бедра говорило о том, что клинок со мной.
— Заткнись, Майлз. Просто оставь его с ней, — прошипела Кларисса, и звук закрывающейся двери послал еще один кинжал в мой череп.
Я моргнула, в замешательстве оглядывая комнату. Мою комнату. Я вернулась в замок, ставни открыты, и сквозь них льется лунный свет. Как долго я была без сознания?
Эрик направился ко мне, его брюки были покрыты пылью, а рубашка разорвана и заляпана кровью.
— Что случилось? — пробормотала я, мое сердцебиение участилось из-за его свирепого выражения лица.
— Фабиан, — прорычал он. — Он заминировал мою машину. Там должны были быть мы.
Паника захлестнула меня, когда весь этот взрыв вернулся ко мне в потоке ясности. — Брианна… Джошуа?
— Мертвы, — подтвердил он холодным тоном.
Я задержала дыхание, когда эта правда проникла в мое сердце. Я не знала их хорошо, но их потеря все равно резала меня, как нож.
О черт… что, если бы в той машине были мы?
Мой желудок скрутило, когда тошнота охватила меня, и я закрыла глаза, ища пространство спокойствия внутри себя. Безопасное пространство внутри моего разума, где никогда не могло случиться ничего плохого. Взяв себя в руки, я позволила фантазии ускользнуть и снова столкнулась с реальностью, зная, что от нее никуда не деться.
— Ты поймал Фабиана? — Спросила я, отчаянно желая знать, что с ним разобрались. Что он больше не представляет угрозы.
Эрик покачал головой. — У него есть алиби.
— Но ты же знаешь, что это был он! — воскликнула я. — Я слышала, как он составлял план.
— Никто тебе не поверит, — тихо сказал Эрик. — Никто, кроме меня.
— Так скажи им, что ты подслушал его, — прорычала я. — Ты такой же могущественный, как и он, не так ли? Уверена, ты сможешь противостоять ему.
— У меня нет доказательств, Монтана, — выплюнул он. — Наше слово против его, и сотня канцлеров будет поддерживать его до самого конца. Кроме того…
— Что? — Отрезала я.
Эрик сильно нахмурился. — Нет никакого смысла в том, что он подложил бомбу, чтобы убить меня. Я бессмертен. Потребовалось бы нечто большее. Либо это был провал того, кому он приказал ее установить, либо…
— Либо? — Настаивала я.
Он покачал головой. — Я не знаю.
Я хотела подтолкнуть его к ответам, но в голове снова запульсировало, а в левом плече расцвела боль, отвлекая меня. — Черт… — Я зашипела, стиснув зубы.
— Ты должна была умереть, — сказал он. — Ты чертовски сильно ударилась головой. Это чудо, что ты все еще дышишь. Я… — Он ходил взад-вперед, расхаживая вокруг кровати, как зверь в клетке. — Я сбил тебя с ног, это была моя вина. Я применил слишком много силы. Я пытался встать между тобой и взрывом.
Я вспомнила, как лежала на тротуаре, как его тело изогнулось дугой над моим, приняв на себя основную тяжесть осколков от взрыва, и с содроганием поняла, что он сделал.
— Ты защитил меня, — прошептала я, и он остановился, бросив взгляд в мою сторону.
— Не произноси эти слова так, словно я какой-то герой, — прорычал он. — Ты — моя, я должен защищать тебя. Думаешь, я позволю какому-то наемному убийце отнять тебя у меня? Думаешь, я доставлю им такое удовольствие?
— О, теперь я понимаю, — сказала я с горечью. — Твое маленькое имущество пострадало. Его поцарапал твой брат или какой-то другой твой враг. И ты не можешь выдержать удара по самолюбию.
Его челюсть яростно пульсировала, когда он уставился на меня, рассматривая повязку на моей голове и плече.
— Кто оказал мне помощь? — Спросила я, дотрагиваясь до бинтов и беспокоясь, что вампир, который это сделал, мог даже не знать, как помочь человеку.
— К тебе привели вампира, которая раньше была человеческим врачом. Осколок попал тебе в плечо, но не слишком глубоко, хотя именно оттуда вытекла большая часть крови. Травма твоего затылка беспокоила ее больше всего, но каким-то образом ты все равно выкарабкалась.
Я медленно кивнула, переваривая эту информацию. — Ты ранен? — Спросила я, вспомнив рваные раны от осколков, которые я видела у него на спине.
Эрик покачал головой. — Я исцеляюсь, в отличие от тебя. Мои раны уже давно затянулись.
Его взгляд упал на свою изодранную рубашку, и он внезапно полностью снял ее, отбросив в сторону. Я заметила поблекшие шрамы, уродующие его плоть, и задалась вопросом, как это возможно, что они там были, если его тело могло исцелять само себя. Он придвинулся ближе к кровати и сел на ее край под углом ко мне.
— Откуда у тебя это? — Я указала на шрам в форме полумесяца на его груди, который, похоже, когда-то был очень глубоким.
Он взглянул на него, нахмурившись, и мои пальцы зачесались от желания прикоснуться к серебристой отметине.
— Истребители. Их клинки созданы для того, чтобы причинять нам боль. Это единственное оружие, которое может оставить такой шрам. Нам требуется гораздо больше времени, чтобы исцелиться от ран, нанесенных их клинками.
Мое сердце забилось быстрее при упоминании истребителей и их оружия. — Фабиан рассказал мне о них. Он сказал, что теперь они все мертвы? — Спросила я, гадая, сколько еще Эрик может рассказать.
Он кивнул. — Да, их уже давно нет. Мы победили их много лет назад. Но были и те, кто представлял собой более серьезную проблему.
Я протянула руку, не в силах удержаться, и провела кончиками пальцев по шраму у него на животе. Его кожа была шелковистой и не такой ледяной, как я ожидала, скорее похожей на стекло, охлажденное дождем.
— Тебе больно? — Выдохнула я, обводя полумесяц.
— Больше нет, — сказал он грубым тоном. — Истребитель по имени Магнар Элиосон оставил мне его. Он был одарен богами, как и все истребители, но он был намного могущественнее большинства. Он называл себя Благословенным Крестоносцем.
— Итак, боги прокляли вас, превратив в вампиров, а затем дали истребителям силу, чтобы они могли…
— Уничтожить нас, — мрачно закончил Эрик.
Я нахмурилась, не уверенная, что верю в это. Если это правда, и метка на моей руке действительно означала, что я истребительница, то я была создана, чтобы уничтожить его вид. Но после всего, что я видела в жестоком владычестве вампиров, чувствуя себя абсолютно бессильной перед их властью, трудно было поверить, что кто-то может противостоять им и победить. Но разве не я доказала, что это возможно, уничтожив того вампира, который пришел убить меня в этой самой комнате?
Боги избрали этот путь для тебя, Дитя Луны.
Голос Кошмара проник в мой разум, лезвие согрелось у моего бедра и напомнило мне о его присутствии. Я подняла глаза на опасное существо в
