этом священном озере даже рыба не плавает, чтоб её выудить оттуда! Ну, сбежал из дома, меня отлучили от трона, стандартная, в общем, ситуация…
Я хмыкнула. Да, озеро было не самое приятное на свете, конечно…
— И ничего не на жабе, — вскинулся вдруг Флавор. — Разве ж Лада похожа на жабу?
— Не похожа, — отозвался Даррен, — но причем она к озеру?.. — и, прищурившись, взглянул на меня.
Ох, черт. Я убью этого болтливого дракона. Точно убью!
Флавор, перехватив мой тяжелый взгляд, попятился. Вероятно, в его крохотной драконьей голове забрезжила мысль о том, что кому-то озеро могло подарить чуть больше сил, и это чуть больше выльется в огромные проблемы для одного мелкого крылатого паразита. Я же была настроена радикально. Если он растреплет…
— Лада же человечка! — нашелся дракон. — А из озера, говорили, тоже выловили человечку несколько лет назад! Избранную! Так разве ж человечки похожи на жабу? С этим вашим эльфийским расизмом можно что угодно предположить!
Даррен раздраженно фыркнул.
— Это не ко мне вопрос, а к Инсидарриэль, — он даже матерью называть её не стал. — И не «человечка», а «человеческая девушка», что за дурацкие манеры?
— Нормальные манеры, — обиделся дракон. — И вообще…
— Нет, Лада, — Даррен повернулся ко мне, — я его сейчас пристукну, честное слово! Я не согласен терпеть эту тварь!
— Тебя тут никто не держит, — влез дракон.
— Тебя тоже! — вскипел эльф. — И вообще, ты размером с кота, с чего ты взял…
Я протяжно застонала, выражая своё недовольство. Ну, или гнев, смотря как классифицировать то, что я нынче испытывала.
Что за невыносимые мужчины! Они бы ещё горло друг другу бросились перегрызть! Наверняка в споре опять дойдут до выкрикивания ошеломляющей правды, дракон разболтает мою тайну, а я останусь один на один с эльфом, вместе с которым, судя по всему, должна возрождать плодородие эльфов.
Нет уж! На такие эксперименты я не согласна! Детей я, конечно, любила, но сильно издалека. Даже когда была в своем мире, думала, что, может, стану матерью одного ребенка. Ну, двух. Максимум! И то не скоро. А попасть в лапы королевы Инсидарриэль, ещё и по какому-то пророчеству, учитывая эльфийский фанатизм… С них станется приковать меня к кровати!
Я скептически взглянула на Даррена. Что ж… Нет, он, конечно, мужчина красивый, и я не могла отрицать, что если б уж выбирала себе, хм, партнера, то выбрала б его. И вроде бы адекватный! Достаточно, чтобы идеи матери ему не нравились.
Но утверждать что-либо в этом мире опасно! Последствия могут быть самыми непредсказуемыми. И лучшее, что я в самом деле могла для себя сделать — дать себе время.
Выждать.
Разузнать, что Даррен за эльф, какие у него желания, что нужно на самом деле королеве, не перепутал ли чего дракон…
И что случилось на той бесовой поляне.
— Значит, — промолвила я, обращаясь к Дару, — ты принц в изгнании?
— Да, — кивнул он. — Моя мать заявила, что пока я не почувствую в себе готовности исполнить пророчество и не проникнусь достаточным патриотизмом, чтобы отринуть мирское, могу не возвращаться. Я, если честно, только порадовался. С тех пор она регулярно шлет мне послов. Последние были вчера, кстати.
— Вот как.
— Ага, — Даррен дернул плечом. — Распинались, что выловили Избранную, и она ждет меня. Портрет притащили.
Портрет это плохо…
— И как, — хитро поинтересовался дракон, — понравилась?
— Нет, — честно ответил Даррен. — Она худая, как щепка. На человека-то не похожа. Щеки впалые, глазищи неестественно большие, талия такая, что вот-вот переломится, руки эти астеничные… И с подбородком что-то. Смазался, что ли. А ещё, — Дар скривился, — она рыжая.
— Оу, — я кашлянула.
Кажется, художник немного приукрасил мою внешность. Подогнал, так сказать, под эльфийские стандарты красоты.
— А тебе, что же, такие не нравятся? — язвительно полюбопытствовал дракон.
— Нет, такие, как она, не нравятся, и перспектива стать отцом десяти эльфят тоже, — буркнул Даррен. — И каким-то ещё чудесным образом снимать проклятье с нашего народа тоже. Есть больше надо, и проблем не будет!
— А какие, — не унимался дракон, — нравятся?
— Флавор, — зарычала я, чувствуя на себе задумчивый взгляд Даррена, — заткнешься ты или нет?!
— Молчу-молчу, — он прикрыл лапами пасть, но поздно, потому что Дар, кажется, уже рассматривал меня в качестве кандидатки на размножение. Ну, и не только.
— Не смотри на меня так, — пригрозила я, чувствуя себя, если честно, почти раздетой. — Я тебе рожать на собираюсь, да-а-аже не думай. В мире и без меня хватает плодовитых человечек, среди них полно твоих фанаток. Можешь плодить эльфят сколько угодно.
— Только кровь Избранной не позволит дитю родиться полукровкой! — заявил Флавор и тут же обиженно тявкнул, потому что заклинание попросту спихнуло его со стола. — Ой!
— Извини, случайно, — прошипела я, тоном намекая, что случайность может и повториться, а потом перевела взгляд на Даррена.
Тот, кажется, смутился.
— Да не собираюсь я, кхм, плодить эльфят, — он почесал затылок. — И Избранную эту искать не собираюсь. А ты мне просто нравишься, что, нельзя разве? Я, смею надеяться, тоже в твоем вкусе.
Это я предпочла оставить без ответа.
— И вообще, — Даррен недовольно потер грудь, — у нас есть несколько более насущных вопросов. Во-первых, что делать с гномами и провалившейся поляной? А во-вторых, что мы будем есть? Целители, насколько я знаю, нуждаются в силах после того, как вкладывают столько магии в пациента…
Нуждаются. Но мой источник так легко не исчерпать. Я же всё-таки Избранная! И, кажется, я сейчас на грани раскрытия.
— Ты не так уж сильно пострадал, — отметила я достаточно спокойно, обращаясь к эльфу. — Так что я пока держусь. Но поесть бы не отказалась. Флавор? Чем ты питался?
Дракончик надулся.
— Святой молитвой, — проворчал он.
— Вот только не надо, — я закатила глаза. — Эльфы питаются святой молитвой, драконы… и только я, как человечка, вынуждена что-то себе готовить, это употреблять и поддерживать организм, чтобы он нормально функционировал. А потом все эти молящиеся приходят ко мне и спрашивают, как им лечить язву, потому что уже кровью кашлять начинают!
Даррен усмехнулся.
— Вижу, у тебя большой опыт работы с эльфами. Странно только, что они так активно пользуются услугами простой человеческой девушки. Неужели что-то настолько изменилось в королевстве, что куда-то пропал заслуженный снобизм.
— Нет, — покачала головой я. — Просто там, где я живу, очень болезненные эльфы и ни одного лекаря из представителей вашей расы. Потому приходится обращаться ко мне. Так что я неплохо разбираюсь в вашей братии.
— Я заметил это по тому, как я тебе не нравлюсь, — проворчал Даррен.
Он осмотрелся, присмотрел для себя пустой стул, пусть и
