— Зачем вы пришли?
— Поговорить о твоем будущем.
— А точнее, о последней из рода Леер, — догадалась Илана.
— Она должна умереть.
— Почему?
— Потому что в ней слишком много света. Она может объединить народы, стать их символом, знаменем, надеждой. Она угроза.
— Но она может открыть врата, как вы того и хотели.
— Для открытия врат у нас есть все, что нужно. Или почти все. Мой браслет.
— Он в Адеоне.
— Я знаю. Наш человек там уже работает над тем, как его получить. Но прежде, чем откроются врата, она должна умереть.
— И как по-вашему я должна это сделать?
— Вопрос не в том, как. А в том, сможешь ли ты?
— Не знаю. Она не враг.
— Да. Пока ты так думаешь, ничего не выйдет. Но и здесь возможны варианты. Отдыхай пока, набирайся сил. А завтра мы поговорим о твоей привязанности к сестре.
Гвинерва ушла, а Илане стало холодно. Она сомневалась, не в себе, а в том, что сможет убить Рей. Даже если захочет.
* * *
— Мы опоздали.
— Еще нет.
— Да посмотри ты, его уводят.
— Ты помолчать можешь? Я думаю.
— Думай скорее. Я вмешаюсь.
— Не смей. Бабушка сказала…
— Бабушки здесь нет. И она говорила тебе, а не мне.
— Лис…
— Иди ты к черту, Эдгар.
Она снова вскипела и расстроилась. Брат, как и раньше, не хотел ее слышать. Бабушка сказала. Бабушка много чего говорила. Только зачем ее разговоры, если мамы рядом нет? Она никогда не могла ее заменить. Лис вспомнила тот день, когда узнала о планах бабушки отправить Эдгара в прошлое. Опасно, глупо, но необходимо как никогда. Это все понимали. Мир менялся. Другие, может этого не замечали, но их семья, те, кто мог ходить между мирами сквозь врата, замечали все. Кто-то в прошлом менял ход истории. Их истории. Причем не в лучшую сторону. Например, исчез восстановленный с годами Аделар. Просто испарился со всеми жителями, постройками, полями. Превратился в мертвую пустыню в мгновение ока. Заставил отца задумчиво расхаживать по кабинету. Она никогда его таким не видела. Усталым очень. Почти на грани. Они в тот вечер долго спорили с бабушкой. Кричали даже, а ведь папа никогда не кричал. Его и так все слушали, преклонялись даже. И дедушка Макс присоединился. Тоже кричал, причем на обоих. А Лисса пряталась в укрытии под окнами и все слышала. Он сам хотел пойти. И она знала, почему.
— Ты не можешь. Это изменит все. Тот мир, который ты видишь за окном, просто исчезнет, — говорила бабушка.
— И ты предпочитаешь отправить туда моего сына?
— Эдгар очень умный юноша. Он справится. А ты привлечешь ненужное внимание. К тому же если кто-то из будущего слишком долго находится там, происходят необратимые изменения.
— Разве не этого ты хотела, посылая туда Нила?
— Да, но я не ожидала, что он станет тем самым раздражителем, способным обрушить реальность. Его нужно вытащить.
— И куда он вернется? Здесь ему тоже не место. Его мира больше нет.
— Именно поэтому я хочу отправить туда того, кто еще не родился. Это позволит сохранить хоть какое-то равновесие. Ты бы стал еще одним раздражителем.
— Но я бы увидел ее, — почти не слышно ответил он. Лисса бы тоже не расслышала, если бы не прочитала по губам. Ему тоже ее не хватало. Может, даже больше, чем всем им. Ведь они не просто любили друг друга, они были…
Шум проезжающего экипажа прервал ее мысли. Они следили за Нилом уже очень давно, а он словно чувствовал и ускользал каждый раз, как они настигали. И вот теперь они в Легории и наблюдают, как его куда-то уводят. У нее был безумный план отбить его и скрыться, а Эдгар был больший стратег и остановил. Прямо как папа, одним лишь взглядом. И так же, как с папой, она не смогла возразить.
— И что ты предлагаешь? Дождаться, когда его казнят?
— Его не казнят, — ответил брат, — Но это было бы идеальным вариантом.
— Что ты несешь?
— То, что тебе знать не положено. Если Нил умрет, раздражитель исчезнет.
— Простой вариант для того, кто забыл, кем была наша мама. И на что шла ради других. Ей было бы стыдно сейчас за тебя.
— Ты заткнешься когда-нибудь? — разозлился парень, — Я же сказал, что это всего лишь вариант. И я не забыл, кто наша мама. Поэтому ищу другой способ. А ты мешаешь. Пошла бы лучше, комнату для нас сняла. Хоть какая-то польза.
— Знаешь, братец… Если бы не я, ты бы сейчас оставался все еще привязанным к дереву.
— Если бы не ты, меня бы никто не связал, и я давно бы вернулся домой.
— Ненавижу тебя, — окончательно разозлилась девушка. Ей надо было остыть. Привести голову в порядок, но как это сделать, когда тебя все время тычут носом в совершенные ошибки. Да, она напортачила там, в эльфийских землях. Но только потому, что поняла, где оказалась. И совсем забыла, что находится в другом времени, вот и попала в лапы полуорков. Сама виновата. Так она и не отрицает. А он все напоминает и стремится ударить побольнее. Можно подумать, ей и так не больно. Он не понимает, как ей всю жизнь не хватало мамы. Он мужчина, у него есть папа. А у нее никого. Да, конечно, многочисленные друзья, родственники, помощники всю жизнь окружали ее заботой. Старались стереть пустоту от отсутствия матери, вот только никто из них никогда не мог бы заменить ее. А тут она есть. Живая, красивая, умная, сильная, именно такая, как себе представляла. И так хочется… так хочется… Жаль, что нельзя. Вот только если этого понимания достаточно сейчас, то будет ли достаточно завтра? Она не знала. А что если просто сбежать, найти маму и все все ей рассказать. Узнать ее хоть немного. Это же так просто. Гар снова прочел ее. Просто схватил за руку и резко развернул к себе.
— Вот этого я и боялся. Что ты не выдержишь.
— Отстань.
— Как только откроются врата, ты пулей полетишь домой. И я уж во всех подробностях поведаю отцу, насколько ты была безрассудна.
— Давай, расскажи ему все. Я знаю, что ты обо мне думаешь. Что вы все думаете. Ах, бедная Алиссия, не может справиться со своим проклятым даром, не может совладать с чувствами, поэтому нуждается в уходе, присмотре, золотой клетке. Удобной, уютной, но клетке.
— Да никто не держит тебя в клетке.
— Да?! А почему тогда я никогда не выезжала дальше Адеона?
Он не ответил. Лжец. А ей надоело. Просто надоело бояться себя. Мама никогда не боялась. Она шла только вперед и никогда назад. И ей до боли хотелось на нее походить. Поэтому она рискнула и бросилась вслед за братом в воронку врат. Безрассудно, глупо. Да. Тысячу раз да. Ну и пусть.
— Делай свои глупые дела, обдумывай варианты. Я не буду мешать. Но и ты не мешай мне.
— Ты рискуешь изменить ход истории.
