Ангус Фермопил был пиратом и джампером. Он ненавидел все вокруг, и у него на руках было достаточно крови, чтобы набить преступниками тюрьму среднего размера, если дать каждому понемногу от его мерзких похождений. Перед вылетом он нанял себе в помощники одного дряхлого пьяньчугу, но тот сделал неверный шаг, задав не вовремя не тот вопрос, и Ангус лишил беднягу головы выстрелом из спаннера, после чего выбросил тело своего незадачливого компаньона в одну из труб двигательной установки, чтобы сжечь его при очередном маневре. Фермопил мог и не иметь своих невероятных богатств, но во всем остальном он точно соответствовал той характеристике, которую ему давали у Маллориса.
Вдобавок ко всему Ангус Фермопил был трусом.
Чтобы не попасться на глаза лайнеру Хайландов, он давал своему кораблю столько g ускорения, сколько могло выдержать его тело и мог вынести мозг, оставаясь в сознании. Мышцы спины и плеч Ангуса начали подрагивать от напряжения, он не мог даже отереть с глаз пот, но продолжал разгонять «Красотку». Доходя до предела, потеряв все силы, он не остановился, но стал вводить себе в вену наркотики, взбадриваясь и прогоняя сон, и продолжил разгон.
Когда до Пояса осталось уже недалеко, Ангус сократил время разгона и давал кораблю ускорение только в течение половины стандартного дня. Под влиянием наркотиков он все чаще и чаще грезил наяву, не зная уже точно, что ему мерещится, а что происходит на самом деле. Но он был готов к этому. Ангус знал реакцию своего организма на стимуляторы, продумал свои действия перед тем, как начать их вводить, и поставил «Красотку» на автопилот со встроенным таймером. По прошествии некоторого времени таймер передал управление системами корабля навигационному компьютеру, который выключил серверы и гидроусилители и начал торможение корабля, ориентируясь на ближайшие космические тела. Благодаря принятым мерам Ангус избежал крушения и не загнал «Красотку» в безумно опасный район Пояса, где тысячи останков разработанных астероидов двигались по непредсказуемым траекториям, представляя собой смертельную ловушку для попавших туда кораблей.
Остановив «Красотку» у края Пояса, Ангус нашел неприметный и непривлекательный ни для кого астероид, посадил корабль в старый рудничный кратер, отключил все системы, кроме жизнеобеспечения, и заснул прямо в пилотском кресле, позволив себе наконец расслабиться.
Если бы корабль Хайландов нашел его здесь, то для Ангуса все было бы потеряно. Шансов на бегство у него не оставалось.
Но он был уверен, что люди на «Повелителе» пока еще не имеют понятия о его существовании.
Через несколько часов он очнулся от сна с пронзительным криком ужаса, потому что по всему его телу ползали подкожные черви, извивающиеся и отвратительные, и заползали ему прямо в…
Ощущение было кошмарным. Но ожидаемым и вполне нормальным. Он знал, что с этим делать, хотя каждый раз ужасался и содрогался от отвращения. Задыхаясь от страха, комом стоящего у него в горле, и превозмогая облако красной боли, сдавливающее сердце, уверенным движением руки Ангус ввел себе в вену новую порцию смеси наркотиков-анальгетиков, нейтрализующих блуждающие в его теле ненужные теперь стимуляторы, со стероидами, смягчающими реакции организма. Как только новые препараты проявили свое действие, Ангус снова заснул.
Пробудившись в следующий раз, он обнаружил, что дышит с большим трудом, так как качество воздуха внутри «Смертельной Красотки» значительно ухудшилось. Он покидал Станцию в спешке, не взяв с собой никаких припасов. А это означало, что сейчас у него было очень мало воды, еще меньше пищи и совсем не было свежих химических патронов для скрубберов, очищающих воздух и поддерживающих его на пригодном для дыхания уровне. Сверившись с данными компьютеров, Ангус обнаружил, что имеющиеся химпатроны исчерпали свой срок службы и нуждаются в замене.
Это известие привело Ангуса в такую ярость, что со стороны могло показаться, что он сходит с ума. Но все это было в рамках нормы. Ангус отлично знал, что ему делать. Рискуя умереть от удушья, потому что сил для того, чтобы надеть скафандр, у него уже не было, он отключил циркуляционную систему очистки воздуха и достал из скруббера химпатроны. После этого он использовал половину имеющейся у него воды для приготовления регенерационного раствора для химпатронов. Голова у него раскалывалась от переизбытка углекислоты в воздухе, и перед глазами плыло. Поместив патроны в ванночки с реагентом, он выдержал их там столько, сколько смог продержаться в удушливой атмосфере сам. Затем вытащил патроны из раствора, вставил их обратно в скруббер и снова запустил систему очистки воздуха.
К несчастью, его беды только начинались.
Там, где сейчас находился его корабль, Ангус был в безопасности. Но долго оставаться здесь он не мог. Имеющейся на борту «Красотки» пищи могло хватить ему на два, максимум на три дня. Проблемы с водой могли быть решены путем прогонки ее по замкнутому циклу. Но для этого требовалось очистительное оборудование, которого у Ангуса не было. Слегка прочищенные химические патроны в скором времени должны были отказать снова. Посему Ангусу оставались два выхода из положения.
Вернуться на Альфа-Дельта станцию.
Найти источник всего необходимого где-нибудь неподалеку.
О возвращении на Станцию Ангус даже не думал. Подобного унижения он не перенес бы. Если только кому-нибудь в Дельсеке стало бы известно, что он запаниковал и сбежал и что его возвращение объяснялось только лишь отсутствием пищи, воды или воздуха, его подняли бы на смех в любой забегаловке. Пережить подобное он бы не смог. Весь мир потешался над ним с первого дня его рождения. Но когда настал его, Ангуса, день, то он смог отомстить сполна. Кроме того, оставался еще корабль Хайландов…
Он должен покарать этот корабль. Причина была в том, что Ангус его боялся, а все, что его пугало, он ненавидел. Поэтому, не колеблясь ни секунды, он поднял «Красотку» из рудничного кратера, отошел немного от Пояса, чтобы дать нормальный обзор своему сканирующему оборудованию, и начал прикидывать, как бы ему расквитаться с «Повелителем» за все свои беды.
Имелись ли возможности подбить корабль с таким корпусом? Прямая атака не дала бы ничего, это Ангус прекрасно понимал. Тем не менее, размышления на эту тему помогали ему делать то, что он должен был делать. Как ни странно, состояние ледяной ярости сделало его спокойным, и он провел следующие два дня, тщательно исследуя один астероид за другим при помощи всех возможных средств наблюдения. Ангусу не нужна была руда, он искал старателей.
На исходе второго дня он снова был близок к тому, чтобы удариться в панику. Химические патроны начали сдавать, и в голове у Ангуса мутилось от дурного воздуха. Кроме того, язык у него распух от негодной воды, и он уже заметно страдал от голода. Но холодная и черная ярость и возобновившиеся инъекции наркотиков-стимуляторов все еще вели Ангуса вперед.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
