Внимание Василия сразу же привлекли полосы лесонасаждений, прикрывавшие поля и бахчи колхоза от суховеев. С этими насаждениями он был знаком в натуре, а на топографической карте видел теперь общее их расположение. Подумав немного, Нечаев обозначил пунктиром пораженный участок степи, прочертил все стадии изменений направления ветра и вдруг воскликнул:
— Вот это здорово!
Увлеченный осенившей его догадкой, он не заметил, как сползла с плеч его флотская куртка, и работал теперь в тельнике, плотно облегавшем его мускулистую фигуру.
— Не торопись, Вася, — вслух проговорил он. — Успокойся и проверь все еще раз…
И он еще раз проверил свои расчеты. Ошибки быть не могло — результат получался все тот же.
Нечаев порывисто бросился к телефону.
— Алло! — крикнул он в трубку, но трубка молчала.
— Странно, — проворчал метеоролог, нетерпеливо звякая рычажками аппарата и продувая трубку. — Неужели бурей порвало провода? Этого еще не хватало!
Нечаев посмотрел на часы. Была полночь. Выл ветер за окном, тоскливо скрипел флюгер на коньке крыши. Василий походил по комнате, несколько раз пробовал воздействовать на телефонный аппарат, но тот молчал.
— Новое препятствие! — Метеоролог нетерпеливо двинул широким плечом и пошел разыскивать агронома Савельева.
Он торопливо обошел все центральное здание опорного пункта.
Комнаты были пусты, в широкое окно стучались ветви деревьев, глухо, как далекое море, шумели сады и полезащитные лесные полосы, покачивались от сквозняков электрические лампочки, приводя в движение тени на стенах.
Только в агробиологической лаборатории нашел, наконец, Нечаев Савельева.
Агроном сидел за столом, заваленным образцами растений, и писал отчет о проделанной за день работе. Тут же был и Орест Викентьевич, копавшийся в книжном шкапу.
— Товарищ Савельев, — обратился Нечаев к агроному, — вы знаете, что телефонная линия повреждена? Как еще можно связаться с колхозом «Победа»?
— Знаю, что связь порвана, — ответил Савельев. — Я уже посылал нашего объездчика проверять линию, думал, что обрыв где-нибудь недалеко, но, видимо, повреждение в степи. А что у вас такое? Что передать нужно?
— Команду к бою нужно передать, — ответил Нечаев.
— Ветер спадает разве?
— Нет, по-прежнему устойчив. Областное метеорологическое бюро предсказывает все ту же силу ветра на ближайшие сутки.
— Непонятно что-то… Как же подавать команду в таком случае?
— С ветром происходит другое явление. Он меняет свой фронт.
— Так что же из этого? — все еще не понимал агроном.
— Это дает возможность сделать благоприятный расчет местной погоды для колхоза «Победа».
— Каким образом?
Нечаев попросил лист бумаги и торопливо набросал на нем схему лесопосадок вокруг колхоза «Победа» и участок пораженной степи.
— Когда ветер дул с юго-востока, — объяснял метеоролог, — лесонасаждения были у него на правом фланге, и он свободно продувал пораженную часть степи. Зато теперь, перемещаясь к востоку, он будет иметь лесопосадки уже перед своим фронтом. Силу его в этом случае деревья и кусты защитной полосы ослабят почти вдвое, и пораженный участок степи окажется в некотором затишье. Нам ведь важен сейчас не ветер вообще, а лишь в данном месте и в данный момент — такова тактическая обстановка, дающая возможность начать газовую атаку.
— Когда наступит такой момент? — спросил Савельев.
— Часа через полтора, если ветер будет изменять направление с такой же скоростью. Но сообщить в «Победу» нужно немедленно, чтобы там подготовились.
Какими средствами мы располагаем?
Агроном задумался. В его распоряжении, как назло, не было сейчас ни одной машины.
— Через час вернется завхоз из соседнего опорного пункта, — заявил он. — На его машине можно будет послать кого-нибудь к Галине Сергеевне, но ведь время не терпит. Дорога каждая минута. Я дам сейчас задание нашему радисту — связаться с районным центром. Может быть, оттуда действует телефонная связь с колхозом «Победа».
Орест Викентьевич вел себя все это время крайне возбужденно. Оставив книги на полу, он подошел к беседовавшим и пытался даже посоветовать что-то, но Савельев отнесся к энтомологу с нескрываемым пренебрежением. Тот обиделся и, припадая на подагрическую ногу, ушел куда-то, позабыв даже свои книги.
На радиостанцию Савельев пошел вместе с Нечаевым. Радист при них стал монотонно выкрикивать позывные районного центра: — «Волга», «Волга». Я — «Кама», я — «Кама»… Перехожу на прием. И он выключил микрофон, но из динамика слышалось лишь легкое потрескивание. И снова радист принимался неутомимо выкрикивать:
— «Волга», «Волга»…
Не дождавшись, когда он свяжется с районным центром, Нечаев ушел к себе, попросив сообщить, когда связь наладится. Метеоролог ожидал дополнительных сообщений из области.
Радист пришел минут через десять и сообщил, что вызвал, наконец, «Волгу», но связи с колхозом «Победа» у районного центра, оказывается, тоже нет, так как телефонная линия повреждена на большом протяжении.
Не возвращался из соседнего опорного пункта и завхоз, но Савельев вдруг вспомнил, что у объездчика Юсупова есть собственный мотоцикл.
— Мотоцикл очень легкий, правда, — объяснил он Нечаеву, — но Юсупов смелый человек и не испугается поехать на нем и в такую бурю.
— Да я сам поеду в крайнем случае, — решительно заявил Нечаев. — Вызывайте Юсупова поскорее.
Савельев вернулся только через четверть часа. Вид у него был расстроенный.
— Словно сквозь землю провалился, — сказал агроном. — И мотоцикла нет. Прямо чудеса какие-то. Главное — только что из объезда вернулся. И ехать-то ему вроде некуда…
Нечаев схватил фуражку, стал туже затягивать ремень. Он готов был итти пешком, хотя и понимал, что опоздает. Но вдруг зазвонил телефон. Василий вздрогнул от неожиданности, схватил телефонную трубку и крикнул охрипшим от волнения голосом:
— Алло, слушаю вас!
— Галина Сергеевна? — обрадовано кричал он через минуту. — Откуда вы? Из «Победы»? Да, да, я вам должен сообщить важную новость! Что? Уже знаете?
Откуда? Орест Викентьевич? На чем же он приехал? На мотоцикле объездчика в такую бурю? Ну, так что же, что Юсупов хороший водитель, все равно для Шмелева это подвиг. Не считал я его способным на это. Очень рад, что ошибся! Что? Не слышу! Скоро пойдете в атаку? Желаю успеха!
Молодец Галя! — счастливо улыбаясь, думал Василий, кладя трубку на рычажки аппарата. — С нею можно не только в пустыне, но и где угодно работать. Только бы ветер не подвел, а уж она справится с этими тлями».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
