— Лин, это хищник из мира Огня, — предупредил Кэйд.
— Люди тоже хищники, — парировала я. Придушить вон могут запросто.
— Если не укусит, значит, можно, — разрешила девушка.
Я осторожно коснулась бархатной обсидиановой головы с маленькими круглыми ушками, погладила. Зверь потянулся к моим пальцам, деловито обнюхал и потерся, помечая «новую территорию».
— Я ему нравлюсь, — обрадовалась я.
— Оле сегодня в хорошем настроении, — пояснила Элисия. — Обычно он чужих не принимает. — И вопросительно посмотрела на Гейл.
— Только следи, чтобы он не летал по дому, — отозвалась сестра. — Слуги здесь, конечно, закаленные, но не до такой степени. Лин, марш в свою комнату, и чтобы до вечера оттуда ни ногой.
— Ты сажаешь меня под домашний арест? — опешила я.
— Именно. Вечером поговорим.
— Но мне уже не пятнадцать!
— Тем хуже, — отрезала Гейл, цапнула меня под локоть и лично потащила в дом.
Элисия и Кэйд проводили меня сочувственными взглядами, Ирвин удивленным. Это произвол! Принцесса против! И… и вообще, мне двадцать пять лет, я взрослая образованная ведунья!
Дверь с треском захлопнулась за моей спиной, затем в замке повернулся ключ. Отлично!
— Это нарушение моих прав!
— А это мой дом, — возразила сестра из-за створки.
— Я думала, это дом твоего мужа!
— У кочевых нет традиционных домов. И чтобы ты знала — поместье исключительно моя собственность.
Попинать бы дверь… да бессмысленно. И чего Гейл на меня накинулась? Кэйд же сказал, проблема в стазисе. Может, я вовсе и не виновата, просто так совпало. Да, неудачно, да, глупо, но это еще не повод меня запирать!
Злая Гейл, не буду с ней разговаривать.
Посидела, пообижалась на сестру и на весь мир за компанию. Потом полезла в старый, задвинутый в дальний угол гардеробной сундук, куда свалила учебники и конспекты. Полистала в попытке освежить знания. Вроде год назад закончила, а ощущение, что уже сто лет прошло. Вот что значит отсутствие практики! О-о, а это что такое? Да это же колдовская книга, которую нас, в основном, безуспешно, заставляла вести магистр Юлания. Магистр считала, что у каждого уважающего себя ведуна должна быть своя книга с описанием заклинаний, ритуалов, собственной практики, в общем, личный универсальный справочник. Мы отчаянно сопротивлялись лишней писанине, то и дело начисто забывая о необходимости внести что-то в книгу или попросту ленясь. По-моему, к выпуску все благополучно забрасывали несчастную книгу и вряд ли использовали ее в дальнейшем.
Начиналось все хорошо. Увесистый томик в кожаной обложке, тщательно выведенные завитушки в уголках страниц, первые, сделанные еще аккуратным почерком записи. Меня хватило примерно на половину и периодически я, видимо, принимала будущие великие труды по магии за дневник и начинала описывать жизнь в корпусе, случавшиеся казусы, собственные мечты тех лет. Усевшись прямо на полу возле сундука, я принялась перечитывать старые записи. Заходила служанка, принесла обед на подносе. Я из гардеробной помахала девушке и снова уткнулась в книгу. Когда спина и ноги стали активно возражать против чтения на полу, перебралась на постель и продолжила, время от времени перехватывая куски безнадежно остывшего обеда. Смешная я была в лохматые восемнадцать лет…
Заметно окривевшие строчки начали подтаивать, заставляя напрягать глаза. Надо же, стемнело. Пора бы свет зажечь или хотя бы огонек создать. И когда там сестра собиралась проводить со мной воспитательную беседу?
Я встала с кровати, подошла к окну. Как наш пленник, интересно? И где его все-таки заперли? Даже посмотреть не дали. А мне, может, необходимо убедиться в надежности его камеры, чтобы спокойно по ночам спать. Я толкнула створки, открывая окно шире, перегнулась через подоконник. Второй этаж и каменная стена за год изучена вдоль и поперек. А в корпусе и с шестого этажа спускались практически с закрытыми глазами.
Никакая запертая дверь и ни одна башня не остановят адепта корпуса Лиры!
Я покосилась на дверь — вроде шагов не слышно, — свесилась с карниза и прижала ладонь к стене снаружи. Несколько секунд спустя камни откликнулись на мой зов, выращивая маленькие выступы. Я перелезла через подоконник, привычно нащупала ногой первый выступ и начала спуск. Да-а, мастерство не пропьешь!
Спрыгнула с последнего крошечного выступа, вновь коснулась стены, убирая «лестницу», поблагодарила камни, отряхнула ладони и направилась к башне.
Хо-хо, а входа-то и нет. Я прошла вдоль башни в одну сторону, затем обратно, тщательно щупая стену на предмет какого-нибудь секретного камня, нажав на который, можно открыть тот проем. А если магия? Да нет, вряд ли. Гейл не ведунья, Виг тоже вроде не одарен, а ведь они как-то открыли вход до нашего прилета. Я отступила, задрала голову. Узенькие окошки по всей стене, только миниатюрную Элисию через них и пропихивать, а на самом верху окно уже пошире и освещенное. И каменный выступ кольцом под ним. Скорее всего, пленник там. Магическая защита должна стоять в обязательном порядке — узников такого рода вообще без магии не удержать, — что исключает создание каменной «лестницы». Демоны знают, как защита отреагирует на постороннюю ворожбу. По воздуху я, правда, не специалист, не моя стихия, но вырастить зеленый «подъемник» не смогу тем более. Так что из двух зол, как говорится.
— Спусти свои косоньки вниз, — пробормотала я себе под нос и закрыла глаза.
Взлетала я минут пять, истратив всю фантазию на визуализацию пресловутых девичьих кос. Удержаться бы еще на такой высоте. Не сказать, чтобы прямо очень высоко, но и со стула можно упасть и ногу сломать. Едва воздушный поток поднял до уровня выступа, я шагнула на узкую полосу и сразу присела. Глянула вниз. У подножия башни сгущались сумерки, размывая очертания земли. А там у нас что?
Там была комната, небольшая и предельно скромно обставленная. Кровать, стол, стул, низкая скамейка у стены. Свет падал с потолка, но источника я так и не заметила. Как и нового жильца. Может, его таки в подземелье какое-нибудь посадили? А почему тогда тут свет горит? Раньше не горел…
— Любопытство до добра не доводит.
Уй!
Из-под подошвы туфелек без каблука осыпалась стайка мелких камешков, с тихим шорохом сорвавшись в темноту внизу. Руки судорожно вцепились в щербатую стену, а сердце попыталось последовать за камешками. По тонким губам внезапно возникшего по ту сторону окна полукровки скользнула усмешка. Еще и радуется, гад, что чуть не свалилась!
— И в-вам д-добрый вечер, — решила я побыть вежливой.
— Добрый? Думаешь, для тебя этот вечер будет добрым? — Демон слегка наклонился к стеклу, изучая мою позу «утопающий и соломинка».
— Не знаю. Не думала еще, — честно ответила я и попыталась сесть. Вот, уже лучше. Ноги свесить вниз, одной рукой ухватиться за раму.
По стеклу пробежала зеленоватая рябь. Защита.
— Скучающая принцессочка с зачатками дара, — констатировал полукровка. — Что такое? Надоела спокойная жизнь? Захотелось добавить перчика в пресное королевское существование?
Вот уж на что-что, а на пресное существование наш Дом никогда не жаловался!
— Захотелось посмотреть, как ты тут устроился. — В болото формальности! Я одним пальцем потыкала пульсирующее стекло. — Надежно ли тебя заперли.
— Благодарю, хорошо. В этой камере, в отличие от предыдущей, даже десять шагов сделать можно. А запереть меня надолго невозможно. Все это — лишь временная преграда и она ох как эфемерна. — Демон указал на пелену защиты.
Палец кольнуло. Рябь недовольно мигнула. Полукровка озадаченно нахмурился.
— Что ты делаешь?
— Ничего. — А что я, по его мнению, должна делать?
Демон коснулся пелены напротив моего пальца. Вспыхнули голубоватые искры, насквозь прошив даже стекло. Повредить не повредили, ни стеклу, ни пальцам, но запястье заныло, и я на всякий случай тыкать прекратила. Полукровка наклонился ниже, задумчиво разглядывая «точку соприкосновения».
