человека лет сорока в зеленой форме и фуражке и широком поясе из обычный фон на котором висела дубинка в роде тех которыми полисмены «угощали» местную шпану.
— Добрый день, — постаралась она как можно увереннее поздороваться. — Я к господину Гелиоту Нейджи.
Охранник с подозрение осмотрел девушку в страном платье и с розовыми волосами.
— Вы не ошиблись дверью, мэм? Это…
— Завод паровых машин господина Гелиоса Нэйджи, — подтвердила посетительница.
Второй охранник, совсем молодой, тот что сидел рядом со столом, на котором стоял телеграф, переспросил:
— Мэм,вам назначена встреча?
— Да, сэр Гелион сегодня лично пригласил меня на свой завод. Я лекарь, Хельга, так и представьте.
— Хорошо, мисс Хельга, ожидайте, — сказал молодой мужчина в фуражке и учтиво пригласив ее занять на свободный стул рядом с собой, начал быстро стучать по отполированный до зеркального блеска чёрной кнопке телеграфа, отправляя сообщение о прибытии визитера.
Хельга присела на стул и стала рассматривать паромобили, которые, похоже, въехали через ворота завода на его территорию ранее я и теперь виднелись за окнами проходной. Среди них, заприметила она и ту самую машину с гербом, на которой ехал господин с пышными бакенбардами имевшие наглости звание задавить её. Правда Хельга и сама была отчасти виновата в том, что слишком много крутила головой, не смотрела на дорогу, но это уже совсем другая история.
«Гм, и этот здесь.»
Прошло еще несколько минут, прежде, чем телеграф охранника звякнул и из него стала выползать бумажная лента с ответом, на посланное им сообщение. Парень бегло прочитал его, снял фуражку, пригладил и так очень аккуратно убранные волосы и сообщил:
— Господин Найджи сейчас занят и велел сопроводить вас в комнату для переговоров. Прошу за мной.
Второй охранник, тот что постарше, делавший до этого серьезный вид и давил своей
