Внешняя полоса была широкой, и на ней были сиденья. Несколько более узких дорожек отделяли ее от другой центральной широкой полосы с сиденьями. Каждая дорожка двигалась быстрее предыдущей, а центральная проносилась со скоростью пятьдесят километров в час. Они переходили с полосы на полосу, пока не достигли самой быстрой, и сели рядом с прозрачной ветрозащитной перегородкой.
Параллельные линии сливались впереди в исчезающей точке. Над их головами нависал город среднего размера. Мак это знал, но он никогда не мог этого почувствовать, даже здесь, в этой огромной… комнате.
Сквозь плексиглас они видели размытое мелькание лиц и яркой одежды пассажиров, двигавшихся в противоположном направлении. По обе стороны от барьера тянулись магазины, и все вели бойкую торговлю. Риди заметил отделение «Дрим Мастере», сети галерей фантастических картин. Они пронеслись мимо бокового коридора, ведущего вверх на следующий уровень с еще большим количеством пешеходных дорожек и местами для разговоров. Балконы этого уровня нависали даже над движущимися дорожками, на них тоже помещались магазины.
В размещении магазинов не было специального порядка, однако вывески… Риди озадаченно нахмурился. Что же с вывесками магазинов?
– Вы заметили? Корпорация разрешает рекламу, – сказал Мак Стивенс, – но они регулируют размер вывесок, и у них есть комитет по эстетике, который устанавливает стандарты. Если Арту Боннеру что-нибудь не понравится, это, вероятно, будет сочтено не эстетичным.
Магазины спортивных товаров, канцелярских товаров, одежды, велосипедов, рестораны, банки, магазины по продаже электроники, музыкальные, книжные. Беспорядочно входящие и выходящие люди. Здания казались хрупкими, не предназначенными противостоять погоде. Сэр Джордж улыбнулся, увидев внезапно отличающийся от других табачный магазин, построенный, видимо, из кирпича и выглядевший солидно, как пирамида майя.
– Они покупают? – спросил Риди. – Кажется, никто не несет пакетов.
– Безопасность, – ответил Стивенс. Посетителям доставляют их покупки. Или на площадь у выхода, или прямо к ним на дом. Жители тоже редко когда сами носят покупки.
Это не нравится охранникам.
– Мне кажется, американцы имеют давнюю традицию ругать полицейских, – сказал Риди.
– Конечно. Но жители Тодос-Сантоса в этом отличаются. Я не хочу сказать, что охранники могут запрещать жителям носить пакеты. Они просто это не любят. А жители стараются не раздражать охранников. Они скорее сотрудничают. – Они достигли противоположного угла здания, и Стивенс повел Риди по медленным полосам и затем по коридору.
– Я вижу значки не у всех, – сказал Риди. – Они не более чем у половины.
Стивенс кивнул и повел канадца к концу диагонали, где было несколько выходов, и они вышли.
– Если бы у нас не было неограниченных значков посетителей, мы были бы вынуждены остаться там, – сказал он. – Прогулочная аллея является открытым участком. Туда впускают почти всех, только следят, чтобы туда не попали известные преступники и террористы. – Его губы сжались. – С их быстротой транспортной системы они вытянули из города множество предприятий.
Он указал вдоль длинного коридора.
– Это восточный параметр, уровень Аллеи. Здесь расположены, конечно, в основном квартиры. Вид снаружи является главным условием для размещения жилых помещений.
– И только квартиры? Кажется, это не очень удачный проект…
– Нет, не только. Здесь все смешано, как везде. Ночные клубы, рестораны, частные клубы, даже несколько магазинов с дорогими товарами. Конечно, все здешние предприятия привлекают клиентов только из числа жильцов, за исключением особых клиентов, имеющих постоянные значки посетителей.
– Странно, – проговорил Риди. – Я думаю, они хотели бы привлекать посетителей. Для чего все эти ограничения?
– О, на то есть причины. – Стивенс указал на дверь. Как только они к ней подошли, дверь открылась, отодвинувшись в сторону. За ней стоял одетый в красно-синюю форму охранник, который приятно улыбался, когда они прошли мимо и уперлись в очередную стену с лифтами.
Вместе с ними лифт ожидали около пятидесяти человек. У всех были значки, и только у нескольких была яркая надпись «ПОСЕТИТЕЛЬ». Риди посмотрел на значки и на людей, но ничего не сказал.
Было невозможно их охарактеризовать. Возьмите пятьдесят любых случайных людей в любом большом городе, и вы получите такой же набор. Что же было в них такого, что делало их похожими на собрание дальних родственников? Риди не мог этого понять.
Лифт быстро доставил их на следующую движущуюся дорожку. Они были на внешней периферии и двигались мимо квартир, через открытые участки, ведущие к открытым балконам. Было очевидно, что это многолюдная часть.
– Хорошо, – сказал сэр Джордж, – мне не удалось определить, что именно создает в людях такое… сходство?… Они одеты не так ярко, как ожидаешь от жителей Южной Калифорнии, но дело не только в этом.
Стивенс ухмыльнулся.
– Термиты, правда? Но вы заметили, как везде тихо, даже на Аллее, где эти люди?
– Пожалуй, да. Совсем не тот уровень шума, который ожидаешь. Это какое-то правило?
– Привычка. Привычки здесь очень могущественны. Кстати, я не удивлюсь, если какой-нибудь полицейский Корпорации подслушивает нас через эти значки.
Сэр Джордж посмотрел на свой значок, будто разглядывая на нем ядовитого паука.
– И жители с этим мирятся? – Стивенс пожал плечами.
– Значки жильцов разные. По крайней мере, так говорят. Однако, сэр Джордж, жильцы сами хотят, чтобы за ними наблюдали. Это еще одна привычка. Традиция Закона и Порядка здесь очень сильна. Сознание вроде как у осажденных…
– Паранойя?
– Ну, у них есть причины. У параноиков тоже есть враги, – сказал Стивенс. – Нам туда, выход впереди. Вы следите за новостями? ФРОМАТЕС, Друзья Человека и Земного Общества продолжают свои попытки саботажа Тодос-Сантоса. Не говоря о нескольких других группах ненавистников. Просто обычные гангстеры, пытающиеся вымогать деньги. Газовые бомбы. Осиные гнезда. Обычно в этом роде, но иногда появляются террористы с чем-то действительно мерзким, вроде той гранаты, что убила дюжину людей в аркологе Краун Сентер в Канзасе. – Он беспомощно пожал плечами. – Моей полиции не удается поймать их снаружи, поэтому Компания имеет собственную полицию.
– Но не играет ли это на руку террористам? – спросил Риди. – Одна из целей террора – спровоцировать ответные действия. Ухудшить положение настолько, чтобы люди приветствовали любые изменения.
– Любые изменения, которые их защитят, – добавил Стивенс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
