Потом появился Виктор. Короткий разговор, машина, вертолёт, северное сияние… Вот!
Это сияние!
Возможно, научное объяснение в нём! Это портал между мирами. И пусть в нашем мире это считается фантастикой, как и общение с призраками… но с деньгами и возможностями Виктора, всё может быть осуществимо… Откуда нам простым смертным знать, чем там на досуге балуются богачи — полетами на луну, изобретением машины времени, или общением с инопланетянами.
Идём дальше.
Норвегия, замок, зима. Если по определению, возможность портала реальна, то и остальное тоже. Любое время, любое место. Это неудивительно. Вопрос только в том, отчего именно этот выбор, и с чем он связан. Попробую это разузнать чуть позже. Думаю, Виктор не откажет в этой малости, раз нужно его полюбить… но метка на шее казалась никак не объяснимой.
Выходит, наша встреча: и первая, и вторая, с самого начала не были случайностью. Всё шло по накатанной, по чьему-то плану-
Абрамову не нужна была девушка из толпы, пусть и очень красивая, и любвеобильная. Ему нужна была определенная, чем-то выделяющееся особь, пусть и не сговорчивая, ворчливая и не обладающая сногсшибательным обаянием. Не для любви и близких отношений, а другой цели… и каждый второй знает куда шли невинные молодые девушки в средневековые времена — на жертвенник…
И ею стала я. Бьюсь об заклад, что, кроме моей мамы и бабушки, по всему свету не сыскать женщин с родинкой на определенном месте. Легче найти иголку в стоге сена или сытого волка в зимнем лесу. Эта мысль мне не понравилась. Очень не понравилось.
— Шшшш! — зашипел голос. Я вздрогнула, и подняла глаза. — Шшшш! — снова повторила Ингри. Она стояла рядом, бросая недовольные взгляды. Теперь и я смотрела на неё — и мы обе не знали, кто от кого, и что хочет. Если я правильно поняла женщина числилась здесь кем-то типа прислуги. На руках висело свежее сухое белье, возможно она хотела застелить кровать, теперь уже жестами прогоняя меня с неё.
— Ты хочешь, чтобы я ушла? — Ингри что-то ответила… а что? По комнате заносились грубые, рыкающие звуки, из которых я не понимала ни буквы. — Ты не говоришь на моём языке? Ты меня не понимаешь? — Женщина продолжала разглагольствовать. — И я тебя не понимаю. Здорово!
Я убралась с кровати и подошла ближе к огню. Передо мной полыхал настоящий средневековый камин, обрамленный изразцами из камня. Для нашего времени это, возможно, казалось бы, не так утончено и изысканно, но для эпохи варягов это было верхом аристократизма и роскоши.
Мне стало интересно, и протянув руку, я провела пальцем по теплому камню.
Камень, он во все времена, камень. Комната гуще наполнялась приятным запахом сухого чистого белья. Я снова посмотрела на женщину, которая уже заканчивала застилать кровать, и меня поразила наша с ней разница: я, в джинсах и футболке с котиком, и она — в чопорном грубом платье со строгим передником.
По обвинительному взгляду было видно, что мой наряд явно не нравился ей. И если бы женщина смела, то, в подходящий момент, непременно плюнула бы в мою сторону, изрыгая ругательства на своём ломанном языке. Ингри не нравилась моя одежда, но не особо поражала её дикий ум.
Выходит, таких как я, женщине приходилось видать не раз.
Служанка покинула комнату что-то буркнув себе под нос, и я осталась одна. И воспользовавшись одиночеством я произнесла:
— Максим! — Тишина. — Максим! Чёрт тебя побери, где ты, когда так нужен?! — Опасливая догадка тронула разум, и по коже понеслись крупные мурашки. А вдруг, в другом мире, мы не сможем выходить на контакт? Но рядом пробежался озноб, и я воспряла духом, ожидая получить так нужную для меня поддержку, но безмерно удивилась, увидев незнакомый фантом… чего-чего, а этого я не любила больше пареной репы. — Ты кто?
ГЛАВА 10. Стиан
«Беги отсюда… — зашевелила губами прекрасная длинноволосая девушка-призрак, а в сознании вырисовывались слова. — Беги отсюда. Здесь опасно! Эти места охраняет летающий демон. Он убивает невинных, и женщин, и мужчин, и детей…»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Летающий демон? — прохрипела я. — Здесь? В этом времени? Что-то типа дракона?
«Драконы — звери, а это человек!» — импульсивно завопил призрак, рывком приблизившись ко мне, отчего по ноздрям ударил трупный запах. Холодная аморфная субстанция с состраданием взглянула в моё ошеломленное лицо, и протянув дымчатую руку, холодным лезвием прошлась по разгоряченной щеке.
«Ты такая красивая и молодая ещё…, и я была такой».
Вот это номер!
Ни один умерший, кроме Максима, не приближался ко мне так близко, и не гладил по лицу… От витавшего запаха разлагающейся плоти, к горлу снова подкатила щемящая тошнота.
— Летающий человек… Ты серьёзно? — протянула я, сглатывая голодную слюну, и немного отползла назад.
«Ты меня боишься?» — прошипело оно, снова отдалившись в тёмный угол.
Боюсь? Не то слово! Конечно же, я тебя боюсь! Я боюсь каждого из вас. Какой нормальный человек не будет страшиться этого… от вас можно ожидать чего угодно. Вы непредсказуемы, как смерть.
Туманная девушка замолкла, как-то горестно опустив голову. Её расстраивал мой страх. Одиночество терзает многих, но подняв невидящие глазницы она продолжила, уже тише и спокойнее.
«Ужасное, омерзительное чудовище с большими сильными крыльями и руками».
— Сильными руками? Первый раз о таком слышу… — отозвалась я, стыдясь своей боязни.
«Да, очень сильными руками. Оно в когтях уносит свою жертву на высокую гору и там, ещё живому существу вырывает горячее, бьющее, кровоточащее сердце… — нервно бормотали её белесые губы и дрожащие руки, раскрыли свои одеяния… обнажив девичью грудь, которая в буквальном смысле была исковеркана ровно посередине… Белёсые кости грудины, запёкшаяся кровь на рваных тканях. Ох… зрелище не для слабонервных, даже на прозрачном, бестелесном призраке. Жутко представить, как бы это смотрелось на живом человеке… Не понимая того, я сжалась, закрывая собственную грудь, в которой болезненно закололо собственное сердце».
— Сочувствую… тебе не удалось избежать этой участи… — безнадежно подтвердила случившийся факт, безумно жалея молодую девушку, прекрасная, полная ярких красок жизнь, которой была еще впереди, и оборвалась таким изуверским образом.
— Ты знаешь зачем ему нужны человеческие сердца?
«Оно питается, чтобы выжить…»
— Ужас, слов нет, — призналась я, и снова приблизилась к краю кровати. — Ты уверена, что это не человек?
«Уверена! Демон, который днём выглядит и живёт как обычный человек, а когда у него просыпается голод, он отращивает крылья и выходит на охоту…»
— Но, при чём здесь я? Я не из этого мира, я здесь временно. Зачем ты предупреждаешь меня? Я заперта в этой комнате, в каменном замке, а ты хочешь, чтобы я, каким-то чудесным образом, убежала из этих защитных стен, под покров ночи, где и летает этот душегуб? — разозлилась я, придя к такому выводу. — Я не понимаю тебя?! Ты меня не спасаешь… а наоборот… но почему?
«Я тебя спасаю! — повысилась она. — Ты нам нужна. Демон живёт и здесь. В этом замке, в этих стенах. Он приходит к тебе…»
— Не может быть! Ты о Викторе? Моём начальнике? — изменилась я в голосе.
«Здесь у него другое имя — Стиан. Опасайся его, опасайся…»
— Опять разговариваешь сама с собой? — из неоткуда возник таинственный мужской голос, такой глубокий, такой гулкий, такой бархатистый, который так и проникал в голову, настраивая к собеседнику исключительно положительно.
Рычащие нотки речи смягчились в этом месте. Виктор. И как это у него получается? Возможно, на то ушли годы тренировки, а возможно, это врожденный дар быть разным — грозным, мягким, вкрадчивым и властным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я не разговариваю сама с собой. И вы знаете об этом… — обиженно ответила я, инстинктивно сгруппировавшись на краю огромной свежезастелённой кровати.
— Догадываюсь. И что они говорят на этот раз? — поинтересовался мужчина, вышедший из тени.
