Это что вообще? Причем тут какие-то медиаторы…
– При всем! Это успокоительные и психостимулирующие таблетки, их выписывают при неврозах и стрессе, а еще для усиления умственной активности. Макс был основным мозгом нашего проекта и сам же полетел продавать его индусам, у него, похоже, совсем крыша ехала, раз он прибег к таким средствам.
– Это что? Какой-то наркотик? – он сбил меня с толку, что еще за секреты были у Максима от меня.
– Сама ты наркотик, его неврологи и психотерапевты выписывают, по рецепту можно купить. Что-то типа легкого антидепрессанта. Ты что не замечала, что Макс перерабатывал и психовал?
– Я замечала, что его дома почти не было, что он до ночи где-то торчал и скорей всего у своей любовницы. Если ему надо было успокаивать нервы, чтобы изменять мне, то он еще больший козел, чем я думала!
– Ева, как же ты выворачиваешь все в нужную тебе сторону?
– Да иди ты! Ты для чего приехал, впаривать мне его историю болезни? – я вскочила с дивана, но была быстро поймана и усажена назад.
– Дослушай до конца! – Лешка злился, – я ездил к нему сегодня поговорить, после того, что ты мне сказала. Чуть не набил ему лицо, а потом послушал его бредовую версию событий. И в ней есть смысл, так что сделай одолжение, выслушай меня, раз его не хочешь.
– Тоже мне миротворец нашелся.
– Я ищу истину! Так вот, Макс в самолете не мог уснуть и выпил своих таблеток чуть ли не тройную дозу, надеясь, что они его отключат. Но они не сработали как надо, черт знает почему, может, не ел целый день. А когда он приехал уже ко мне домой, по сути, обдолбанный и дерганый и с дикой головной болью в качестве побочки, то спросил, есть ли что от головы. – Лешка почему-то виновато развел руками, – я про его таблетки ничего не знал, как и ты. Но факт в том, что я отправил его на кухню, где у меня аптечка, он там выпил самый обычный Нурофен.
– И что это объясняет? Что у него перестала болеть голова, и он смог от души потрахаться? Супер! – во мне все кипело, мозг отказывался воспринимать эти убогие сказочки.
– Он мне сказал, что запил таблетки соком, Ева, – пытался он мне втолковать, – на кухне не было сока! Я там коктейли подготовил, там стоял целый поднос алкогольных коктейлей с соком. И приличного градуса я тебе хочу сказать. Макс махнул сразу два стакана с таблетками, как он сказал, пить очень хотелось. Он походу в своем состоянии не почувствовал, что там алкоголь.
– То есть он напился, ты хочешь сказать?
– Нет, – выражение лица брата стало вмиг крайне мрачным, – я хочу сказать, что твой муж, Ева, чудом в больницу не отъехал от такого коктейля. Или в морг, – добавил, видимо, для пущего эффекта, – ты не в курсе, какие побочки у ибупрофена в смеси с алкоголем? Почитай в инструкции, если мне не веришь, и про его таблетки я могу тебе инструкцию кинуть, он мне название сказал, – Леша полез в телефон, чтобы что-то там открыть и показать мне, – я почитал после разговора с ним, там такой букет! Если выпить этот нейростимулятор с алкоголем, то он многократно усиливает его действие, может привести к сонливости, бреду, галлюцинациям и обморокам, а еще коме! – Леха уже читал с экрана, а меня это начинало злить.
– Почему я должна в это верить? Откуда я знаю, что ты не договорился с Максимом рассказать мне такую удобную версию? Вместо той, где он надеялся успеть перепихнуться с любовницей, пока я не приехала, а я заявилась пораньше и все испортила?
– Да что мне его на анализ крови тащить что ли? Я могу! Давай! Докажу тебе! Я же тебе сказал еще по телефону, что я Макса разбудить не мог, когда ты уехала со словами «спроси у него». – Лешка кривлялся, изображая меня и мою реакцию. – Я ведь пошел и попытался спросить, и он действительно был в спальне, только, сколько я его не тряс, он не проснулся. Я-то в итоге посчитал, что его так сильно вырубило из-за бессонницы его этой дурной, и что в самолете не спал опять же. Подумал все, аварийное выключение, организм взял свое. Ну и оставил его в покое.
– Ты серьезно? – я не верила своим ушам.
– Да! А почему нет то? Я вообще подумал, что ты на него именно за это обиделась! Мол, приехала такая вся расписная, соскучилась, запрыгнуть на него хотела, а он там в полной отключке дрыхнет! Думал, психанула, мало ли что, бывает, гормоны, ПМС и что у вас там девчонок иногда накатывает.
– Ну, ты и дебил, а про Злату я тогда зачем спросила? Когда уезжала. Если я просто на спящего Макса обиделась?
– Ты же не сказала, что он с ней спит, ты просто спросила, кто это! – съязвил он, – точней надо формулировать вопросы. Я вообще не понял, причем тут Злата. И потом в комнате у Макса ее не было, я вообще ее не видел до самого утра. Она где-то по дому шарилась, пила, отдыхала, как и все. Только утром уехала, уже не помню во сколько, могу по камерам на воротах посмотреть.
– А ты не думал, что она и ночевать могла вместе с Максом у тебя? – мне пришла в голову мысль, которая больше не уходила и все еще сильней усугубляла, – раз жена скрылась с горизонта и теперь можно все спокойно продолжить? Может, они там и дальше развлекались, пока ты с гостями пьянствуешь?
– Ну, тогда она конченая извращенка, сомнофилка какая-нибудь, потому что я очень сомневаюсь, что она могла разбудить Макса, если я не смог. Какой от него толк, если он как овощ? Скажи спасибо, что он вообще проснулся!
– Не скажу! – разозлилась я, – потому что лучше не стало от того, что он проснулся!
– Ты серьезно? Уже смерти ему желаешь? – Лешка тут же включил режим лучшего друга и попер в защиту, – что считаешь, такая хрень с этой любовницей уже достаточный повод?
Я все же вскочила с дивана и возмущенно взмахнула руками.
– Не делай из меня чудовище! И дуру не делай! Думаешь, я не понимаю, что ты пытаешь оправдать лучшего друга, с которым у тебя общий бизнес и это будет хуже развода? Тебе что он дороже родной сестры? Вот это ты мне хочешь сказать?
Лешка тоже встал и навис надо мной как грозная белобрысая туча.
– Мне никто не дороже! Я
