Когда Сандерс вышел, он взглянул на экран. Синие точки двигались уже ниже улицы Правления.
– Мы можем поговорить здесь, только тихо. – Бородатый юноша говорил неуверенно, но сигналов тревоги не было слышно, и он ухмыльнулся.
Остальные кивнули и открыли один из ящиков. Девушка достала противогаз. В туннеле было жарко, и она вытерла пот со лба перед тем как надеть его.
3: ЭКСКУРСИЯ ПО ТЕРМИТНИКУ
Привычка примиряет нас с чем угодно.
Эдмунд Берк.
Двери приемного зала открывались в комнату с множеством лифтов.
– Кабинеты администрации внизу, – сказал Стивенс сэру Джорджу. – Мы можем сразу отправиться вниз, или можем немного посмотреть на этот муравейник до того, как вам назначат гида.
– Но мне показалось, что нас ждут.
– Не беспокойтесь об этом. У Боннера есть много дел, чтобы заняться, и кроме того он точно знает, где мы находимся.
– Действительно? В таком случае, существуют какие-то средства слежения за этими значками?
Стивенс кивнул.
– Мы совершим небольшую прогулку по нескольким внешним коридорам. Не стоит вести вас сразу на аллею для прогулок.
– Почему это?
– Там слишком много всего. Любые магазины, какие только возможны. И там толпится довольно много народу.
Риди нахмурился.
– Если она настолько большая, почему там толпится народ? Думаю, здешних жителей явно недостаточно, чтобы…
– Это не местные жители, – сказал Стивенс, и его лицо помрачнело. – Это жители Лос-Анджелеса. Многие приезжают сюда за покупками. И я, черт побери, не могу их упрекать. Это удобно. Все магазины находятся в одном месте, и есть подземка, чтобы попасть сюда. Но деньги попадают сюда, и никогда не возвращаются, по крайней мере в Лос-Анджелес.
– Однако… – Риди охнул, когда пол под ним стремительно двинулся вниз. – Хочу сказать, это было неожиданно. – Он смотрел на указатель этажей с мелькающими цифрами. – Не думаю, что вы можете ограничить ваших людей. Запретить им приезжать сюда.
– Каким образом? – спросил Стивенс. – Однажды мы попробовали. Суд издал постановление – и избиратели отныне могут не обращать внимания на запрет. Да и не в этом дело. Тодос-Сантос владеет системой подземки. Здесь находится транспортный узел – легче попасть из Сан-Педро в долину Сан-Фернандо, проехав здесь, чем ехать на машине. И гораздо легче, чем ехать на автобусе.
Дверь лифта открылась в широкий коридор.
– Мы находимся на 15-м уровне, – сказал Стивенс. – Здесь расположена в основном малая индустрия. Сборка электроники, операторы-уолдо…
– Операторы-уолдо?
– Да. – Стивенс выглядел так, будто только что проглотил живую мышь. – Это новейший способ, каким Тодос-Сантос выкачивает деньги из Лос-Анджелеса. Опытных операторов станков мало. Многие из них хотят жить в Тодос-Сантосе, но здесь для них нет достаточного количества рабочих мест. Поэтому они живут здесь, и работают здесь, а токарные и фрезерные станки находятся в Лос-Анджелесе и управляются при помощи телевидения и телефонно-компьютерной связи. Техническое наименование для этого – «телеуправляемые системы».
Стивенс двинулся к движущейся дорожке. – Смотрите под ноги. – Они шагнули на черную движущуюся поверхность. – Эта медленнее, чем другие. Если вы хотите попасть на другую сторону здания, вам нужно перейти на другой уровень и найти быструю полосу.
Потолок был высоко, а входы из коридора в помещение представляли собой просто группы закрытых дверей. Через нечастые интервалы перед ними мелькал вид наружу. Вдоль некоторых стен стояли баки строящихся заводов, но нигде не возникала иллюзия, что они находятся вне здания.
– Тодос-Сантос построил метро в Лос-Анджелесе? – спросил Риди.
– Да. У них есть капитал. Нефтяные деньги с Ближнего Востока, направляемые через Цюрих. А также оборудование – большие полуавтоматические машины для прокладки туннелей. Кстати, сейчас они прокладывают новый тоннель как раз под моим кабинетом в муниципалитете. С их оборудованием прокладка обходится в десять процентов от того, что это стоило бы для нас.
На стороне коридора, обращенной к центру здания, была другая путаница: аккуратные надписи на дверях указывали электронные мастерские, ремонтные мастерские, различные предприятия легкой промышленности, перемешанные с маленькими магазинами. Иногда встречались длинные ряды закрытых дверей с одной надписью: «Вестингауз», «Теледайн», «Интернэшнэл Секьюрити Системз», «Эрликон», «Баркли-Ямашито Лтд.».
Коридор оканчивался стеной с лифтами.
– Ну, после того, как вы побывали в обычных местах, вы готовы к тому, чтобы увидеть аллею для прогулок, – сказал Стивенс, – сказал Стивенс. – Это зрелище нельзя пропустить.
Лифт устремился в шахту, как падающий сейф. Стивенс наблюдал за лицом Риди, когда двери лифта открылись.
Конечно, Риди знал, что его ожидало. Большинство посетителей знало. И все-таки им требовалось несколько секунд, чтобы осознать, что они видят.
Они смотрели вниз на широкий коридор, который пересекал по диагонали первый этаж Тодос-Сантоса. Он был длиной почти три мили. Движущиеся дорожки в центре были отмечены мелькающими фигурками приближающихся и удаляющихся людей, хотя сами они стояли неподвижно. Линии встречались в бесконечности. С боков от движущихся дорожек тянулись тротуары, по ним прогуливались люди, заходя и выходя из магазинов, собираясь в группы для оживленных споров и мешая проходить другим. Над ними поднимались ряды балконов. Жители прогуливались вдоль балконов или смотрели вниз, беззаботно облокотившись на перила. Приставленные к стенам лифты со стеклянными стенами двигались на невозможно высоких скоростях. Огромное пространство, стены и покрывающая все стены крыша – все это потрясало, однако настоящим шоком было видеть всех этих покупателей, не обращавших на это внимания.
Стивенс усмехнулся. – Скажите себе, что вы можете привыкнуть ко всему, – сказал он, и они направились вниз.
Они прошли над огромной надписью, гласившей: «ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. РАЗРЕШЕНИЕ НА ВХОД МОЖЕТ БЫТЬ ОТМЕНЕНО В ЛЮБОЕ ВРЕМЯ».
– Что это значит? – спросил сэр Джордж.
– В точности то, о чем эта надпись говорит, – ответил Стивенс. Они посмотрели еще немного, и Мак провел своего посетителя на движущуюся дорожку. Сэр Джордж, казалось, уже привык к ним. Они были в большинстве новых торговых центрах и аэропортах, хотя и не такие совершенные, как эти.
Внешняя полоса была широкой, и на ней были сиденья. Несколько более узких дорожек отделяли ее от другой центральной широкой полосы с сиденьями. Каждая дорожка двигалась быстрее предыдущей, а центральная проносилась со скоростью пятьдесят километров в час. Они переходили с полосы на полосу, пока не достигли самой быстрой, и сели рядом с прозрачной ветрозащитной перегородкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
