Она не считала себя героиней и не претендовала на награду. Тот факт, что Алиса обличила преступника оказался скорее простым стечением обстоятельств. Она бы не узнала, где будет совершено преступление, если бы не то таинственное письмо.
Александр Белый, медленно ведя автомобиль, осторожно поинтересовался:
— Ты будешь ходить к этому психологу?
— Нет, — уверенно ответила Алиса и почувствовала на себе его взгляд. — Не спорю, психолог хороший, но я останусь у своего психотерапевта. Мне ближе Картунин, — добавила она, смотря на медленно проплывающие за окном пейзажи города. — Всё-таки я лечилась у него два года и был прогресс…
— Удивительно, — выдохнул парень и Алиса вопросительно посмотрела на него. — Картунин заслуженный гений психиатрии, насколько я слышал. Он и психиатр, и психотерапевт. Попасть к нему на приём, должно быть, крайне сложно.
— Ну, мне повезло, — пожала плечами девушка.
— Невероятно повезло, — подтвердил Белый с улыбкой.
Алиса почувствовала, ладонь молодого следователя на своей руке. Она не могла понять, когда он успел это сделать, но решила не обращать внимания. Повернувшись к нему лицом, Алиса увидела, как Александр Белый покраснел и сам отдёрнул руку, коснувшись своего горящего от смущения уха.
— Я рад, что ты выздоровела, — тихо сказал он.
— Что-нибудь известно об отправителе письма с координатами?
— К сожалению, автор явно не хотел, чтобы его вычислили, поэтому нам не удалось установить его личность. Проследить его адрес тоже не получилось, при отправке письма он воспользовался VPN-соединением. Причём использовал несколько серверов, поэтому распутать этот клубок у нас не получилось. Ну, или как-то так. Я не особо разобрался во всех тонкостях. Но известно точно, что это был не Невзоров, — заверил её Белый. — Ему попросту незачем было себя компрометировать.
— Он так мне ничего и не рассказал, — выдохнула Алиса. — Когда я спрашивала о том, зачем он это делает. Я могу судить только по снам, которые видела…
— Невзоров не признаёт свою вину, хотя мы нашли косвенные доказательства, указывающие на его причастность к смерти Андрея Цмыкала. Он использовал криптовалюту, чтобы купить в даркнете тот самый гриб, которым по итогу отравил парня.
Алиса отвернулась, чувствуя, как по телу бегут мурашки. Её бариста Андрей, «дровосек», теперь был мертв. Так же, как девушки, которых она видела во снах. И так же, как могла быть мертва она.
— Почему косвенные?
— Потому что сам гриб не нашли. Только информацию о покупке и транзакцию на криптокошельке. Он старательно избавлялся от улик. Нам понадобится помощь свидетелей, чтобы доказать его вину. Тот преподаватель французского, про которого я тебе говорил, уже дал показания, что видел Невзорова в день смерти Светланы Мчеславской. Но его адвокат чертовски силён и этого оказалось недостаточно. Кстати, тебе тоже нужно будет дать показания в суде. Второе слушание будет на этой неделе.
Алиса тихо застонала. Белый сочувственно посмотрел на неё и извиняющимся тоном заверил, что это необходимость, которую не получится избежать. Девушка закрыла глаза и кивнула.
Александр также сообщил о том, что Сергей Бортиков, который давал свидетельства против Алисы, признался в том, что сделал это за деньги. По его словам, Невзоров предложил ему крупную сумму и обещал доплачивать, если тот будет свидетельствовать против неё. А, так как Сергей нуждался в деньгах, чтобы ухаживать за болеющей матерью и был слишком стар для того, чтобы идти на две работы, он согласился.
— Но в чём выгода? — удивлённо спросила девушка. — Зачем Невзорову платить ему, чтобы обвинить во всём меня?
— Для отвода глаз. Я думаю, он не собирался серьёзно обвинять тебя в убийстве Симоновой. Это был способ одновременно показать, что дело движется, и отвести от себя подозрения. Кстати, — сказал Александр Белый и кинул взгляд на Алису, — ты можешь подать на него в суд за клевету.
— Мне хватило последних событий на годы вперёд. Тем более, ты сказал, что у него не было денег ухаживать за матерью. Я не хочу испортить жизнь ещё одному человеку, — покачала головой девушка.
Белый не смог сдержать улыбки и бросил мимолетный взгляд на Алису.
— Напротив, ты спасла многих. Кто знает, сколько ещё бы человек успел убить Невзоров, прежде чем его бы поймали. Если вообще поймали бы…
— Да, и скольких он убил до этого… Но его поймала не я. Это заслуга человека, который прислал письмо с координатами.
— Но почему-то же он выбрал тебя.
Алиса задумалась. В самом деле, тот, кто отправил ей сообщение, по какой-то причине не желал раскрывать свою личность, но хотел наказать Невзорова. «Получается, кто-то тоже знал о его преступлениях, — рассуждала девушка. — Причем, намного больше, чем я. Но по какой-то причине решил остановить его именно моими руками. Почему? Кто этот человек?»
— Кстати, моё предложение сходить в кафе всё ещё в силе, — отвлёк её от мыслей Белый, который заметил тревогу, отразившуюся на лице Алисы. — Попьём кофе, пообщаемся о чём-то обычном, лёгком. Расскажешь мне про своё творчество. Обо всём, что захочешь.
Она вновь посмотрела на Александра Белого, и тот одарил её тёплой нежной улыбкой.
— Пиши мне в любое время дня и ночи. Не стесняйся, я всегда рад получить от тебя сообщение. Я буду ждать, — сказал он, подмигнув, и в его ясных голубых глазах промелькнул лукавый огонёк.
— Хорошо. Я хотела ещё спросить, сколько грозит Невзорову?
— Как минимум восемь лет, учитывая имеющиеся доказательства. Как максимум… Тут сказать пока сложно. У нас есть два покушения на убийство и показания свидетеля о его причастности к делу Симоновой. Плюс косвенные доказательства, указывающие на убийство Андрея Цмыкала и ещё одной девушки, которая пропала год назад. Мы собираем информацию, — уточнил Белый, — поэтому, даже когда ему вынесут приговор, имеем право вновь вызвать его в суд, если найдём другие доказательства. Тогда суд может продлить этот срок.
— То есть, его причастность к убийству моей соседки и той девушки с крыши не доказана?
— У нас нет улик, которые указывали бы на это. К сожалению, твоих снов недостаточно для суда, — он взглянул на вытянувшееся лицо Алисы и тут же поспешил добавить, — но я всё ещё верю тебе, не сомневайся в этом.
— Спасибо.
Алиса позволила себе лёгкую улыбку. «Он слишком добр ко мне, — подумала она. — Но не скажу, что мне это не нравится».
— Я буду держать тебя в курсе дела. Поэтому мы ещё не скоро попрощаемся. Признаться, я надеюсь, что этого вовсе
