Не заметив с моей стороны возражений, Костя кивнул.
— Ну что же, прекрасные виды нужны организму, как и свежий воздух! Без этого человек, не человек! Мы принимаем ваше предложение!
С удивлением слушал я своего друга. В этой далекой стране грубый дома Костя неожиданно сделался довольно дипломатичным.
Продолжая беседовать на космические и околокосмические темы, мы пошли по улицам, залитым где вечерним светом, а где и помоями.
Хотя солнце, как уже говорилось, стояло невысоко, и давно пора была появиться тени, она все отсутствовала, прячась в ямах и подворотнях города. Прозрачные облака лениво тащились по небу. Под ними лениво тащились мы.
Миновав несколько горячих улиц, мы остановились перед погруженным в зелень, двухэтажным европейским особняком.
— Мой скромный дом! — Джек с трудом растворил огромные ворота. — Прошу, джентльмены!
Ступив за ним в прохладный сад, мы изумленно огляделись.
— Ого! — сказал Костя. — Вы тут один живете?
— Только я! — Джек улыбнулся. — Вернее, — он поднял указательный палец, — я и мои мечты!
Продолжая восхищаться, мы пошли по дорожке из каменных плиток мимо пышных деревьев. Под ними белело около десятка статуй. Все они были с кувшинами или другими сосудами, как бы намекая на род занятий хозяина дома. Из сосудов в канавки лилась прозрачная вода. С веселым журчанием она пробегала по саду и в конце концов впадала в бассейн, формой напоминавший здание американского Пентагона. Посреди него возвышалась самая крупная фигура. Она, как я неожиданно понял, изображала самого хозяина дома. Из бочки, которую тот с сердитым лицом держал над головой, клокоча и пенясь, низвергался небольшой водопад. Отсюда поднимался расползавшийся по саду туман.
Я перевел удивленный взгляд на Джека, сравнивая его со статуей. Он угадал мои мысли и улыбнулся.
— Да, да. Эти скульптуры сделаны по моему заказу. Кроме меня тут представлены все мои друзья. Вот это, — он показал на крепкого человека с горшком, словно собирающегося зачерпнуть воды, — мой сосед, а это, — он ткнул пальцем в другую статую, — компаньон. Если мы с вами, господа, подружимся, тут появятся и ваши скульптуры!
Костя завистливо оглядел утопающие в зелени владения.
— Видимо, наладка насосов дело прибыльное!
— Вы правы. — Джек кивнул — Но дело не только в деньгах. Я люблю свое дело, которое приносит людям столько пользы! Единственное, что мне нравится больше, это стоять там, наверху, и мечтать! Прошу!
Оставив бассейн, мы вслед за Джеком поднялись по лестнице на веранду. Там он подошел к ограде и поманил нас. Присоединившись к нему, мы оглядели лежащий внизу город. Джек был прав, панорама отсюда открывалась действительно замечательная! В лучах заката полз Меконг, похожий на огромную золотую змею. На его берегах лежал город, где текла такая же неспешная тропическая жизнь. Вокруг шевелились пальмы — они напоминали руки, обмахивающие своего изнуренного зноем владельца.
— Хорошо! — Костя с наслаждением вдохнул теплый ветер. — Мне кажется, было бы лучше, если бы Меконг тек чуть-чуть левее… — мой друг прищурился. — Впрочем, и так неплохо!
— Вам нравится? — Джек был явно польщен, будто и город, и Меконг, и все, что мы видели, принадлежало ему. — Знаете, господа, я люблю вот тут стоять и мечтать о чем-нибудь великом, глядя, — он махнул рукой, — на этот удивительный пейзаж!
— Вы правы, — Костя снова пошевелил ноздрями, — лучшего места для фантазий и придумать нельзя! — немного подумав, он добавил: — Хотя о чем вам еще мечтать с таким домом, я, честно говоря, не понимаю!
Еще минут пять мы, молча, стояли у ограды, оглядывая Пномпень. Наконец я почувствовал, что сейчас мои ноги подогнуться от усталости и невольно оглянулся на диван.
— Мечты, конечно, бывают разные, — сказал я. — Но сейчас у меня только одно желание, посидеть!
Видимо, сознание Джека к этому моменту унеслось довольно далеко от дома, возможно даже, за пределы Камбоджи. Во всяком случае, от звука моего голоса он вздрогнул. Посмотрев на меня с некоторым укором, он подошел к холодильнику, вынул бутылку газированной воды и сделал жест в сторону дивана.
— Присаживайтесь, джентльмены!
Хозяин дома поставил бутылку на стол и окружил ее тремя стаканами, один из которых был надтреснут.
— Спасибо! — Я с облегчением опустился на диван.
Рядом сел Костя.
— Не за что. — Джек погрузился в кресло напротив, затем наполнил стаканы и внимательно посмотрел на нас. — Но вода, господа, это для настоящей мечты слабо! Мечтать надо мощнее! Мечтать надо, не зная пределов! — он торжественно взмахнул бутылкой, породив в ней вихрь пузырей.
— Да? — Костя с улыбкой взял переданный мной стакан и откинулся на спинку дивана. — Может, тогда поделитесь с нами своими мечтами? Не исключено, что мы попытаемся последовать вашему примеру!
Джек с сомнением посмотрел на моего друга. Он поставил бутылку на правый край стола, но потом, передумав, переставил на левый.
— Видите ли, — он кашлянул, — мои мечты, гм, довольно неожиданны…
Мы с Костей переглянулись.
— Ничего, ничего, — мой друг приободрил хозяина дома улыбкой, — нам в нашей стране с разными мечтами доводилось сталкиваться. Знаете, социализм, коммунизм… Так что нас трудно удивить. — Он допил стакан и налил в него новую порцию воды. — Начинайте, не бойтесь!
— Ну что ж, хорошо! — Джек встал с кресла и прошелся перед столом, собираясь с духом. Наконец он повернулся к нам. — Видите ли, господа, меня тревожит деятельность человека…
Костя поднес шипящий от газа стакан ко рту, но в последний момент остановился.
— Какого человека?
— Человека вообще! То есть, человека, как такового!
Наморщив бледный, еще не успевший загореть, лоб, Костя озадаченно посмотрел на меня.
— Что-то я не понимаю…
Джек порывисто указал за ограду.
— Оглянитесь! — Вслед за рукой потянулось его тело, и он невольно сделал несколько шагов к Меконгу. — От деятельности человека одни минусы! Как это можно не замечать?!
Мы бросили взгляды за ограду. Однако ничего ужасного там не было. За спокойным Меконгом лежал совсем уж покойный горизонт, разделявший уже темную землю и пока светлое небо. Правда, он действительно напоминал гигантский минус. Над ним пересекал небо самолет, смахивающий на крохотный плюс. Впрочем, он скоро скрылся за горизонтом.
— Наш мир катится… — Джек протянул руки к исполинскому минусу, будто хотел сорвать его с места и разломить на куски. Однако, упершись на своем пути в ограду, хозяин дома замер, не зная, как окончить мысль.
