– Мяу-у-у-ур-р-р, – перебила Азрея.
– Если ты все это и сама понимаешь, то поделись уже энергией. Я ее теряю.
Котенок еще раз фыркнул, но все же поднялся и, не убирая когтей, прямо по атласной коже Аркемейи забрался ей между высоких грудей.
Хаджар такие видел лишь, пожалуй, на изображениях тех, кто называет себя уличными художниками. Полные, налитые соками, они прилегали друг к другу так тесно, что между ними, наверное, с трудом можно было протиснуть лезвие ножа.
Но, впрочем, у старого тела имелись и свои плюсы.
Хаджар смотрел на идеальную фигуру и тело богини любви или демона соблазна как на скульптуру – с восхищением, но без всякого желания.
Его чресла были все так же спокойны.
И в этом он находил некую гармонию для своего разума. Потому что в данный момент требовался именно разум, а не кровь молодого воина, запертого в теле старика.
Азрея прикрыла голубые глаза и замерла. Вскоре от нее начали исходить волны теплой, спокойной энергии. Хаджар, пронзая их иглами из воли и Имени ветра, разделял марево на тончайшие нити силы, которыми ловко сшивал разрозненные каналы и узлы.
И на этот раз он ставил не столько плотины и заплатки, сколько позволял каналам самостоятельно зарасти по проложенным по ним тропинкам.
Этому искусству он научился в своих скитаниях по ближайшим регионам и границам Чужих Земель. И пусть целитель, который его обучал, говорил, что Хаджару никогда не подняться выше коновала в этом искусстве, но и этого уровня было достаточно, чтобы не дать человеку… или не совсем человеку превратиться в инвалида.
Так, за работой, прошел остаток ночи.
Когда Аркемейя очнулась, то осознала себя лежащей абсолютно обнаженной под одеялом из овечьей шерсти. Оно пахло чем-то затхлым и тяжелым.
Не самый приятный запах, когда у тебя в голове словно двадцать демонов пляшут на жестяных барабанах.
Девушка прикоснулась ко лбу и тут же отдернула руку – холодная мокрая тряпка покрывала всю голову, освобождая лишь лицо.
– Понравилось? – спросила Аркемейя.
Хаджар, сидевший за столом и смотревший в окно, ответил не сразу. Так что раненая получила прекрасную возможность рассмотреть хорошо знакомого ей воина.
С их последней встречи миновало уже восемьдесят или даже чуть больше лет. Но за минувшие годы Хаджар почти никак не изменился.
Это был все тот же безумец, который вместе с орком и горсткой смертных уничтожил гнездо Да’Кхасси.
Аркемейя облегченно выдохнула.
Она боялась, что может найти совсем другого Дархана, чем она запомнила. Но, видимо, такие упертые упрямцы, как он, никогда не меняются.
– Что именно? – Голос с легкой старческой хрипотцой все еще звучал так же, как и многие десятилетия назад.
– Я все же голая.
Хаджар обернулся.
Его лицо, испещренное шрамами и глубокими морщинами, выдавало легкую усталость. Но взгляд Аркемейи искал вовсе не признаки возраста и деградации пути развития, а два ярких синих глаза, воля которых могла сокрушить небеса и расколоть землю.
И она их нашла.
Все тот же дикий, необузданный, почти звериный взгляд.
– Аркемейя из Курхадана, – ухмыльнулся Хаджар Дархан, Безумный Генерал, Великий Мечник, – я нашел средство борьбы с влиянием Да’Кхасси.
– Да? – Аркемейя двинула рукой, позволяя одеялу приспуститься чуть ниже. Так, что открылась лишь часть груди и плечо. Плоть не была обнажена полностью, но именно это давало мужчинам простор для полета фантазии. – И какое же?
И к удивлению охотницы, чары, которые срабатывали даже на самых высокоразвитых адептах, никак не воздействовали на Хаджара.
– Смертная плоть и старость, – все с той же ухмылкой ответил он. – Я не просто выгляжу стариком, мое тело действительно дряхлеет, Аркемейя.
Слова, которые произнес Хаджар, прозвучали как нечто невероятное и несуразное.
– Но зач… зачем?!
– У всего есть своя цена, – развел руками Хаджар. – В данный момент я плачу свою и…
Он замолчал на полуслове, затем повернулся в сторону двора своей маленькой школы. После чего поднялся и направился к двери.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– И ты даже не спросишь, зачем я здесь? – удивилась Аркемейя.
– Спрошу, – кивнул Хаджар, – но позже. – Он наклонился к вылизывающему шерстку белому котенку: – Проследи, пожалуйста, чтобы наша гостья не сделала ничего неблагоразумного.
Котенок, застыв, как-то слишком хищно оскалил маленькие клыки и утробно промурчал:
– Мяур-р-р.
– Я знал, что тебе понравится, – в свою очередь Хаджар произнес это так, будто действительно понимал, что произнесла кошка.
И именно такое впечатление сложилось у Аркемейи. Будто этот миниатюрный котенок действительно что-то проговорил.
– Ты думаешь, что маленький котенок сможет меня ост…
– Мяу, – коротко просвистел котенок, и Аркемейя замолчала.
Она ощутила давление чудовищной звериной силы. Силы, которая, тем не менее, была ей откуда-то хорошо знакома…
– Второй день подряд у нас гости, – сокрушался Хаджар. – Теперь еще губернатора принесла нелегкая.
Глава 1137
– Я не слышу в этих словах вопроса, губернатор.
Небесный солдат, нахмурив кустистые брови, криво улыбнулся.
– На то твоя воля, достопочтенный мастер, не слышать в моих словах вопроса, когда тебе того не хочется.
Они вновь замолчали.
На этот раз на куда больший срок, чем прежде.
– Зачем вы приехали, губернатор? – спросил наконец Хаджар. – Путь от дворца до моей школы неблизкий, а жена ваша молода и свежа. Я думал, у вас есть более интересные занятия, чем навещать старого мечника уже второй раз за месяц.
– Ты прав, мастер, – губернатор отпил еще немного чая и, вздохнув, поставил его на стол. – Мне осталось меньше полувека, Хаджар, и думаю, ты это прекрасно знаешь… Я бы с удовольствием проводил оставшиеся годы в усладах тела и души, но… я не просто так занимаю пост губернатора Седента. Душа моя радеет не только за мою плоть, но и за тех, кто живет на моей земле.
Хаджар промолчал. За свою жизнь он встречал множество чиновников и облеченных властью адептов. И видят Вечерние Звезды, губернатор Седента был в числе далеко не самых худших их представителей.
Он стоил того, чтобы его выслушать.
– И я бы хотел, чтобы так продолжалось и после моего ухода.
– Что вы хотите этим сказать, губернатор?
Небесный солдат поднял взгляд карих глаз и скрестил его с взглядом небесно-голубых.
Боги и демоны… пусть перед ним сидел и простой смертный, но было что-то в глубине этих очей, что заставляло губернатора тянуться ладонью к рукояти сабли.
– Оставим придворные выкрутасы, Хаджар. Их мне хватает и у короля. Я знаю, что в город заявилась охотница на демонов – Аркемейя из Курхадана.
– Я не смогу выдать ее вам, губернатор.
Адепт прищурился.
– А если я прикажу?
Хаджар промолчал, но ответ был ясен и без всяких слов.
– Демоны с тобой, мечник. Делай с ней что хочешь. Почему-то я не сомневаюсь, что ты действительно сможешь справиться с адепткой, ауры которой хватит, чтобы раздавить меня, как жука… Я приехал по другому поводу.
– По какому, достопочтенный губернатор?
Адепт залпом, будто это был не чай, а вино, осушил пиалу и с шумом поставил ее на стол.
– Аркемейю из Курхадана нанял король Гретхеген. Ты знаешь, Седент свободный город, но…
– Настолько, насколько хоть кто-то может быть свободен.
– Именно, – кивнул губернатор. – Так вот. Гретхеген нанял ее, чтобы она исследовала так называемую “Страшную Впадину”. По слухам, от нее распространяется какая-то хворь, которая губит земли королевства в целом и наши – Седента, в частности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Я слышал об этом, – теперь уже пришел черед Хаджара нахмуриться, – но в чем… – И тут он понял, зачем губернатор приехал к нему. – Зачем мне ей помогать? Я простой наставник небольшой школы меча, губернатор.
