все органы государственной власти и управления, а также органы правосудия. Не имея возможности – сугубо по политическим мотивам опротестования приказа № 227 с целью внесения в него необходимых исправлений юридического характера, нарком юстиции и прокурор СССР сориентировали военные трибуналы на искусственную привязку правонарушений и преступлений, совершенных военнослужащими при отступлении с занимаемых позиций без приказа старшего начальника, к тем или иным статьям УК РСФСР, чтобы добиться безусловного осуждения этих военнослужащих.
В последующем положение дел было значительно улучшено путем издания Верховным Судом СССР, Наркоматами обороны, юстиции, внутренних дел, Прокуратурой СССР нормативно-правовых актов, позволивших исправить недостатки приказа № 227, уточнить или разъяснить многие законоположения и нормы, а в целом – сформировать нормативно-правовую базу функционирования штрафных частей. Ключевое место в ней принадлежало Положениям о штрафных батальонах и штрафных ротах действующей армии, утвержденным приказом НКО СССР № 298 от 28 сентября 1942 г.
Важнейшей особенностью правовой регламентации института штрафных частей стали продиктованные условиями военного времени отступления от конституционных норм со стороны органов государственной власти и военного управления. Командиры полков и выше – в отношении рядового и сержантского состава, командиры дивизий и выше – в отношении офицерского состава были наделены правом на самостоятельное осуществление правосудия, получив возможность во внесудебном порядке, своими приказами направлять подчиненных в штрафные части за совершенные преступления и дисциплинарные проступки. Эти же категории командно-начальствующего состава обладали правом снижать лиц переменного состава на срок их пребывания в ОШБ/ОШР в воинском звании до рядового.
7. Одним из отрицательных последствий влияния единоличного режима власти в СССР на организаторскую и правоприменительную деятельность органов военного управления и военной юстиции в сфере правовой регламентации штрафных частей стало искажение представлений об их природе и назначении. Не выявлено ни одного законодательного или нормативного акта, в котором с необходимой ясностью содержался бы ответ на вопрос, что представляли собой штрафные части: военно-исправительные части по типу довоенных дисциплинарных батальонов; учреждения уголовно-исправительного характера по типу ИТЛ, ИТК; воинские части некоего смешанного типа или обычные воинские части. Невозможно составить четкое преставление по этому вопросу и при изучении многочисленных приказов военных руководителей от наркома обороны и ниже, служебной документации органов военной прокуратуры и военных трибуналов, ходатайств командиров штрафных частей, судебных определений. Явочным порядком утвердилась практика рассматривать штрафные части как некую аналогию дисциплинарных батальонов, а то и пенитенциарных учреждений, находившихся в ведении НКВД СССР.
Неопределенность правового статуса штрафных формирований коренилась не только в произволе и недостаточной юридической грамотности высших руководителей государства и Вооруженных сил, их стремлении репрессивным путем подавить приобретшую широкие масштабы преступность со стороны военнослужащих, но и в экстремальных условиях военного времени. Специалистами в области права отмечено сближение в годы войны признаков уголовной и дисциплинарной ответственности военнослужащих, подмена понятий разных видов юридической ответственности.
С точки зрения автора, жившие по общевоинским уставам штрафные части представляли собой особые воинские формирования в составе действующей армии, предназначенные не для изоляции осужденных военнослужащих от общества, а для привлечения лиц, совершивших дисциплинарные проступки, воинские и общеуголовные преступления, к защите Отечества с оружием в руках в наиболее тяжелых и опасных условиях военных действий. Особенность, специфика штрафных формирований состояла в том, что они одновременно представляли собой и форму применения уголовно-правового института отсрочки исполнения приговора до окончания военных действий, и институт дисциплинарной ответственности.
8. Важным условием дееспособности штрафных формирований было своевременное оформление правового статуса их военнослужащих как субъектов правоотношений, возникавших в процессе службы. Основные параметры этого статуса были зафиксированы в Положениях о штрафных батальонах и штрафных ротах действующей армии, утвержденных приказом НКО СССР № 298 от 28 сентября 1942 г.
Лица постоянного состава штрафных частей обладали тем же объемом прав и обязанностей, что и военнослужащие обычных линейных частей, разница состояла только в том, что первым предоставлялся ряд особых прав и привилегий. В первую очередь, это расширенный объем дисциплинарных прав (полномочий) командно-начальствующего состава – на две ступени выше, чем было положено по штату в обычной воинской части. Военнослужащим постоянного состава были также установлены повышенное денежное содержание, льготы по выслуге лет при присвоении очередного воинского звания и назначении пенсии.
Что касается правового статуса лиц переменного состава, то его характерной чертой было наличие существенных ограничений в правах. Вне зависимости от того, по приговору военного трибунала или во внесудебном порядке военнослужащие попадали в ОШБ/ОШР, их правовое положение было одинаковым: в едином сроке пребывания в штрафной части – от одного до трех месяцев и возможности быть отчисленным лишь по мере полного исчерпания установленного для каждого конкретного штрафника срока (исключение составляли лишь случаи ранения или гибели, а также совершения героического поступка); в установлении единого воинского звания на время пребывания в ОШБ/ОШР – штрафной рядовой (независимо от того, был ли лишен военнослужащий воинского звания судом военного трибунала или нет); в прекращении признания их боевых заслуг путем обязательного изъятия государственных наград на все время пребывания в штрафной части; в прекращении семьям офицеров выплат по денежным аттестатам.
Признаки, отличавшие правовое положение штрафников, от положения военнослужащих обычных частей и лиц постоянного состава штрафных частей, бесспорно, носили больше репрессивный, чем воспитательный характер.
В то же время были введены и одинаковые стимулы для проявления лучших качеств защитника Отечества, они же – условие досрочного прекращения службы в штрафных частях: отчисление за боевое отличие, за совершение героического поступка.
9. Правоприменительная практика, осуществлявшаяся военным командованием и органами военной юстиции при обеспечении комплектования штрафных частей переменным составом и организации их повседневной служебно-боевой деятельности, преследовала цель:
а) обеспечить неотвратимость наказания за действия, подпадавшие под требования приказа НКО СССР № 227 и последующих нормативно-правовых актов;
б) добиться пунктуального исполнения приговоров военных трибуналов и приказов, согласно которым военнослужащие направлялись в переменный состав штрафных частей, особенно в части, касающейся точного соблюдения сроков пребывания;
в) гарантировать обоснованность решений командования на досрочное отчисление штрафников;
г) обеспечить соответствие действий должностных лиц ОШБ и ОШР требованиям законов и руководящих документов;
д) сделать максимально действенной практику стимулирования боевой активности военнослужащих переменного состава в форме досрочного отчисления из штрафной части, награждения государственными наградами, получения возможности освобождения от наказания и снятия судимости (для осужденных военными трибуналами).
Наркомат обороны, командование фронтов и армий, органы военной юстиции выдерживали линию на то, чтобы в борьбе за должный воинский порядок и дисциплину предание виновных суду военного трибунала рассматривалось в качестве исключительной меры. Командиры частей и соединений порицались за попытки переложить борьбу за правопорядок на военные трибуналы и ориентировались на максимальное использование предоставленных им прав по направлению провинившихся подчиненных в штрафные части своими приказами.
10. Несмотря на то, что командиры (начальники) всех степеней, военные прокуроры и председатели военных трибуналов регулярно анализировали правоприменительную практику в целях устранения
