— Затем, что я приготовила обед и не хочу, чтобы ты ел его холодным.
— Я помашу, как только закончим!
— Нет. Стивен, сегодня у нас в политехе взорвали бомбу. Мне будет тошно обедать одной.
Мальчик выпрямился. Призыв к мужскому тщеславию срабатывал безотказно.
— Боженьки! Что ты наварила?
— Цыпленок с рисом.
Стивен скорчил рожу, но успел умять почти полтарелки, прежде чем Рени вернулась из кухни со стаканом пива для себя и лимонадом — для брата.
— Что взорвалось? — прочавкал Стивен. — Кого убило?
— Слава Богу, никого. — Рени постаралась не замечать отразившегося на лице брата явного разочарования. — Но башенку — помнишь, такую, в центре кампуса? — развалило начисто.
— Боженьки святы! А кто рванул? Зулу Мамба?
— Никто не знает. Но я жутко напугалась.
— У нас в школе тоже бомба взорвалась на прошлой неделе.
— Что?! Ты мне ни слова ни сказал!
Стивен сморщился от отвращения и стер жир с подбородка.
— Да не такая. В школСети. Саботаж. Треплются, что парни из выпускного подпустили ферта на слабо.
— А, ты о зависании сетевой системы. — Иногда Рени казалось, что брат просто не видит разницы между ВР и РЖ. «Ему только одиннадцать, — напомнила она себе. — Мир за пределами его узкого круга общения тоже пока как бы не существует». — Бомба в политехе могла убить сегодня сотни человек. До смерти.
— Знаю. Но подвис школСети убил уйму умельцев и даже пару созвездий высокого уровня, вместе с резервными копиями. Они ведь тоже не вернутся. — Он протянул тарелку за добавкой.
Рени вздохнула. Умельцы, созвездия — не будь она сама преподавателем сетевой грамоты, решила бы, что ее брат заговорил на иностранном языке.
— Лучше расскажи, чем ты еще занимался? Книгу читал?
На день рождения она за приличную сумму скачала брату «Марш к свободе» Отулу, лучшую и самую содержательную работу о борьбе южноафриканцев за демократию в конце ХХ века. Уступая вкусам Стивена, она скачала дорогую интерактивную версию, с видеодокументами и стильными 3-D инсценировками «присутствия».
— Не-а. Я просмотрел. Политика.
— Не только, Стивен. Это наше наследие, наша история.
Стивен прожевал кусок курицы.
— Мы с Соки и Эдди почти пролезли во Внутренний Район. Получили пароль у того парня из старших классов. Почти дошли до центра! На халяву!
— Стивен, я не хочу, чтобы ты лез во Внутренний Район.
— Ты в моем возрасте там сидела часами. — Стивен улыбнулся обезоруживающе-нахально.
— Тогда все было по-другому. Теперь за это и арестовать могут. А штрафы непомерные. Так что я серьезно. Не надо.
Она знала, что попусту сотрясает воздух. Все равно, что требовать от детишек не плавать в старом омуте. Стивен уже щебетал, точно и не слышал ничего. Рени вздохнула. Судя по всему, ей предстояло не менее сорока минут наслаждаться малопонятным жаргоном малолетних сетевиков.
—… Это же были боженьки натуральные. Трех облоемов обошли. Но мы ничего плохого не делали! — прибавил он поспешно. — Так, ходили, смотрели. Но это такой блеск! Мы нашли парня, который добрался до «Мистера Джи»!
— Мистера Джи? — Этого термина Рени еще не слышала.
Стивен как-то обмяк. На мгновение Рени показалось, что в глазах его мелькнуло странное выражение.
— Да это место такое. Вроде клуба.
— Какого клуба? Развлекаловка? Шоу и все прочее?
— Ну да. Шоу и все прочее. — Стивен повертел в руке обглоданную куриную ногу. — Место такое.
В стену что-то грохнуло.
— Рени! Принеси мне воды! — тупо проорал Длинный Джозеф.
Рени скривилась, но к раковине подошла. Пока что Стивену нужен нормальный дом. Но когда он вырастет, ломать комедию будет незачем.
Когда она вернулась, Стивен приканчивал вторую добавку. Судя по тому, как он ерзал на краешке стула, ему не терпелось вернуться в сеть.
— Не так быстро, юный воитель. Мы же едва поговорили.
Лицо брата отразило едва ли не панику. В желудке Рени заплескалась кислота. Он явно слишком много свободного времени проводит в сети, если так хочет вернуться. Придется заставить его почаще бывать на улице. И взять его в парк в субботу — так он точно не забредет к приятелю, чтобы подключиться и пролежать весь день на полу, как беспозвоночное какое-нибудь.
— Расскажи мне про бомбу, — неожиданно попросил Стивен. — Расскажи все.
Рени рассказала. Стивен слушал внимательно и даже задавал вопросы. Очень заинтересовала его первая встреча Рени с Ксаббу — таким маленьким, вежливым, старомодно одетым.
— У нас в школе в прошлом году был такой мальчишка, — сообщил Стивен. — Но он заболел, и его отчислили.
Рени вдруг вспомнился Ксаббу: как он машет ей на прощание — тонкие руки, добродушное, почти грустное лицо. Может, ему тоже грозит болезнь — тела или духа? Он упоминал, что немногие его соплеменники выживают в городах. Рени надеялась, что Ксаббу окажется исключением, — ей нравилось его тихое чувство юмора.
Стивен встал, без напоминаний вымыл тарелки, потом ушел в сеть, но вызвал, против всяких ожиданий, «Марш к свободе», время от времени прерывая чтение, чтобы задать вопрос. После того как он отправился к себе, Рени провела полтора часа над курсовиками, потом вышла на банк новостей, просмотрела несколько сюжетов о далеких катастрофах: новый штамм вируса Букаву заставил объявить новые зоны карантина в Центральной Африке, цунами на Филиппинах, санкции ООН против Свободного Государства Красного Моря, иск против службы ухода за детьми в Йо'бурге [5] — и местные новости, включая подробное освещение взрыва в кампусе. Странно было смотреть по круговому стереовидению сети на то, что она видела утром собственными глазами. Трудно решить, что убедительнее или что реальнее. Впрочем, что в наше время значит слово «реальность»?
Шлем вызвал у Рени приступ клаустрофобии. Она сняла его и остаток выпуска новостей досмотрела на стенном экране. Эффект присутствия всегда казался ей немножко лишним.
И только когда она приготовила обед на завтра, завела будильник и залезла в постель, на поверхность сознания всплыло странное чувство, терзавшее ее весь вечер: Стивен ею манипулировал. Они говорили о чем-то, а он так ловко менял тему, что вернуться к первоначальной им так и не удалось. Да и последующее его поведение было достаточно подозрительным — словно он старательно избегал расспросов о чем-то.
Но Рени даже ради спасения собственной жизни не припомнила бы, о чем же тогда шла речь — кажется, о мелком хакерстве. Она мысленно отметила для себя: поговорить с братом.
Но дел было так много, так много. А часов в сутках явно не хватало.
«Вот что мне нужно. — Сонные мысли казались тяжелым грузом, который она так мечтала сбросить. — Не нужны мне ни сеть, ни эффект присутствия, ни картинки высокого разрешения. Мне нужно только время».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
