Стев, небрежно облокотившись о пульт, поправил прическу: "Ухмыльнуться бы, но показывать радость местным идиотам..."
"Идиоты" - полицейские офицеры - стояли рядом, не смея глянуть на экраны. Майор отдал селектору связи мысленную команду, сопроводив ее ненужным автоматике голосом:
- Операторскую.
Это было сказано буднично, небрежно. Не глядя на возникшее в воздухе лицо офицера-тюремщика, Стев тем же тоном бросил:
- Давай двигай манипуляторы. И не ослабляй поля, чтобы улов не очухался.
Стев специально не стал смотреть, как на экране растворяется дверь-поле и в камеру с полутрупами вползает примитивное, но нечувствительное к Н-полю устройство. Демонстративно зевнув, майор переключил связь на медотдел:
- Меды? Если эти две дамы не сдохли в поле, подлатайте их. Будем гуманными, а, ребята? На случай всякой необходимости... - Смешок, немедленно подхваченный по ту сторону экрана. - Значит, идете в спецкамеру. Можете даже поторопиться.
Аго, только что прибывшая спецрейсом, ворвалась в главную пультовую. Два миниатюрных робота-андроида держались по бокам генерала. Неосведомленный человек не мог и представить себе военные возможности этих обманчиво изящных, золотистых "статуэток" - автоматической охраны.
Начальник полиции, склонив голову, строевым шагом отошел в самый дальний угол, встал там по стойке "смирно". Последнее время здесь, в этой Цитадели Закона, хозяева стали чуть ли не невидимками - всем управляли их гости, Гвардейцы.
Аго не стала садиться, стоя выслушала доклад Стева, чуть-чуть потирая кончики белых, тонких пальцев. Улыбнулась - неожиданно по-доброму, по-простому:
- Замечательно, ох как замечательно, мальчики! - и почти протанцевала по спокойному зеркальному полу (помехи против прослушивания на этот раз не были включены). - И ты, Стев, гений. Ну что, сначала вывернем мозг этого Навена, а после займемся чудо-юношей? Этот вундеркинд хоть симпатичный, а? - Аго опять рассмеялась, опираясь о пульт.
Неподвижный Навен лежал на плавающей в воздухе платформе. Все вокруг бело-зеленоватое. Стерильность, мертвая тишина, нет даже запахов. Медленное вращение прозрачного, еле видимого куба, без опоры висящего над грудью старика.
Аго, как и все затянутая в тусклый экранирующий скафандр, гибко склонилась над арестованным:
- Старый... ладно, не будем разрушать его мозг. Вряд ли нужная информация хорошо заблокирована.
Мнемооператоры-полицейские бесшумно и точно вводили программы в допросные машины. Вокруг обритой головы Навена появился ядовито-желтый нимб. На полу, прямо под ногами Аго и Стева, засветился экран. Над ним не надо было наклоняться - достаточно смотреть вниз.
Нэк, еще молодой и загорелый, быстро ходил по пустой, светлой комнате - в те времена люди с маленьким достатком пользовались не мебелью, а полями. Прикоснись к кнопке - и над полом на нужной высоте появятся одна или две розово-прозрачные пластины, начинающиеся от стены... Нэк, размахивая руками, зло говорил:
- Да знаю все! Ни один искусственный мозг не желает порождать сознание, сознание не желает переписываться на него - отсюда и все проблемы. Но наши академические авторитеты - это клинические...
Операторы в отличие от машины догадались, что видят начальный, чисто разговорный эпизод. И сместили луч-вычитчик. По экрану пробежали пятна, а затем на нем осталась только белая пустота. Это компьютер, откорректировав отбор информации, задал максимальный темп извлечения воспоминаний, и их изображения проносились с такой скоростью, что в человеческих глазах слились даже цвета.
Вдруг вместо белизны возникло усталое, уже сероватое лицо Нэка. Оно было еще молодо.
- Навен, ты не должен рассказывать это. Никому! У меня есть идея, и я не отдам ее Империи. Человеческий зародыш нужно слить с "эмбрионом" из глюонных полей. Ребенок будет расти - а второй зародыш почти что спать, увеличивая только свои пространственные размеры. Это второе тело почти невозможно обнаружить... может быть, я говорю сбивчиво, без формул, но идея еще только возникает... Второй зародыш надо будет активировать - но не раньше, чем ребенок вырастет. Причины: мозг должен набрать некий критический объем информации, иначе он не сможет ее приобретать, став киборгом. В суть этого закона я не полезу, слишком долго объяснять, я сам тут все еле-еле понял... При активации поле-"зародыш" сильно меняет свои параметры... превращается в каркас, на который нарастают структуры нового организма... Когда тот готов, каркас поля как бы гаснет, растворяется... Да, первоначальное биологическое тело в ходе этого процесса разрушается... Одновременно с созданием нового организма создается новый мозг, на него переписывается старый... Все идет параллельно, параллельно... Думаю, что что-то подобное можно сделать и со взрослым человеком... Но я пока совершенно не представляю, как связать поле и уже сформированную органику...
По жесту Аго операторы пустили вычитывающую машину в режим полусвободного, ассоциативного поиска. На экран стали проецироваться отдельные образы: какое-то женское лицо, голубое небо, забавные низенькие дома... Наконец операторы дали поясняющую надпись: "Планета, на которой рос экспериментальный киборг, он же сын Нэка Ю. Координаты планеты..."
Аго повернулась к Стеву, пожалела, что не видит его глаз: изнутри скафандр абсолютно прозрачен, но снаружи он - однородное коричневое. Место, где должно быть лицо, не выделено даже оттенком.
- Ладно, нам пока не до этой Земли, Император с ней...
Стев иронически процитировал:
- "И отдал сына своего на воспитание к дикарям неиспорченным..." - Тут же озабоченно добавил: - Но, может быть, эта планета...
Аго нетерпеливо отмахнулась:
- Опять! До сверхсветовых скоростей им еще пара тысяч лет! Трать свою подозрительность на реальное, а то всю ее промотаешь в скачках за химерами.
Отвернувшись от Стева, она преувеличенно дружелюбно крикнула операторам:
- Молодцы! Теперь копайте мотивы Нэка!
Вэл очнулся рывком. Тотчас попытался вскочить - и не смог пошевелить даже пальцем. Он весь словно приклеился к неизвестной поверхности внизу.
Оставалось только проклинать себя и Темную Гвардию.
Вверху и по сторонам - белый, призрачный туман. В теле - память о боли. Вэл теперь знал, что она продолжалась все беспамятство, держала в нем, когда он пытался очнуться. Но сколько это все длилось? Рефлекс восприятия времени был полностью сбит.
Тишина. Свежесть. Легкий терпкий аромат. Надо лежать и ждать.
Он почувствовал, что в комнате кто-то появился - чуть-чуть дрогнул воздух. Возник новый, тоже слабый, немного дурманящий запах. Послышалось легкое дыхание. Над Вэлом склонилась девушка - или молодая женщина? Мягкое тонкое лицо, золотистые волосы, поблескивающая белоснежная диадема...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
