Он завидовал спокойной эффективности в работе Престона Сандерса, Арта Боннера или Франка Мида. Их помощники почти незаметно заботились о деталях. Тони никогда не удавалось устроить все таким образом. Дело было не в том, что у него не было хороших работников. Элис Стралер была хорошим инженером и исполнительным помощником, и Том Голден возглавлял отдел поставок, и…
Но быть хорошими работниками, какие были в его штате, было недостаточно. Они могли защитить его от мелких деталей, однако слишком часто он обнаруживал, что детали являлись ключом к проблеме. Он был должен следить за поставками оборудования, потому что не знал, какое из них окажется необходимым.
Это привело его к созданию роботов-контролеров – небольших устройств, снабженных видеокамерами и звуковым оборудованием, которые могли свободно передвигаться по Тодос-Сантосу под его прямым управлением. Отправляя два или три маленьких телеуправляемых устройства (он называл их Р-2 по имени маленького робота-андроида из «Звездных войн»), можно с эффективностью присутствовать в нескольких местах одновременно, наблюдая за оборудованием и деталями конструкции в реальном времени сразу сверху и снизу, чем Тони обычно занимался, не покидая своей спальни.
Как бы ни были хороши Р-2, с их двусторонней связью и телевизионным экраном, демонстрирующим лицо Рэнда, он считал необходимым встречаться с техниками и плотниками, с монтажниками трубопроводов и ремонтниками, и говорить с ними лично, потому что большинство из строительных рабочих не любили разговаривать с Р-2 даже с изображением лица Рэнда на экране.
Поэтому он должен был идти сам. Его подчиненные, даже самые лучшие, как будто не были способны держать в памяти важный пункт, когда о нем слышали. А ходьба по Тодос-Сантосу требовала времени, и это значило, что технические и прочие журналы и письма копились до тех пор, пока полностью не устаревали.
Зазвонил телефон. Опять Женевьева, подумал он. Какого черта ей нужно сейчас?
– Алло, – рявкнул он в пустой комнате.
– Это Стралер, шеф, – сказал голос в трубке. О-о, Элис не будет звонить по пустякам.
– А, да, алло.
– Извините, что беспокою вас в обеденное время. У нас проблема с упрочняющей решеткой из углеводородного волокна. Мидланд не может поставить вовремя.
– Ч-ч-ч…
– Что вы сказали?
– Ничего. Нам нужен этот материал.
– Еще бы, нам он будет нужен всегда, и это совершенно невозможно проконтролировать, будь все проклято! Как бы нам удалось с этим справиться, если бы мы были на космической станции или на звездолете?
– Элис, график поставки очень сложный, и…
– Поэтому я и позвонила, – ответила Стралер. – Я проверила альтернативные источники. У «Фарбенверке» самый лучший график поставки, но все равно получится четырехнедельная задержка. Но я нашла кондоминиум в «Даймонд Бар», где достаточно материала, чтобы обеспечить нас на месяц, и у них сейчас забастовка, поэтому он им не нужен сейчас. Мы можем купить у них, а потом вернуть «Даймонд Бар» нашей поставкой от «Фарбенверке», но они хотели бы получить премию.
– Кажется, вы справились с вашей домашней работой, – сказал Тони.
– Да, но это будет нам стоить, – сказала она. – Переделка графика с четырехнедельной задержкой стоит одна целая шесть десятых миллиона долларов. Сделка с «Даймонд Бар» стоит девятьсот тысяч. Я не могу найти другого варианта.
– В общем, ясно, что мы должны делать, – сказал Рэнд.
– Да. Мне сообщить об этом инспектору?
– Да, сообщи. Слушай, эта работа Тома, а не твоя.
– У мистера Голдена юбилейный вечер, – сказала Стралер. – Его жена уйдет от него, если он его пропустит. Поэтому я взялась за это.
– Спасибо, Элис. Хорошо, займись этим делом.
– Обязательно. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – ответил Рэнд. – Разговор окончен. – Дорогой звонок, подумал он. Девятьсот тысяч зеленых – не маленькая сумма. Да ладно, Элис и Том позаботятся об этом. Вот было то, что он считал важной деталью. Неважно, сколько денег может быть потрачено – с этим может справиться кто-то другой. Но если бы он не пачкал руки, работая в системе очистки канализационных стоков, он бы никогда не узнал до окончания монтажа, что рабочие мостки для обслуживания приборов не подходят для работы. Он содрогнулся от мысли о том, что им пришлось бы снести бетонную стену, что привело бы к задержке завершения строительства нового жилого крыла…
Только множество деталей позволяло обнаружить что-нибудь подобное, однако было совершенно неясно, каким образом эти детали соединялись друг с другом, скорее всего это означало отсутствие рациональной системы их накопления. В свою очередь это создавало беспорядок в его квартире (в его кабинете поддерживался относительный порядок), когда приходилось искать нужную старую записку или статью…
Возможно, думал Рэнд, если бы у меня был имплантат? Может быть, поэтому Боннеру удается быть в курсе всего? Однако Прес обходится без имплантата, как и Мид.
Он надел свежую рубашку. Подошло время встречи с Боннером, Стивенсоном, и как его там – Риди?
Зал ресторана был настолько большим, что мог вместить шесть тысяч человек и занимал целый уровень. Голографические панели вдоль стен создавали впечатление, что он окружен морем – в заливе скользили парусники и вдалеке мигали огоньки погрузившегося в сумерки во время захода солнца на острове Каталина. В гавани Санта-Моника на фоне закатного света вырисовывалась громада айсберга – похожего на гору острова, который сверкал слишком ярко, чтобы быть каменным.
– Восхитительно, – сказал сэр Джордж, – и очень реалистично.
– Как же иначе, ведь они передают сюда изображение, – объяснил ему Маклин Стивенс.
– Ага, в реальном времени, – гордо подтвердил Рэнд. – Это обошлось дешевле, чем передвижка обеденного зала. Всегда не достает пространства для вида наружу, и… – он резко оборвал себя. Он пришел сюда не говорить, а слушать. Это означало, что он должен был тщательно контролировать себя, потому что ему не раз намекали, что он слишком много говорит, и он полагал, что это правда, хотя ему не говорили ничего, чтобы он не хотел услышать, если не знал информации.
Конечно, у него были причины почувствовать гордость при словах Риди. Последовала оценивающая тишина, и за ней следующий пристальный взгляд голограммы.
– Жаль, что потолок так низок, – заключил наконец Риди, – но и в этом случаи иллюзия почти полная.
Арт Боннер засмеялся коротким вежливым смехом. Тони Рэнду не требовалось читать мысли Боннера – он знал, что стоимость голографических стен была достаточно высока и без того, чтобы использовать ценное пространство для поднятия потолка в «Коммонз». Рэнд предлагал это, и ничего не добился. Арт был против и голографических стен, однако Тони настоял – и он же уместил их в бюджет. Этим он гордился. «Коммонз» наверняка не был бы настолько хорош без этой иллюзии морского вида…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
