Она проплыла дальше, чем намеревалась, и, вынырнув и отдышавшись, все еще ощущала боль в груди при взгляде на него.
Глава 3
Луис громко и ветвисто выругался по-испански. Летняя гроза не улучшала настроение. За окном ревел ветер, дождь беспощадно барабанил по окнам. Бесконечные потоки воды скатывались по стеклу.
Повернувшись к столу, стоявшему у противоположной стены золотисто-алой гостиной, Луис наблюдал, как Карли, склонившись над подносом, наливает для него в крошечную чашку эспрессо.
Он снова ощутил нежеланный прилив вожделения, болью отозвавшийся в паху, отчего хотелось скорчиться. Луис нахмурился.
На него нахлынула скука.
Скука и разочарование.
Одно вытекает из другого, решил он. Что же еще может стать причиной столь мощного сексуального притяжения к этой маленькой мисс Тихоне?
Он позволил себе незаметно осмотреть Карли с головы до ног. Бесформенные джинсы увеличивали ее бедра. Когда она наклонялась, они обрисовывали ягодицы, подчеркивая их изгибы. «Она должна чаще носить обтягивающее», – подумал Луис с вожделением. Сжав челюсти, он с трудом заставил себя отвлечься от сочного женского тела.
– Поиграй со мной в карты, – неожиданно предложил он.
Карли повернулась к нему с испуганным выражением лица:
– Я не играю в карты.
– Я тебя научу. Она замерла в нерешительности.
– Что такое? – протяжно проговорил Луис. – Боишься, что я испорчу тебя? Одна партия в покер – и ты проиграешь все свои заработанные денежки?
Мечтая, чтобы он перестал смотреть на нее так, Карли принесла ему кофе и поставила поднос на кофейный столик.
Испортить ее? Интересно, понимает ли Луис, что он уже хорошенько над этим потрудился? Будет ли он потрясен, узнав, что его персона занимает все ее мысли в последние дни? Ночами Карли лежала в постели, думая исключительно о нем, а тишина и темнота, казалось, только множили ее мысли. Мысли о тяге к Луису, сопровождаемые ужасающими воспоминаниями. Но даже этих воспоминаний было недостаточно, чтобы предотвратить зуд в груди или ноющую боль внизу живота.
Карли чувствовала себя… удрученной оттого, что желания, так долго спавшие в ней, проснулись. Она не переставала убеждать себя, что нужно собраться с духом и пережить это состояние, а потом жизнь вернется в нормальное русло.
Когда вернется? Когда ее хозяин будет достаточно здоров и улетит в Буэнос-Айрес, или в Нью-Йорк, или во Францию, или еще куда-нибудь? Когда между ними вырастет прежняя стена и глупые чувства снова заснут? Когда она сможет вернуться к учебникам и выбросить его из головы?
Игра в карты не поможет, не так ли? А еще все эти сеансы массажа и бассейн… Ей нужно проводить с ним как можно меньше времени.
– Сомневаюсь, что у нас есть карты, – заметила девушка.
– Есть. В моей спальне, – сказал Луис. – В письменном столе. Второй ящик слева. Иди и принеси их, Карли. – Она не двигалась. Он вздохнул. – Пожалуйста.
– А что, если я скажу, что не хочу играть в карты?
– Тогда мне придется напомнить, кто здесь хозяин.
– Так это приказ? Луис самодовольно улыбнулся:
– Боюсь, что да.
Не говоря ни слова, Карли повернулась и вышла из комнаты, но ее шаги были тяжелыми, когда она поднималась по лестнице. Она чувствовала себя загнанной в ловушку – как муха, угодившая в соблазнительную сеть паука. Непогода держала их взаперти в этом большом доме, и иногда Карли казалось, что, кроме них, на свете больше никого нет. Кроме того, ситуацию усложняла растущая симпатия к Луису.
Раньше Карли воспринимала его как требовательного босса, державшегося на расстоянии. И это было гораздо предпочтительнее, чем то удовольствие, которое она начинала получать от общения с ним.
В поместье, окруженном непролазной грязью и лужами, остались она, он и летние проливные дожди. Луис не мог водить машину, а ехать в Лондон на поезде он не желал. И он предупредил Карли, что не хочет, чтобы сюда приезжали гости, пили вино, ели, дразня его всем тем, что ему пока недоступно.
Самым тревожащим был случайно обнаруженный Карли факт: ей очень нравилось, что Луис оказался на ее попечении.
Открыв дверь в его спальню, она вошла в обшитое дубовыми панелями помещение, которое занимало почти весь первый этаж роскошного дома. Она здесь бывала не раз, заправляя постель и меняя дорогое постельное белье из египетского льна. Простыни всегда были смяты – даже если Луис спал один.
Карли подошла к рабочему столу, и ее внимание привлекли две фотографии в рамках, стоящие на сверкающей поверхности. На одной была его мать с грустными глазами и черными, как вороново крыло, волосами, а на другой – сам Луис, когда он впервые стал чемпионом мира. Его волосы были мокрыми от шампанского, а в поднятых руках сверкал большой серебряный кубок.
Она видела эти фотографии много раз и почти столько же раз протирала тяжелые серебряные рамки, однако сами снимки ее никогда не интересовали. Но сегодня Карли чувствовала себя кем-то вроде шпиона. Она растерялась, не зная, как ей себя вести.
– Карли!
Нетерпеливый голос Луиса разнесся по дому, заставив ее быстро найти колоду карт и вернуться в гостиную.
Он взглянул на нее:
– Что тебя задержало?
– Я не заметила, что задерживаюсь. Просто замечталась.
– И о чем же ты мечтала? – вкрадчиво поинтересовался Луис. Краска залила щеки Карли, и ее охватил страх, что он обратит на это внимание.
Он обратил внимание. И не только на это. Ее груди приподнимались, когда она тасовала карты. Интересно, что бы сказала Карли, если бы ей стало известно, что, сидя здесь, он пытался представить ее обнаженной? Луис придвинул свой стул ближе к ней, задаваясь вопросом: как долго это сумасшествие будет продолжаться? Он никогда не спал с теми женщинами, фамилии которых были указаны в его платежной ведомости, и не намеревался начинать – по крайней мере, не с Карли.
Луис протянул руку к колоде.
– Во что будем играть? – спросила она.
Ее наивный вопрос только усилил его смятение. Когда Луис взял карты из ее рук, он понял, что способен думать только о прикосновении ее кожи к своей и что ему хочется большего. Он мечтал сыграть в игру, которая не имела ничего общего с пиками, или с трефами, или с бубнами. Луиса влекла к себе очень взрослая игра, в которой участвовали бы изгибы тела Карли, его рот и руки, исследующие эти изгибы до полного пресыщения.
Он помотал головой, пытаясь избавиться от эротических видений.
– Не хочешь научиться играть в покер? – предложил он.
– Это легко?
– Не совсем.
– Тогда с удовольствием.
Луис перетасовал карты и принялся объяснять правила, наблюдая за реакцией Карли. К его удивлению, ему не пришлось повторять дважды. Девушка схватывала суть игры с невероятной скоростью.
