должна была что-то сделать? Может, он заставил тебя произнести древнее песнопение или исполнить дикарский танец под луной? Или ты трахалась с ним? Раздвинув ноги, ты пробудила в себе эту силу? — он усмехнулся, но в этом звуке не было радости, только злоба.
Я снова была близко к Фурии, очень близко, но Вульф ударил меня ногой в живот, отчего я откатилась в сторону. Я ахнула, когда воздух вышел из моих легких, и боль расцвела по всему телу. Я посмотрела на него снизу вверх, когда снова присела на корточки. Он был котом, играющим с мышью. Но у мышей тоже были зубы, и он выяснил бы это, если бы у меня была возможность показать ему.
— Пошел ты, — выплюнула я.
Возможно, я и не была выдающейся истребительницей, но в моих жилах текла кровь моих предков, и я отказываюсь дрожать от страха перед ним.
Генерал ухмыльнулся, его взгляд переместился с меня на ряды гробов, которые теперь стояли открытыми. — Знаешь, в последнее время кровь из этой партии поступает не самого лучшего качества. Мы хотели провести чистку. — Он подошел к стене и протянул руку, чтобы открыть панель, заполненную элементами управления и переключателями.
Я неуверенно поднялась на ноги, мой взгляд метался между генералом и дверью в дальнем конце комнаты. Я знала, что пытаться бежать бесполезно, но адреналин затопил мои конечности, побуждая меня сделать именно это.
Генерал Вульф нажал несколько кнопок на клавиатуре и, повернувшись, улыбнулся мне, дергая за большой рычаг. У него были ямочки на щеках. Как у такого жестокого существа могло быть такое красивое лицо? Но я могла видеть сквозь его фасад темноту под ним, и ничто в его красоте не манило меня ближе.
Раздалось механическое жужжание, и я в замешательстве оглядела комнату. Ярко-зеленая жидкость начала стекать по трубкам капельниц к находящимся без сознания людям. Я обернулась, заглядывая в гроб рядом со мной, где спала женщина средних лет с седеющими волосами. Я в ужасе смотрела, как зеленая жидкость соприкоснулась с кровью женщины, и она начала сильно дергаться.
Тревожный вздох сорвался с моих губ, и я обежала вокруг гроба, выдергивая капельницу из ее руки, прежде чем она успела ввести еще немного яда. Тем не менее, она не переставала дергаться, и повсюду вокруг меня люди, содержащиеся в коробках, брыкались и бились в конвульсиях, когда яд хлынул и в них.
Вульф издал тихий смешок и направился ко мне.
Я забыла о бессмысленности всего этого и побежала. Мои ботинки стучали по складу, и я пыталась не обращать внимания на умирающих людей вокруг меня, когда их тела замирали, ужас от этого пронзал мой мозг.
Я помчалась к Магнару, и мое приближение заставило одного из Элиты замешкаться ровно настолько, чтобы дать ему шанс. Буря пронзила сердце вампира, и Элита распался на части, как миллион разлетевшихся песчинок.
Я почти добралась до Магнара, когда Вульф поймал меня. Он оторвал меня от земли и швырнул прямо мимо Магнара и последней Элиты. Я рухнула на пол, боль пронзила мое тело, когда я кувыркалась снова и снова, прежде чем врезаться в тяжелую металлическую дверь.
Я слабо закашлялась, пытаясь выпрямиться, моя голова закружилась от столкновения, а Магнар издал рев чистой ярости.
— Келли! — взревел он, и я моргнула, глядя на него, пытаясь привести в порядок свои мысли, пока перед глазами все плыло.
Прежде чем я успела подняться, Вульф схватил меня за руку и выволок в коридор, мои ботинки бесполезно стучали по полу, пока он тащил меня за собой.
Я потеряла Магнара из виду, но все еще слышала лязг стали, когда последняя Элитная вампирша встала на его пути, разрыв между нами увеличивался с каждым новым вздохом.
Вульф сорвался с места и помчался по коридору, таща меня за собой так быстро, что я могла только стучать каблуками по полу в попытке помешать ему вывернуть мою руку из сустава, пока я ругалась на него во всю силу своих легких.
Когда мы подошли к холодильнику, где уничтожили запасы человеческой крови, я отскочила в сторону, выкручивая руку в его хватке и вырываясь из его захвата.
Я вскочила на ноги, когда Вульф развернулся ко мне и нанесла удар в челюсть, который, черт возьми, чуть не сломал мне костяшки пальцев. Вульф ухмыльнулся, почти не отреагировав на удар, прежде чем ударить меня прямо по лицу, удар был настолько сильным, что меня отбросило к стене.
Он схватил меня и снова дернул к движению, боль пронзила мою руку, когда он был близок к тому, чтобы оторвать эту гребаную конечность, но я добилась своей цели. Мои ботинки были покрыты кровью, оставляя за собой следы, когда он тащил меня дальше в здание, отмечая путь для истребителя, настроенного на убийства.
— Т
ы хоть представляешь, насколько я был близок к тому, чтобы обратить ее? — От резкого голоса Эрика у меня разболелась голова. И, черт возьми, это было больно. Мое левое плечо тоже болело, больше, как режущая боль, чем пульсация в мозгу. Я не знала, что было хуже.
Я застонала, потянувшись и нащупав под собой мягкие простыни, дезориентированная и пытающаяся сообразить, где нахожусь. Воспоминания всплыли из темноты моего разума о том, как моя рука нашла ночью руку моей сестры, потянувшись к ее кровати, которая была отделена от моей небольшим промежутком. Неважно, какие кошмары посещали меня в тихие часы раннего утра, она всегда была рядом. Но теперь, когда моя рука вслепую потянулась к моей близняшке, я не нашла ничего, кроме пустоты.
— Ну, слава богам, что ты этого не сделал, — раздался голос Майлза. — Ей все равно придется выбрать одного из нас на церемонии.
— Это все, что тебя, блядь, волнует? — Рявкнул на него Эрик.
— От нее было бы мало толку, если бы она больше не была человеком, не так ли? — Возразил Майлз.
Моя грудь сжалась от ужаса, когда я поняла, что Эрик действительно рассматривал возможность обратить меня в вампира. Неужели мои травмы были настолько серьезны? И почему, черт возьми, было так важно, чтобы я все еще оставалась человеком на церемонии?
Я вздрогнула и потянулась к затылку, который пульсировал как бешеный. Вокруг него была обмотана повязка, и место, которым я ударилась об асфальт, было болезненным, но крови не было, так что это должно было быть хорошим знаком. На мне все еще было платье с вечеринки, и тихое мурлыканье Кошмара у моего
