Отчего так? Зачем всегда нужно куда-то уезжать, с кем-то прощаться? Почему так жестоко устроен мир, что никогда и ничего нельзя вернуть, повторить, остановить? Как никогда нельзя измерить и порыв человеческой души, готовой помочь в трудную минуту, не перевести его в денежные знаки, мешок с продуктами или подаренную фотоплёнку.
Андрей не смог по-настоящему отблагодарить Николая, и теперь внутри осталась какая-то неутихающая боль и обида на самого себя, тоска от невозможности этой благодарности как таковой, от несоизмеримости добра, которое так расточительно рассыпал вокруг себя этот на первый взгляд замкнутый и суровый человек со словами признательности и подаренными вещами.
– Кстати, варенье из той самой жимолости! – сказал вдруг Николай и улыбнулся.
– С избы на Баронке, где много золота? – удивился Андрей, и от этого известия ему вдруг сделалось ещё грустнее. Он вспомнил тот тяжёлый переход через два перевала, ночёвку в вагончиках старателей, звёздную ночь с падающими звёздами…
Воспоминания Андрея прервала проводница. Она объявила, что через минуту поезд тронется и хорошо бы провожающим, если таковые имеются, покинуть вагон.
Николай пожал друзьям руки, пожелал удачного пути и вышел на перрон под непрекращающийся ливень.
– Очень хороший человек, – задумчиво произнёс Виктор, глядя на удаляющуюся фигуру таёжника.
Андрей посмотрел на своего друга. Он стоял в тамбуре на любимых берёзовых костылях – свежевыбритый, помолодевший и спокойный.
«Конечно, Николай – хороший, но это не то слово. Он – настоящий! Он честный и порядочный. А таких в этом мире становится всё меньше и меньше!» – хотелось сказать Андрею, но он промолчал.
Друзья всю дорогу, все пять суток, ехали в купейном вагоне, как короли. Поезд был полупустой, и к ним так никто и не подсел.
Виктор делал записи в своём дневнике и смотрел в окно, Андрей почти на каждой остановке покупал какую-нибудь еду. И они ели, ели, ели… Будто навёрстывали упущенное за два месяца таёжной жизни.
Но всё же гораздо большее за эти два месяца было приобретено. В далёком Забайкальском посёлке у них появились настоящие верные друзья. И это очень многого стоило. Это перевешивало чашу весов, на которой находились все их трудности, переживания и даже Витина травма. Ведь пройдёт время, нога заживёт, уйдут в прошлое неподъёмные рюкзаки, ободранные руки, ночные страхи, не останется и следа от пережитых обид и разочарований, мелочных ссор и несбывшихся надежд. Но останутся в памяти крепкие и верные руки друзей, их искренние души, их отзывчивые сердца. И Виктор, и Андрей теперь знали, что они всегда смогут приехать в Чару, и там их встретят знакомые, родные лица. И не страшны будут ни дальние дороги, ни бурные реки, ни свирепые и коварные медведи. Можно положиться на своих друзей, довериться, не задумываясь о куске хлеба, глотке воды или отсутствии денег. Здесь никто не станет их долго расспрашивать, откуда они и зачем сюда пожаловали. И если какой-нибудь увенчанный лаврами учёный-эколог вдруг начнёт говорить плаксивым голосом о том, что глупое человечество только и делает, что губит родную природу, – они будут знать, что это совершенно не относится к их друзьям. Эти замечательные люди её не губят, они в ней существуют!
Виктор смотрел на Андрея, оба они улыбались и по очереди вспоминали различные эпизоды из их совместного похода. Иногда кто-либо просил рассказать о событиях, о которых второй не знал или которые не видел. Но о самых тяжёлых моментах говорить сейчас не хотелось. Так или иначе, этот непростой путь для обоих был пройден. Но когда они задумывались о том, чего достигли, что увидели и поняли, чем пополнили свои знания, то рано или поздно мысли возвращались к их новым друзьям. И это было справедливо. В конце концов, человеческая жизнь измеряется не пройденными километрами и покорёнными горами, а встречами и искренним общением с близкими тебе людьми. И тот путь, который человек себе выбирает в юности, как бы он его не называл – семьёй, богатством, наукой, творчеством, – на самом деле это путь к людям. Потому что там, в конце пути, нет ничего такого, к чему можно и нужно было бы стремиться, кроме человеческой души. И как хорошо, если все это когда-нибудь поймут и станут лучше, чище, добрее. И жизнь обретёт утраченный смысл, а внешнее, напускное, мелочное – постепенно уйдёт в прошлое. И будет светло, уютно и тепло на нашей маленькой голубой планете.
Послесловие
В основу этой повести положены реальные события, произошедшие в 2005 году во время киноэкспедиции в Забайкалье.
Фамилии и имена героев умышленно изменены. В их уста вложены слова, которые они никогда не произносили, и придуманы мысли, которые вряд ли у них появлялись. Также смещены акценты и некоторые географические точки, а многие события позаимствованы из других экспедиций или сдвинуты по времени действия. Всё это сделано для того, чтобы придать повести более цельный и законченный вид.
И я прошу моих друзей извинить меня, если какие-то строчки или фразы покажутся им обидными. Я старался быть искренним, и многое из того, что произошло во время той непростой поездки, переосмыслил, увидел иными глазами.
Никогда не думал, что соберусь рассказать обо всём этом на бумаге, но, видимо, остался какой-то внутренний долг перед людьми, перед теми событиями, перед самим собой. Работа потребовала много сил, и сейчас, когда поставлена точка в этом повествовании, у меня создалось ощущение, что я ещё раз пережил те трудные дни, вновь пробирался через реки и перевалы, снова волновался за судьбу оставленного на склоне товарища.
Мне жаль, что я не могу назвать настоящие имена моих друзей, поскольку повесть получилась не документальной, а скорее художественной. Сам не пойму, почему так произошло. Видимо, воспоминания разбудили какие-то давно закрытые уголки души и выплеснулись в виде домыслов, размышлений и реплик, не имевших места в реальности, но которые вполне могли в ней быть. Поэтому всё же надеюсь, что в главном я не обманул ни моих друзей, ни себя, ни Вас, дорогой читатель!
