Таттерсолл, я постучался и немного подождал.
Отклика не последовало.
Я снова постучал — и опять тишина.
Вздохнув, я уже собрался было развернуться и отправиться восвояси, когда заметил краешек листа бумаги, торчащий из–под двери.
Достав из кармана шариковую ручку, я нагнулся и, прижав листок кончиком колпачка, вытянул его наружу. Нехорошо, конечно, повсюду совать свой нос, но сейчас, когда по Кинсейл–Хаусу разгуливает убийца, нет резона проявлять особую щепетильность.
Присев на корточки, я рассмотрел улов.
Это был лист бумаги, сложенный пополам, на стороне, обращенной ко мне, — инициалы Н. Т. Подсунув все ту же ручку в месте сгиба, я развернул послание.
На листе крупными буквами было отпечатано: «Держи язык за зубами».
Глава 17
Пару секунд я не отрывал глаз от этих слов. Затем, аккуратно сложив листок, подсунул его обратно под дверь и поднялся.
Судя по всему, кто–то еще — может быть, даже убийца — предположил, что Нора могла увидеть на террасе то, чего ей видеть не следовало.
Это была одна из вероятных версий.
В голове не замедлила сформироваться и вторая. Возможно, кто–либо из собратьев–писателей, зная, что мисс Таттерсолл осведомлена о каких–то его (или ее) секретах, просто–напросто предупреждает, чтобы она не болтала лишнего.
В любом случае Нора, вероятно, знает что–то такое, что могло бы способствовать раскрытию преступления.
«Но где же сейчас она сама?» — гадал я, шагая по коридору в обратном направлении.
Уже зайдя в свою комнату и прикрыв за собой дверь, я вдруг подумал: а не стоило ли захватить с собой найденную записку и показать ее Робину Чейзу? Однако я тут же отбросил эту мысль — мне вовсе не хотелось выслушивать нотации по поводу вмешательства в следственный процесс. Пусть уж Нора сама обнаружит послание, а я затем попытаюсь вытянуть ее на откровенность.
И чтобы осуществить задуманное, Нору нужно было найти прямо сейчас. Поэтому я поднял трубку телефона и набрал номер буфетной, где надеялся застать неподражаемого дворецкого Динглби. Однако на звонок ответил неон, а одна из служанок, которая не назвала свое имя. Выслушав меня, она пообещала разыскать мисс Таттерсолл и направить ее в мою комнату.
В ожидании Норы я решил продолжить составление рецензий на некоторые из представленных на мой суд рукописей — на те из них, которые казались более или менее обнадеживающими. Стук в дверь раздался минут через пятнадцать после звонка в буфетную.
— Войдите, — громко сказал я.
Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась голова Норы Таттерсолл.
— Вы меня искали? — спросила она, так и не войдя.
— Да, мисс Таттерсолл, — как можно приветливее произнес я. — Извините, что пришлось вызывать вас таким вот образом, но у меня имеется к вам одна просьба.
Открыв дверь пошире, Нора шагнула в комнату, но далеко проходить не стала. Остановившись, она пару раз искоса глянула через плечо назад, словно ожидала увидеть кого–то у себя за спиной.
— Что вам нужно? — спросила она довольно резко, почти что грубо.
Что ж, принимая во внимание недавний инцидент с Джайлзом, ее неприветливый тон можно было понять, хотя одного понимания было недостаточно чтобы вызвать ее на откровенный разговор.
Впрочем, я знал, каким образом можно заставить Нору немного смягчиться.
— Мисс Таттерсолл, я только что прочел переданную мне часть вашей рукописи и теперь хотел бы узнать, нет ли у вас с собой продолжения.
— Вы хотите еще почитать?
Голос Норы выражал такое недоверие и удивление, что я уже готов был пойти на попятную, чтобы не обнадеживать ее понапрасну. Вне всякого сомнения, она впервые встретила человека, изъявившего желание читать ее жуткую писанину.
Решив, однако, не обращать внимания на угрызения совести, я все же кивнул:
— Да, мисс Таттерсолл, дайте, если можете.
— Конечно, могу, — заверила Нора, просияв от радости. — Я сейчас вернусь.
— Так, может, я вас провожу? Зачем вам бегать туда–сюда?
Чрезвычайно взволнованная тем фактом, что к ее опусу проявлен интерес, Нора не сочла странным мое намерение пойти с ней. Она чуть ли не выбежала в коридор, и я в ускоренном темпе зашагал следом. Нагнать мисс Таттерсолл удалось уже у самых дверей ее комнаты. Войдя внутрь, она тут же наступила на лежавший на полу лист бумаги, видимо, даже не заметив его от возбуждения. Кашлянув, я указал ей на послание.
Нора недоуменно уставилась на сложенный листок:
— Интересно, что это такое?
Наклонившись, она подняла его и развернула. Беззвучно шевеля губами, прочитала написанное — и кровь отхлынула от ее лица.
Скомкав записку, Нора своей дерганой походкой добралась до стула и села.
— Что случилось, мисс Таттерсолл? Какие–то неприятные известия? — Я подошел к ней и опустился на корточки. — Могу я чем–нибудь помочь?
Нора молча покачала головой. Я протянул руку к бумажному комку, стиснутому в ее кулаке, но она, поняв мое намерение, еще сильнее сжала пальцы.
— Здесь нет ничего такого, доктор Керби–Джонс, о чем вам стоило бы беспокоиться, — произнесла Нора, безуспешно пытаясь придать твердость своему голосу.
— У вас такой вид, мисс Таттерсолл, словно вы чем–то потрясены. Вы уверены, что вам не требуется моя помощь? — Поднявшись, я продолжал смотреть на Нору, испытывая вполне искреннюю готовность хоть что–то сделать для нее. — Может быть, позвонить и попросить, чтобы принесли горячего чая?
— Пустяки. Просто кто–то неудачно пошутил, — вымолвила Нора уже более спокойным тоном.
— Здесь немного душновато, вы не находите? — сказал я и направился к одному из окон, выходящих на террасу.
— Прошу прощения… — не поняла мисс Таттерсолл.
— Давайте откроем окно, — бодрым голосом предложил я. — Свежий воздух пойдет вам на пользу.
Нора молчала и как–то странно смотрела на меня. Я попытался открыть окно, к которому подошел, но вскоре оставил эту затею и повернулся к мисс Таттерсолл с таким видом, будто меня только что осенило.
— Так ведь ваше окно выходит на террасу!
— Ну да, — недоуменно подтвердила она.
— Вы, должно быть, стояли у окна, когда увидели, как мой помощник спорит с мисс Харпер?
Кровь снова отхлынула от лица Норы. Вытаращившись на меня, она несколько раз открыла и закрыла рот, не издав при этом ни звука.
— Так вы были здесь, когда наблюдали за их разговором? — еще раз спросил я, подойдя к Норе и вновь присев рядом.
Но она только таращилась на меня, и чувствовалось, что от нее исходят волны страха.
— Да… полагаю… я, должно быть, была здесь, — сказала она наконец как–то неопределенно.
— Тогда, возможно, вы видели, как кто–то еще разговаривал с мисс Харпер, — предположил я. — После того, как ушел Джайлз?
Последняя фраза была уже
