отвечать. С ним было комфортно работать. Желаю всем группникам такого радиста, и, если ты, Мишаня, читаешь эту книгу, передаю тебе огромный привет. Спасибо за службу.
Через какое-то время Центр ответил, что наших там нет, и быть не может. Это тот самый ответ, который ты не хочешь услышать или эта та реальность, которую ты побаиваешься. Если это тот, кто работает за противника, то он выбрал удачный момент, при преодолении брода, да еще и почти на эвакуации, когда у всех концентрация падает.
— Витас, я вижу только зарево, людей не вижу, значит еще далеко, давай потихой продолжай движение. Если что, сразу доклад.
— Принял, командир, начинаем движение.
Головняк пошел вперед, я их немного отпустил и дал сигнал голосом группе на начало движения.
— Командир, это Витас. Слева от нас видим людей, стоят прямо на дороге, их трое. Смотрят по сторонам. Наши действия?
— Пока посиди, я сейчас подойду.
Люди? Кто это? Что вообще за говно творится? Ааааа, еп твою мать, это же Саня, инженер. Точно!
— Витас, это наши инженеры, они нас встречают, чтобы показать проход к броду. Только вот сигналов с ними я не устанавливал, сейчас по центровой на него попытаюсь выйти.
— Гиря, я Юстас прием.
— На приеме Гиря.
— Мы тебя видим. Подними левую руку вверх, чтоб обозначить себя. Витас, наблюдай в ночник.
— Да, вижу. Есть.
— Видим тебя, Гиря. Идем к тебе по дороге, встречай.
— Жду.
Я пошел с головняком, дав команду всей группе выдвигаться за нами, а на развилке уходить левее.
— Здорово, Гиря. Спасибо, что встретил. Давно здесь?
— Да, целый день группы встречаю.
— Понял. А ты не знаешь, что там может светиться так ярко в ночник?
— Так это артиллеристы наши там костер жгут, на той стороне реки.
— Костер? Твою ж мать. А я там напрягался. Принял. Там, кстати, сейчас еще три четверки подойдут.
— Понял, Юстас. Давай, еще увидимся. Вы, кстати, почти крайние. После вас группы две — три остались.
— Понял. Ну я пойду. Удачи — сказал я, пожал руку Гире и пошел к реке, где головняк стоял перед водой.
— Парни, можно разуться и снять штаны. Не вижу смысла сейчас мокнуть, спецназ закончился. Тем более неизвестно, что там по ночевке, да и время есть, и охранение есть. Только в темпе. Кто будет тупить, пойдет в одежде.
— Ядро, подходите к воде, жду вас. — не знаю зачем я это тогда сказал, так как они уже почти пришли.
Головняк очень быстро разделся, повесив штаны и ботинки на шею, перешли воду и уже одевались на той стороне. В этот момент бойцы в ядре раздевались, а тыльник посматривал по сторонам, таким образом группа очень быстро перешла реку. Я, помня предыдущий опыт, поднял над собой разгрузку, так как мне было не по пояс.
Заняло это все минут пятнадцать, не больше. Мы пошли дальше по уже известной дороге, или тропе, вдоль реки. Пройдя метров триста, и выйдя из леса мы увидели много машин, фонари, ходили люди, в общем точка эвакуации.
— Пришли, закончилось это блядство, слава Богу. — сказал я, оглядываясь по сторонам.
— Товарищ старший лейтенант, наша рота там находится, сказал какой-то боец, которого я в темноте не узнал.
— Принял, спасибо. Группа, вот под те деревья идем, там привал. Ждем дальнейших указаний. — и тут же добавил:
— Отставить. Становись в круг. Стволы вверх, разряжай.
Бойцы отстегнули магазины, и несколько раз передернули затворную раму, или как принято говорить, отвели несколько раз затворную раму в заднее положение. Потом контрольный спуск, предохранитель.
— Юстас, здорово. Как сам? — спросил у меня командир роты, появившись из ниоткуда.
— Все нормально, спасибо. Как вы сходили? Нашли арту? — спросил я с дикой улыбкой.
— Да. А вы нет? — начали смеяться с ротным вместе.
— Клоуны, сука. Если бы там кто-нибудь стрельнул, мы бы до сих пор искали друг друга, в этой панике.
— Сейчас едем в отряд, там подведение итогов. Говорят, Первый очень лютовал, говорят очень недоволен. — сказал мой командир уже с серьезным лицом.
— Даааа? Удивительно — сделал я паузу и добавил — сказал четвертый сын, когда отец разделил царство между тремя сыновьями.
— Смешная шутка, надо запомнить — заулыбался ротный и похлопав меня по плечу, ушел куда-то.
Так закончилась очередная задача. Но это был еще не конец. Впереди был разъеб, причем такой же смешной, как и сама задача. А теперь представьте, что это были не учения, а реальная задача, с реальным противником, с реальной артой. Представили? Да бросьте, такого не было и быть не может (автор подмигнул левым глазом и заулыбался).
С рассветом нас разбудили, погрузили в машины, в которых, просыпаясь на каждой кочке, мы пытались спать в любых положениях. Ну, а по прибытии, стандартная рутина: сдаем имущество, чистим оружие и отдыхаем.
— Командиры групп, на ЦБУ[7], подведение итогов — подошел ко мне дневальный.
— Принято, спасибо.
Все офицеры, которые участвовали в данной спецоперации по захватыванию мира, стояли вокруг большого стола, на котором лежала огромная рабочая карта нашего отряда. Мы здоровались, подмигивали, крутили у виска в знак непонимания всего этого до момента, пока не зашел Первый.
— Товарищи офицеры — громко подал команду командир отряда Б.
— Товарищи офицеры. — очень тихо и безразлично ответил Первый, сняв кепку, и встав у стола.
Дальше, как говорится, с корабля на бал. Каждый группник был оттрахан вдоль и поперек. Все плохо, все плачевно, ничего не умеем, ничего не можем.
— Ни один командир группы не командует своим личным составом — орал с пеной у рта Первый.
— Разрешите доложить — не выдержал мой дружочек из соседнего отряда. — Как мы там должны были командовать? Нас было семнадцать групп. Если каждый командир группы сказал там хотя бы по пять слов, то это уже получилось сто слов. Вы представляете, какой бы там базар начался? Да и зачем там командовать? Мы шли одной колонной, которая семьдесят процентов времени стояла, тридцать процентов шла. Какие команды вы от нас ждали?
— Вы бы лучше так умничали, когда задачи выполняли? — включил свой реверс Первый. — Один мне докладывает, что не может организовать засаду, так как там деревня, асфальтовая дорога и люди. Где он, где этот Юстас? — как-то плавно говнодуш направили в мою сторону.
— Я здесь.
— Ну и что ты мне докладывал? Какого хуя ты там не мог провести засаду?
— Место неподходящее. Очень большое количество гражданских лиц, которые мешали выполнению задачи.
— Тебе задача поставлена, надо ее выполнять.
Я промолчал, так как до сих пор не понимаю,
