какая-то польза от этих двух идиотов. Так вот. По слухам, в детстве над «Два вопроса» часто смеялись другие детишки из-за его неуклюжих манер и большого роста.
- Правильнее говорить «смеялись над двумя вопросами», а не «смеялись над «Два вопроса», - поправил Мардана второй из братьев.
- «Два вопроса» - это его кличка. Она не склоняется, придурки! – заорал Мардан, не дождавшись «перевода» первого из братьев. – Свой родной язык знают хуже чем я, гном! Дебилы.
- Он услышал тебя! – обрадовался первый, хлопая по плечам второго.
- Он услышал меня! – захлопал в ладоши второй.
- Дайте уже закончить мысль, кровопийцы! – Мардан с трудом сдерживал себя. - Так вот. «Два вопроса» всегда задаёт свои вопросы парами. Первый – серьёзный, по существу дела. А второй – специальный, чтобы рассмешить жертву. Смех приводит его в ярость, и он пытает от этого куда сильнее прежнего. С каждым разом делает всё больнее и больнее. Но если над шутками не смеяться, то он со временем успокоится и отпустит жертву. Поэтому главное – сдерживайте себя и не смейтесь над его шутками. Например, меня он сначала спросил «Откуда ты родом?». А следом: «А твоя бабушка в курсе?».
- Ну, над таким уровнем шуток не смеяться не сложно, - вздохнул Саир. – Особенно Байлуру. Он и над смешными то шутками не смеется, а над таким добром и подавно не станет.
Байлур неожиданно для всех стал смеяться, с трудом сдерживаясь над тем, чтобы не перейти в хохот.
- Подожди, подожди. Что, так и спросил: «А твоя бабушка в курсе?», - спросил Байлур, наконец отдышавшись.
- Да, так и спросил, - закивал ему Мардан. - Я тоже не удержался и стал ржать как лошадь. Теперь вот голову заклинивает из-за последствий.
Саир с удивлением посмотрел на гномов.
- Да уж... Похоже, гномье чувство юмора неподвластно моему пониманию.
Его размышления прервал звон ключей и скрип открывамой двери. На пороге появились двое сутулых стражников с короткими мечами в руках. Один из них подошёл к Саиру, убрал меч за пояс, достал ключи и стал снимать с него кандалы.
- Пойдёшь на допрос, - указал на стрелка пальцем второй стражник, оставшийся стоять ближе к двери.
- Заберите лучше гнома, - Саир, подмигнув, показал пальцем на Байлура. - Я с детства очень плохо переношу пытки.
- Не болтай! – заорал второй от двери. – И не вздумай разозлить барона. Сегодня он лично будет присутствовать на твоём допросе.
"А ведь чуток времени не хватило", - подумал Саир, незаметно пряча волос в карман.
***
Айна ждала уже больше склянки по времени у ворот монастыря, но ничего похожего на запряжённую телегу с двумя восседавшими на ней проходимцами из-за ворот так и не выехало. "Где то я это уже проходила", - подумала она, вспоминая ожидание Саира в Салме в тот самый день, когда они только собирались отправиться в путь. Что-то ёкнуло у неё в сердце - то ли предчувствие, то ли что-то другое - но она решила больше не ждать, а действовать.
- Всё-таки стоило приковать их цепями к соснам, чтобы не сбежали, - пробурчала она вслух, прежде чем постучать по массивной двери. Спустя непродолжительное время дверь отворилась, и перед ней появился уже знакомый ей монах по имени Бенедиций.
- Кто стучал? – спросил он, с удивлением в глазах оглядываться по сторонам. - Постучали и сбежали.
- Ну хватит уже придуряться. У меня тут происшествие – двое постояльцев, вверенных вчера вашей обители, опаздывают. Не могли бы вы их разбудить или хотя бы разузнать...
Но монах лишь повёл плечами, вздохнул и, не дослушав Айну, закрыл дверь.
Айна в ярости заскрипела зубами. Позади неё раздались знакомые голоса с велдирским говором. Это Модест со своей дружиной выдвигались пешим ходом в сторону дороги.
- Модест, не мог бы ты задержаться ненадолго, - крикнула она ему, помахав рукой.
- Для тебя всё, что угодно, чертовка. Такой вкусной кабанятины мы давно не ели, - заржал он, приближаясь к полуэльфийке. – И в чём проблема?
- Проблема в том, что мой отряд куда-то пропал.
- Может, потому что его никогда и не было? – усмехнулся велдир. - Моё предложение ещё в силе, если что.
- Нет, я не настолько тронулась рассудком, чтобы вообразить в голове столь цельные личности, как Саир и Байлур. Возможно, они просто продрыхли с утра. Но... Ладно, отгоним плохие мысли. В любом случае этот монах из лерны наотрез отказывается общаться с женщиной. Возможно, с тобой он согласится поговорить.
- Пусть только попробует не согласиться, - сказал Модест, стуча огроменным кулаком по двери вместо колотушки. Остальные члены его отряда, включая Шмака, остановились посреди дороги, с любопытсвом взирая на происходящее.
Вторичное явление монаха народу не заставило себя долго ждать. На этот раз взгляд его сразу же остановился на могучем велдире. Да иное и представить себе было сложно, ведь Модест загораживал своим торсом полнеба.
- Чего тебе? Вашей банде лучше подойдёт стоянка напротив, через дорогу, - показал монах рукой в сторону «Раз и навсегда».
