огляделся, словно не желая оставаться один в квартире, где только недавно был покойник. — Жесть какая-то, — продолжил он. — Ко мне залез в квартиру и умер мой сосед. Кому рассказать, не поверят.
Участковый остановился в дверях.
— И не такое бывает. В том году мужика поймали, ну то есть как поймали, с асфальта соскребли. Так вот, этот придурок повадился по квартирам в окна лазать и гадить в прямом смысле этого слова. Если бы сам не сковырнулся с подоконника, пока лез, так бы и ловили до сих пор этого засранца. Так что вам ещё повезло… наверное.
И он оставил Артёма наедине с пустой квартирой. Тот постоял немного в прихожей, словно прислушиваясь к посторонним звукам, затем прошёл на кухню, замер в нерешительности прямо в дверном проёме. Надо сказать, что он никогда не был особенно суеверным. Над байками-страшилками посмеивался, не считая их чем-то интересным и достойным внимания. Но сейчас Артём с удивлением для себя обнаружил, что ему страшно. Причём страх этот не имел какой-то выраженной формы. Он не боялся увидеть на кухне ожившего старика, тянувшего к нему немощные руки. Нет.
Это всё голливудский вздор.
Будто доказывая себе этот постулат, молодой человек сделал несколько твёрдых, слишком широких шагов и встал там, где недавно лежало тело его соседа. Ну вот. Ничего не произошло, что и требовалось доказать. Однако в горле мгновенно пересохло. Сердце забухало в груди, как старый дизельный мотор. Артём мог бы поклясться, что видит, как от каждого удара колышется поло на груди. Стены крохотной кухни поплыли, стали вдруг в разы больше, сдвинулись с мерзким чавканьем и нависли над крошечным глупым человечком. Артём в панике огляделся, схватил пульт от телевизора, лихорадочно нажимая на все кнопки.
Плоский синтетический звук мира извне вернул всё на свои места. Полегчало.
— Дерьмо случается, — проговорил он вслух. Хотя скорее прокаркал. Голос неприятный и какой-то чужой.
Сделал большой глоток воды из стоявшего рядом пластикового чайника. Поперхнулся, закашлялся, и вода пошла носом. Выругался, швырнув грёбаную пластмассу в раковину. Звон битой посуды стал результатом вспышки ярости. Вспомнил недавнее своё сравнение с богом. Теперь он бог, трясущийся от страха. М-да.
Артём вернулся в прихожую, проверил замок и вставил ключ. Так вроде бы открыть труднее будет снаружи. Но кому теперь открывать? Его гость сейчас отдыхает под простынёй, окружённый кафельной белизной.
А вдруг он был не один? Конечно! Это банда стариков-домушников! Они залезают в чужие квартиры, заправляют кровати и греют чайники.
— И теперь они придут мстить, — зловеще проговорил Артём, глядя сам на себя в зеркало.
Любой страх, если его довести до абсурда, бледнеет и рассыпается практически на глазах. Артём этого не знал. Но сработал защитный механизм. Мозг избавлял хозяина от ненужных эмоций и переживаний, даже когда тот сам этого не осознавал. Добравшись до кровати, он заснул почти сразу. И только телевизор на кухне продолжал монотонно бубнить что-то своё, как шаман, отгоняющий злых духов.
Проснулся Артём ближе к полудню. Голова была тяжёлой, как обычно бывает, если ложишься под утро и спишь до обеда. За окном шумел дождь. Потянулся в кровати, встал и отдёрнул занавеску. Тягучая серая пелена воды простиралась насколько хватало глаз. Обычно он любил дождь, его бесконечно мягкий шум и свежесть, которую тот приносил с собой. Но в этот раз что-то было не так.
— Это какие-то неправильные пчёлы, Пятачок! — сказал он вслух, рассматривая безрадостный пейзаж за окном.
Дождь был… злой. Словно из тяжёлых гранитных туч изливалась вся ярость небес. Вода не стекала мирными струйками по окну, а колотилась в него изо всех сил, как обманутая жена ломится в квартиру, где её муж спешно пытается спрятать любовницу.
— Невменяемый дождь, сосед — психопат-домушник, — пробурчал он себе под нос. — Я слишком стар для этого дерьма.
Артём умылся, помялся секунду перед входом на кухню, памятуя вчерашнее происшествие, и шагнул к включённому телевизору. Переключил на «2х2» и под аккомпанемент вступительных титров из старых добрых «Симпсонов» начал свой новый день.
После завтрака Артём созвонился с хозяйкой квартиры, однако ничего нового для себя не узнал. Конечно, она пришла в ужас от его истории, но помочь ничем не могла. Сосед и сосед. Заходил иногда к маме с цветами, к ней — с конфетами. И всё. После, проклиная разбушевавшуюся стихию, Артём добежал до участкового. Ещё раз что-то подписал, подождал, пока полицейский сделает копию расписки с места аварии, и мелкими перебежками от подъезда к подъезду вернулся домой.
Закинул промокшую одежду на сушку в ванной, взял со столика из прихожей навигатор и плюхнулся с ним на кровать. Битых полчаса крутил его в руках, надеясь найти хотя бы намёк на происхождение устройства, но безуспешно. Навигатор оставался молчаливым пластиковым монолитом, совершенно не планируя расставаться со своими секретами. Закралась мысль подковырнуть где-нибудь отвёрткой. Но риск случайно что-то сломать был слишком велик. Тогда Артём включил его и полез изучать настройки. В самом низу основного списка нашлась иконка «Об устройстве». Однако там тоже было негусто.
Только серия ничего не говорящих ему цифр и букв. Вероятно, серийный номер? Слабая, но всё же зацепка.
Артём достал из шкафа ноутбук, включил и бегло прогуглил указанный номер. Но, как и предполагал, особых результатов не получил.
Он не заметил, как задремал, и ему приснился тот школьник, испуганно жмущийся к вагону ярко-оранжевого трамвая. Внезапно вагон начал заваливаться набок, а мальчик, не замечая этого, стоял и смотрел на него. Артём бежал к нему, пытался кричать, предупредить, но без толку. Он словно застыл в каком-то вязком киселе. Ноги не слушались, голос пропал, а мальчик всё стоял и смотрел. Затем робко улыбнулся, протянул свою маленькую ручку. Огромный оранжевый вагон накрыл его тенью и с громким лязгом обрушился вниз, сминая детское тельце, словно куклу.
Артём проснулся от собственного крика. Сердце бешено колотилось, лоб покрылся липкой испариной, во рту было невыносимо сухо. Вечерние сумерки скрадывали комнату в неприятной серой полутьме. Коробочка навигатора лежала на груди. Полежал ещё с минуту, приходя в себя, затем скинул устройство на диван, тяжело встал и пошёл в душ, включая везде свет.
Глава 8
Константин всегда свято верил, что он везунчик. Даже несмотря на то, что осиротел в 8 лет, из-за неисправных тормозов встречного грузовика, заехавшего на автобусную остановку, где стояли родители. В детском доме Костя сразу подрался с задирой из старшей группы. Конечно, ему задали трёпку, но тем не менее уважение он заслужил и не
