Машина остановилась.
Кира вздрогнула, осознав, что обратной дороги нет. Алкоголь за время поездки немного выветрился, и она медленно начала понимать, на что согласилась. Не сказать, что татуировка была концом света, но она даже не подумала, что именно будет набивать. Бабочку? Цветочек? И тут она запоздало подумала о том, в каких условиях будет делать татуировку.
Перед глазами прояснилось, и она увидела обшарпанное двенадцатиэтажное здание. Справа в тени двора у гаражей бродили бомжи, старая подъездная дверь, висящая косо на одной петле, со скрипом приоткрылась.
Кира уже завела ногу назад, чтобы убежать, но ее вдруг подхватил под локоть Саша, а по другую сторону Катя.
Кира замотала головой.
– Ребят, нет. Я передумала. Делать тату здесь? Это же не гигиенично!
Саша заржал как конь и втолкнул ее в подъезд.
Красная тусклая лапочка слабо освещала створки двери. К ним был приклеен лист бумаги, на котором было написано: “Прежде чем заходить в лифт, убедись, что кабинка есть”.
Ребята все застыли в недоумении. До всех медленно доходило написанное.
Оля нервно хихикнула.
– Может по лестнице? – предложила Маша.
Кира сглотнула и готова была бежать, да ее под руку крепко держал Саша, который вызвал лифт. Створки открылись и, о чудо, кабина лифта была на месте.
Они поднялись на седьмой этаж и нажали на звонок квартиры. Открыла девушка чуть старше самой Киры.
Кира моргнула и обернулась на жуткий подъезд и обратно на прилично обставленную квартиру. Девушка с разноцветными дредами на голове приветливо улыбалась.
– Саша! Ты меня конечно удивил своим звонком… О, Ари! Ты в Севастополе? Ничего себе! Очень рада тебя видеть!
Ари улыбнулся и обнял девушку. Неожиданно для себя Кира вновь почувствовала укол ревности.
– Познакомьтесь. Это Лиза. Великолепный мастер. Половина татуировок на мне: ее работа.
Лиза смущенно захихикала в кулак и стукнула его бедром.
– Проходите. Разуйтесь только, пожалуйста.
Кира сунула ноги в резиновые тапки и не сдержала смешок, когда Ари недовольно посмотрел на оставшиеся розовые тапки в форме кроликов. Он решил остаться в носках.
Ребята вошли в небольшую комнату, где располагалась кушетка. На стенах были приколоты кнопками эскизы невероятной красоты. Кира засмотрелась.
– Ты же Кира? Ничего себе как у вас далеко зашла игра в “Слабо”… Что ты хочешь набить?
Не отрывая взгляда от эскизов, Кира махнула плечами.
– Я не знаю. Что-то маленькое…
– А на каком месте?
Кира, наконец, обернулась к ней и поняла, что все компания застыла в проходе и выжидающе смотрела на нее.
– Еще не думала…Ребята, давайте вы подождете на улице, а? Я не могу сосредоточиться, когда вы так смотрите. Гомон возмущения поднялся к потолку. Лиза зашикала, чтобы ребята вели себя тише, ведь было далеко за полночь, и выпроводила всех.
Лиза перевязала разноцветные дреды платком и выложила перед Кирой папку с маленькими эскизами.
Посмотри. Может тебе что-то понравится здесь.
На глаза попался нежный подснежник с надписью, что Кира все не могла разобрать.
– А что здесь написано?
– Это имя. Знаешь, некоторые девочки набивают себе внизу живота, так, чтобы трусики при желании могли ее скрыть. Многие делают такой подарок для своих парней, мужей…
Кира подцепила ногтем большого пальца передние зубы. Она ведь тоже хотела так сделать когда-нибудь, когда у нее появиться тот человек, с которым будет готова прожить всю жизнь… Но этого ведь может не случиться…
– Я хочу вот это, – определилась она.
Через пятнадцать минут довольная Кира выглянула в окно и помахала друзьям.
В нетерпении все поднялись.
– Ну что? Что набила?
– Не покажу.
– Как? – воскликнул Саша. Как же ты докажешь, что сделала тату?
– Она сделала, – хмуро ответила Лиза и, закатив глаза, хлопнула себя по голове.
Ари вдруг расплылся в улыбке.
– Что, слабо показать?
Кира обернулась к нему. Ответная улыбка растянулась до ушей, что сам Чеширский Кот позавидовал бы.
– Сейчас ведь моя очередь давать задание на слабо? И, по-моему, выполнить его должен будешь ты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Улыбка Ари сошла с лица.
– Тебе слабо сделать тату вслепую? Так, чтобы ее тебе набила я, конечно, под контролем Лизы, а потом ты бы увидел ее?
Все тело Ари было в татуировках, поэтому он не мог сказать, то еще одна татуировка была бы сильным ударом по нему.
– Только бейте где-то на груди, где есть свободное место, а то еще на лице набьете.
– Договорились, – Кира вытащила из-за спины красный шарф, что приготовила. – Завяжем глаза?
Ари скривил лицо, но, повернувшись вполоборота, наклонился так, чтобы Кира смогла повязать на глаза шарф.
Сладкие нотки ванили и корицы духов Киры наполнили легкие, и от этого закружилась голова. Нежные руки усадили на кушетку. Ари с разочарованием почувствовал, как Кира отошла от него.
– Надо было сначала снять с тебя футболку, – поцокала языком Лиза.
– Будет сделано, – Ари стянул футболку и у женской половины компании дружно расширились глаза.
Кира сглотнула, осматривая мускулистый мужской торс, исчерченный черными полосами, письменами и картинками. Рисунок был подобен карте, и Кира готова была разглядывать ее всю оставшуюся ночь, но ее отвлекли:
– А что ты ему выбрала? – поинтересовалась Маша, что смутившись, отвела взгляд от торса Ари. Саша недовольно скрестил руки на груди.
– Не скажу. Это сколько займет? – обратилась Кира в Лизе.
– Минут пятнадцать – двадцать. И да, не стойте над душой. Все увидите в свое время.
Кира не сдержала смешок.
Ари услышал, как захлопнулась дверь. Чувство тревоги стало подкрадываться к нему, хотя оно быстро заглушилось, когда девушки начали обсуждать, куда именно набить татуировку. Ари даже стало интересно, на что у Киры хватит смелости и воображения.
Придвинулся стул. Ари почувствовал, как его толкают на кушетку. Он повиновался и ощутил на ребрах движения ручки. Ари попытался понять, что же Лиза там пишет, но только понял, что татуировка будет совсем небольшая. Было похоже, что это несколько слов. Где-то с мизинец.
Стул скрипнул. Ари скорее почувствовал, чем услышал, как на место Лизы присела Кира. Лиза долго объясняла ей, как макать носик иглы в краску и как держать.
Машинка зажужжала.
Кира вздрогнула от ожившего аппарата в своей руке. Она сглотнула и смущенно подумала: “Хорошо, что у Ари закрыты глаза”.
Закусив губу, под контролем руки Лизы, она прикоснулась иглой к коже Ари. И Кира почувствовала, как игла молниеносно пронзила кожу, оставляя черную полосу. Кира ощутила себя творцом и испытала настоящее волнение и наслаждение, ведь эта полоска останется на коже Артура на всю жизнь. Кире так хотелась остаться хоть где-то, не только в его воспоминаниях.
Юноша почувствовал скребущую иглу. Ему даже нравилась эта боль. Боль изменений.
Он прикрыл глаза под повязкой и расслабился, входя в какой-то транс болевой точки.
У него было предчувствие, и все никак не мог охарактеризовать его: словно на нем писали новую главу его жизни. Словно после сегодняшнего дня его жизнь круто измениться. Но он все никак не мог понять, почему так чувствовал себя.
Его мысли прервал кашель Киры. Рука остановилась. Машинка выключилась, пока Кира не откашлялась.
Через некоторое время девушку сменила Лиза и подкорректировала татуировку.
– Вот и все, – наконец, произнесла Лиза, и Ари предвкушающее сел.
Тугую повязку сняли с глаз. Яркий свет ламп ударил по глазам. Ари зажмурился и посмотрел на пол.
Кира взволнованно стояла в сторонке.
– Можно смотреть?
Лиза кивнула и хитро хмыкнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ари встал и подошел к зеркалу. Под грудью в пустом месте между татуировок дракона и полинезии был нарисован розовый единорог, а из-под хвоста шла надпись. Правда, надо было отметить, что для первого раза качество выполнения татуировки было вполне хорошее.
