class="p1">– Называется так селение – ответил Денни – там живут кальширы.
«Хоть что-то есть постоянное на свете. Хотя бы название», – грустно подумала я.
Глава 7. Странный плен
Просторный двухэтажный белокаменный дом, с покатой крышей, высокими окнами, тяжелая деревянная дверь. Огромный двор с невысокой, недавно скошенной травой. Наверное, при солнечном освещении этот каменный дом выглядел аккуратно и живописно, но в сумерках он казался мрачным, хоть и был светлым. В стороне от ворот во дворе, огороженном глухим высоким забором, расположилось длинное вытянутое строение из бревен.
При нашем появлении все во дворе пришло в движение. Забегали дворовые девушки и парни. Первые пробегали из дома к строению и обратно, носили еду из погреба. Парни делали более тяжелую работу – топили баню, вода, видно уже была приготовлена, потому что с ведрами никто не бегал. Словом, слуги встречали хозяина. Спешились с лошадей. Меня провели в дом, показали комнату. Есть мы сели втроем. Глен, Денни и я. Андрей отправился домой в деревню.
Пленницей я себя не чувствовала, однако и покинуть этот дом я не могла. За столом Денни смущался, чувствовалось, что ему неловко, а Глен сидел и уплетал все, что хотел.
– Ты можешь пройти к себе, отдохнуть, – великодушно разрешил он мне после нашей трапезы, – Денни тебя проводит. Только не вздумай покинуть мой дом, дорогая. Слово «дорогая» прозвучало с сарказмом.
Будучи сыном богатого отца, главы в селении, жил Глен припеваючи в своем отдельном доме. Из отцовского он переселился не так давно, года два назад.
О недавнем переселении Глена поведал Денни, когда вел меня по лестнице на второй этаж. После полутемного коридора, мы оказались в довольно светлой комнате с одним окном. У стены стояла широкая кровать, покрытая красивым бордовым покрывалом, расшитым золотом.
– Если что-то понадобится, попроси кого-нибудь из слуг позвать меня, – сказал Денни. Его серо-голубые улыбающиеся глаза мне так кого-то напоминали, но я никак не могла понять кого, Денни смущенно отвел взгляд. Только по мимолетной улыбке я могла судить, что он мне не враг.
Пока мы ели, была приготовлена ванна, и служанка провела меня в ванную комнату.
– Как тебя зовут? – спросила я, когда мы вышли в коридор.
– Мила, госпожа.
От неожиданности я закашлялась.
– Ты чего? Какая я тебе госпожа? – уставилась я на нее.
– Ну как же, господин Глен велели с вами хорошо обращаться.
«Господин Глен? Ну и дела, порядочки здесь у них. Я не слышала, чтобы Тая называли господином, когда мы ходили с ним в селение тарийцев. К нему обращались по имени, как к другу или хорошему знакомому».
Великолепная ванна, наполненная теплой водой с чем-то ароматным, наверно, Мила соль какую-то добавила, манила меня и в то же время настораживала.
– Это успокаивающие травы, – пояснила Мила, видя, что я не решаюсь начать раздеваться.
Запах леса, душистое мыло.
– Да, спасибо. Дальше я сама справлюсь.
– Я должна вам помогать во всем.
– Вот и помогай – не мешай мыться. Подожди за дверью.
Девушка бесшумно шмыгнула за дверь.
Как же хорошо! Теплая вода бережно окутала меня, запашистая белоснежная пена, как пуховое одеяло покрывала поверхность воды. Так приятно после долгого трудного дня, насыщенного такими переживаниями, успокоиться в теплой ванне. Прошлась губкой по телу, ополоснулась прохладной водой из большого кувшина. Пахнущий свежестью, уютный мохнатый халат, висевший на вешалке, оказался до пят.
Служанка Глена ждала меня за дверью, она прошла со мной до комнаты.
– Мила, иди, пожалуйста, я очень устала и хочу спать.
– Я помогу раздеться, – с готовностью ответила она.
– Зачем? Иди уже, в самом деле. Что я халат не сниму? – удивилась такому предложению я.
– Но меня накажут, – девушка умоляюще смотрела на меня,– мне велели прислуживать вам, леди Лиса.
– Леди? Да ты смеешься?
– Ну, вы же запретили называть вас госпожой.
– Зови меня просто Лиса. Хорошо? Я скажу, что ты все сделала, что нужно и как надо. А теперь иди, у меня уже глаза закрываются от усталости.
Спала я беспокойно. Мне снилась огромная старинная зала с высокими узкими окнами. Ее стены, обитые старинным гобеленом приятного пурпурного цвета, казались мягко-шершавыми, если такое сочетание возможно. Под самым потолком, украшенные самодельными игрушками, освещенные многочисленными свечами, они придавали помещению таинственность и загадочность. Свечи расположились вдоль стен и в центре в позолоченных канделябрах. Сшитые из разноцветных тканей, связанные из цветных ниток многочисленные игрушки красиво украшали эту огромную комнату с высоким многометровым потолком
Нарядные молодые девушки и парни танцевали под красивую нежную музыку. А музыканты старались на славу у противоположной от окон стены, играли на скрипках и арфах.
Неожиданно створки окон распахнулись, снаружи ворвался холодный воздух.
Сверху на веревках спустились мужчины в старинных одеждах. Это друзья моего спасителя. Откуда-то появился Тай. Он положил теплую ладонь мне на плечо, обнял за талию другой рукой. Мы взлетели вверх, прямо к окну. Неведомая сила вытолкнула нас наружу. Я и мой друг оказались в саду.
Ночь лунная, и видно все довольно хорошо. Красиво! Только любоваться некогда. Мы укрылись за стоящими рядом кустами. Алекс и Влад, словно растворились в чернильной темноте, так как луна скрылась за набежавшей тучей. Я и Тай вскочили на лошадей, которых они заранее привели сюда, и мы верхом помчались прочь от замка. Ничто не нарушало тишины. Только потом я поняла почему. Копыта у лошадей были обвязаны чем-то мягким.
Я проснулась с чувством неуверенности в себе и уверенности, что это было на самом деле.
Утром я вышла из комнаты, чтобы умыться, и как-то так получилось, что вчерашнее посещение ванной комнаты я не особо помнила, забыла в какую сторону мы шли по коридору и куда сворачивали. Вечером от пережитых потрясений я очень устала, поэтому теперь мне пришлось пойти наугад.
За поворотом оказалась лестница вниз. Я спустилась и обнаружила дверь. Закрыто. Очень интересно. Уж раз меня привезли против моей воли, почему бы не разузнать то, где я нахожусь. Посмотрим, что там за дверью. Я повозилась немного шпилькой в замке и смогла его открыть. Дверь со скрипом отворилась.
Вид предстал не очень красивый. Стены из серого камня. Массивные старые цепи на стенах наводили ужас. Небольшое окно под потолком, из которого ничего не было видно, лишь проникало
