6. Осталось только поверить
Он вошел, как и прежде, не замечая ее, словно мебель — привычную часть обстановки… но буквально споткнулся о решительный взгляд девушки, остановивший его в дверях.
Должно быть, он знал его… непременно знал! Сотни, а то и тысячи раз видел в глазах тех пленников, родственники которых остались на захваченных планетах, расстрелянными его людьми, по его приказу.
Командующий До Готт внимательно посмотрел на нее, заплаканную, сжимающую кулаки, стоящую перед ним на коленях в центре его комнаты на его корабле. Кивнул, каким-то своим мыслям и сделал то, чего она могла бы ожидать меньше всего.
Рассмеялся.
Не зло или издевательски, а светло, будто она в этот самый момент скорчила ему глупую рожицу. Сложно было вообще представить, что этот человек смог бы улыбнуться, особенно в нынешней ситуации!
Это озадачило ее настолько, что былая решимость пошла прахом и Азанет медленно встала, провожая взглядом смеющегося мужчину, который дошел до стола и рухнул в кресло, устало прикрыв глаза.
— Знаешь такую поговорку: «глупцы боятся своих желаний, а мудрецы их никому не озвучивают»?
Она промолчала, ожидая продолжения его мысли.
— Нет, не знаешь? А, не важно… кто знает, чему вас карезийцев еще жизнь не учит. — Он замолчал и сосредоточенно посмотрел девушке прямо в глаза, жестко, испытующе, как делал при первой встрече… но взгляд, как сделала бы прежде, она не отвела. — Удивительно! И что же этот старый мозоль с тобой такого сделал? Опять молчишь? — Спросил он, понизив тон и подался вперед.
Сердце внутри нее сжалось и забилось быстрее, а руки похолодели — вернулся страх. Но не тот, что прежде, не парализующий, а скорее настораживающий, как у дичи, почуявшей на себе взгляд хищного зверя.
Без предупреждения он сорвался с кресла, как с низкого старта, но и она, почувствовав его намерение, устремилась к единственной преграде, которая смогла бы ее защитить — двери в душевую. Все произошло мгновенно и у нее здесь просто не было шансов, как не было бы и в любом другом пространстве, ведь командующий был намного выше нее, больше и имел настоящую боевую подготовку.
Мужчина молниеносно преодолел пространство до душевой, несколько опередив ее, не успевшую даже увидеть маневр и кинуться в другую сторону. Перехватив поперек талии, он легко подтолкнул ее к стене, завел руку за спину и прижал собой так, что маленькая, тонкая девушка, перестала доставать ногами до пола, но хуже того — теперь еле могла дышать.
— Отпусти! — хрипло выдохнула она, хватая ртом воздух — и он немного ослабил свой напор. Совсем чуть-чуть, чтобы она смогла дышать, но не двигаться.
Его лицо было совсем рядом, она чувствовала дыхание — оно обжигало ее затылок и шею ниже… Секунду помедлив, он опустил лицо в ее густые рыжие волосы и глубоко втянул воздух, улавливая запах.
— Так, что же изменилось? — Этот его низкий, мягкий голос — слова, произнесенные так близко отдались внутри нее, затронув каждую мышцу и косточку, потонув где-то внизу живота и вызвав то странное ощущение, словно маленькие электрические разряды под кожей. — Утром ты боялась даже посмотреть на меня, не то, что сказать что-то против, а теперь играешь со мной? Где же ты настоящая?
— Отпусти и узнаешь! — Выкрикнула она угрожающе, и едва не высвободила прижатую к спине руку, ведь он совершенно не ожидал, что она ко всему прочему посмеет сопротивляться.
— Вот как!? — сказал он и больнее, крепче сжал запястье, так что девушка застонала от боли. Этот звук что-то изменил в его дыхании, оно стало более частым и тяжелым. Мужчина прижался к ней ближе, чтобы наклониться к самому уху и Азанет почувствовала, как его твердая плоть уперлась ей чуть ниже правой ягодицы. — Это было бы интересно. Отпустить тебя и посмотреть.
— Ты… — Внезапно ее снова захлестнули эмоции. Он держал ее, прижатой к стене так, что не шевельнуться и не вдохнуть полной грудью. Держал крепко и больно, его горячее тяжелое дыхание обжигало ее щеку и ухо, а сам он был волен делать с ней все, что хотел. Прямо сейчас, в то время как на планете под ними происходит настоящий геноцид ее народа. И она ничего не могла сделать, кроме того, чтобы сдаться. — Да как же ты можешь? — Выкрикнула она, захлебнувшись слезами и обмякла, перестав сопротивляться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Смена настроения озадачила командующего. Он отстранился от рыдающей девушки и немного погодя высвободил ее руку и, аккуратно отпустил, развернув к себе лицом. Мужчина держал ее за сотрясающиеся в беззвучном рыдании плечи и просто смотрел. На то как она беспомощно скрыла в ладонях лицо, на то, как опустила голову, не в силах больше держать ее прямо и смотреть ему в глаза.
— Коук рассказал про Мауин 1. — Озвучил мужчина свои мысли, а Азанет дернулась в ответ, высвободив плечи и просто опустившись вниз, к его ногам. Командующий не пытался ее остановить, он постоял еще немного, смотря на свою цифию сверху вниз и отошел, вернувшись с бокалом, до половины наполненным золотисто-желтой жидкостью. — Пей. — Скомандовал он, протянув ей его, но девушка только сильнее прижала ладони к лицу. — Я сказал — «Пей»! — повторил он громче и совсем другим тоном, от его интонации и злости прозвучавшей в нем, Азанет испуганно отшатнулась — это была настоящая угроза за которой, она была уверена, могло последовать все, что угодно.
Отчаянно икая, девушка взяла из его рук бокал и приложила к губам — их обожгло чем-то едким, а в нос ударил терпкий сладковатый аромат. Она прежде не пробовала алкоголя, но это определенно был какой-то его вид. Азанет попыталась оттолкнуть бокал, но мужчина приподнял его дно, не позволив. «Пей до дна» — сказал он все тем же приказным тоном. И она выпила.
А затем он сделал нечто совершенно странное, воспользовавшись ее замешательством после целого бокала — наклонился над ней и неожиданно поднял, ловко подхватив, точно она ничего и не весла. Мужчина сделал это так быстро, что она даже не успела сказать нет или оказать хоть какое-то сопротивление, а когда наконец поняла, что случилось было уже поздно.
Золотистая терпкая жидкость расслабила почти мгновенно — жаркое тепло медленно распространялось по всем меридианам ее тела, лишая желания сопротивляться, которого и так почти не осталось из-за всего, что произошло в этот бесконечный день.
Она отвернулась от него, старалась не смотреть. Но нельзя было не ощущать силу его рук, прижимавших ее к собственному твердому торсу. Было странно… странно отвратительно… и приятно… Находясь так близко к нему снова, она почувствовала, как что-то тяжелеет внизу ее живота, томно тянет, как тогда, когда он склонился над ней утром, когда проник в нее пальцами… и не только…
От командующего имперским флотом пахло чем-то древесным и теплым… так же, но сильнее пахла его кожа, когда он поднимался и опускался над ней, вызывая это тянущее чувство внизу живота. Такое же, но намного сильнее — готовое взорваться в следующую же секунду и разнести по венам разряд маленьких электрических искр или шипучих пузырьков.
Азанет почувствовала, что он смотрит на нее и открыла глаза. Мужчина держал ее на руках возле кровати и пристально рассматривал.
Сейчас девушка была полностью в его руках, в его власти и не смогла бы сопротивляться, да и не стала бы.
Он аккуратно опустил ее на кровать и… лег рядом на бок, близко к ней… почти вплотную.
— Пожалуйста. — Прошептала она, не увидев, а ощутив, как его рука скользнула к бедру и двинулась выше и выше, под тонкое красное платье. Азанет посмотрела на него снизу вверх — темные глаза До Готта казались совсем черными из-за расширившихся от возбуждения зрачков.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Тебе нужно забыть. — Сказал он, все же убрав руку. — Тебе пора понять, что ты уже не с ними.
Мужчина приподнялся и сел в постели возле ее ног. Его верхняя одежда состояла из широких по-военному скроенных брюк и плотной куртки на заклепках с высокой стойкой воротника.
