все его внимание уходило на то, чтобы твердо переставлять ноги, не вжимать голову в плечи и не сутулиться, не реагировать на цветастые пятна по бокам — разнопеструю одежду прибывших акул, — и осознавать, что все происходящее ему не снится.
Последнее давалось сложнее всего.
Оказавшись перед Аероном, Эмрис, наущенный загодя камергером, поклонился. В точности, как в первый раз — одну руку на грудь, другую в сторону, ногу чуть перед. Он постарался сделать это коротко и по-воински: элегантный вариант ему все равно никак не давался, однако Эмрис не хотел, чтобы его движения выглядели скованными или неуклюжими.
Аерон жестом велел Железному распрямиться. Затем так же молча приподнял руку ладонью вверх, будто требуя: ну, давай покончим с этим поскорее.
Эмрис опустился на одно колено и наклонил голову. Аерон встал и обратился к собравшимся подданным — титулованным особам и знатным горожанам:
— Деорсийцы! Думаю, за последнюю неделю в столице не осталось ни одного человека, который бы не знал, кому мы обязаны воцарением мира в провинции Редвуд. Императрица-регент Фридесвайд, как все вы знаете, доверила Редвуд не тем людям — слабым и бездарным, которые, когда появился Норг, не смогли дать ему стоящий отпор и бежали из собственных земель. На долгое время Редвуд оказался для нас потерян. Но благодаря этому человеку, капитану отряда наемников «Железные Братья», — Аерон указал на Эмриса, — земли на западе империи Деорсы, наконец, освобождены. И мы надеемся, в них снова придут мир и процветание.
Майордом слева от императора сделал шаг вперед, держа на руках расшитую подушку. На той возлежал черный пояс из тонкой кожи с изысканной серебряной инкрустацией. Император взял аксессуар и воззвал:
— Встань, Эмрис Железный. За твои заслуги перед короной я произвожу тебя в рыцари и дарую титул барона Редвуда.
Эмрис встал — все-таки немного неуклюже. Аерон опоясал новоявленного барона и со смехом шепнул:
— Неужели камергер тебя извел, барон? Твой поклон стал вполне ничего.
Когда Аерон отодвигался, Эмрис увидел, как одинаково остро смеялись его разные глаза.
Железный обернулся, все еще не доверяя действительности. Он услышал, как герольд в открытых дверях заголосил, что император Аерон Первый произвел в бароны Эмриса Железного и пожаловал ему во владение замок Редвуд вместе с прилегающими землями, поселениями и городом. Эмрис услышал и то, как эту новость подхватил следующий герольд, и, передаваясь от одного к другому, она сначала вылетела на дворцовую площадь, а потом, видимо, понеслась дальше.
Он не услышал только главного: хоть какого-то понимания от знати. Никто, ни один не поздравил словом, не хлопнул в ладоши, не пожелал ничего доброго. Все смотрели враждебно, волком, как на…
Или все-таки нет?
Тишину, густую, как засахарившийся мед, будто лязгом оружия пронзили одинокие аплодисменты. Взгляд сам собой упал в сторону единственного смельчака. Почти сразу захлопали еще двое мужчин, за спиной начали рукоплескать император и придворные, и вскоре гвалт оваций наполнил весь тронный зал. Эхо отскакивало от стен с грохотом требушетных залпов и вскоре синхронизировалось с ударами сердца Эмриса, который никак не мог отвести взор от того, кто захлопал первым.
Первой, поправил себя Железный.
Молодая женщина — Эмрису даже на ум не пришло слово «дева» — смотрела на него сияющими глазами. Она продолжала с энтузиазмом стукать ладонями друг о друга, но, что куда важнее, она улыбалась. Ее прекрасное лицо светилось таким радушием, словно она сама пригласила сюда Эмриса как давнего друга, ждала его с нетерпением, и теперь была совсем не в силах скрыть восторг встречи.
Эмрис даже не понял, как внутри все расслабилось, и он широко улыбнулся в ответ, тут же найдя в глазах незнакомки одобрение. А потом она чуть оглянулась на блондина позади и что-то сказала. Железный не мог не узнать: именно этот человек остановил его на тракте, когда он вез Норга в столицу. И едва он попытался связать увиденное в какое-то внятное предположение, его перебили.
— Мои поздравления, — шепнул из-за спины император и тут же, чуть толкая Эмриса в плечо, громко позвал, спускаясь: — Теоданис!
Мужчина, стоявший от незнакомки слева, на порядок старше ее, шагнул вперед.
Теоданис? Серьезно?! Сам Теоданис Багровый Кулак?!
Эмрис бездумно уставился на крупного и по-возрастному крепкого мужчину с частой проседью на висках. Интересно, много ли из того, что о нем говорят и что о нем в свое время пели, правда? Надо будет обязательно найти способ познакомиться. Два вояки — неужели они не найдут, о чем поговорить? — прикинул Железный, уже предвкушая знакомство с легендарным полководцем.
Но перво-наперво надо поблагодарить незнакомку. Она здорово разрядила момент. Да и вообще, любая поддержка в месте вроде этого, стоила столько же, сколько глоток воды в пустыне.
Эмрис пошарил глазами, где стояла поддержавшая его женщина: стоило отвлечься, незнакомки и след простыл. Железный попытался выцепить ее взглядом среди гостей. Что он там запомнил? Улыбка, светлая одежда, темные волосы… Н-да, такие себе подсказки.
В дальнем конце зала слуги открыли дверь, за которой обнаружилось большое помещение с десятком банкетных столов, заставленных едой. Хорошо бы поесть. Хотя, наверное, проглоти сейчас Железный кусок пищи, тут же исторгнет обратно. Уж больно нервно.
— Барон, — поприветствовал уже примелькавшийся Эмрису блондин, загородив тому весь обзор.
Железный встретился с мужчиной взглядом и только тут осознал: все вокруг него внезапно пришло в движение. Взвился гомон шума и разговоров, засновали слуги. Жизнь, словно замедленная в моменте между незнакомкой и Багровым Кулаком, возобновила ход и нахлынула на Эмриса быстриной, нагоняя упущенные мгновения.
— Мои поздравления, — сказал блондин, протягивая руку для локтевого хвата. Их глаза — кристально-голубые Эмриса и зеленые с серым приставучего незнакомца — оказались на одном уровне. «Рослый», — определил барон.
Припомнив все, что сказал ему император в день встречи, Эмрис слегка нахохлился и, пробуя, спросил:
— Рейберт?
— О, так вы уже наслышаны! — Блондин оживился. Эмрис ненароком подумал, уж не болен ли этот ретивец? До того неугомонный! Везде лезет! — Рад, что вы добрались до столицы без происшествий, барон.
Железный ответил на пожатие. Руки у Рейберта были настолько твердыми, что, кажется, он мог без труда переломить шею быку. Такой бы как следует смотрелся в «Братьях», безотчетно отметил Эмрис и нащупал под рукавом блондина спрятанный вдоль предплечья узколезвенный кинжал. Железный с интересом вскинул брови: разве оружие не запрещено здесь? Рейберт пожал плечами:
— Некоторым можно.
— Некоторым?
— Приближенным герцогов Греймхау.
— Я смотрю, Багровый Кулак на особом счету у императора, — пробормотал Эмрис под нос, запоздало сообразив, что вряд ли стоит произносить такое вслух. Он наскоро изобразил серьезный вид
