дыбы – резко, будто в нём что-то взорвалось. Серебристая грива взметнулась, передние копыта сверкнули в воздухе, и животное обрушилось прямо на Наследного принца.
– Осторожно! – воскликнула я, как будто могла спасти принца своим криком.
Жень Шэнь отшатнулся, упал, едва избежав удара копытом в грудь. Лошадь в бешенстве мотала головой, из пасти вырвался хриплый рёв.
К принцу подбежала стража. Один из офицеров попытался заслонить принца собой, конь рванулся, и охранник отлетел на землю, ударившись о каменные плиты. Второй – выхватил меч, раздалось ржание и приглушённый вскрик: лезвие полоснуло лошадь по боку.
Это была ошибка.
Животное, и без того обезумевшее, от боли сорвалось с цепи. Оно взревело, повалило судейский стол, разбросало чаши, опрокинуло скамью и бросилось вперёд – в толпу.
Ученики Академии, ещё секунду назад стоявшие вытянувшись по стойке, как перед экзаменом, всполошились первыми. Кто-то кинулся в сторону, кто-то – упал, кто-то сбил с ног соседа, только бы выбраться подальше от копыт. Паника разлилась волной – через всю площадку, через зрителей, через охрану. Женщины вскрикивали, мужчины проклинали, стража кричала команды. Всё слилось в гул, тревожный и острый.
Я услышала, как кто-то закричал моё имя, и повернулась – это был Сяо Вей. Его лицо оставалось спокойным, а голос был твёрдым:
– Госпожа Ми, сюда! Быстро!
Я замешкалась. Потому что нигде не видела Фейту. Ни сбоку, ни у сцены, ни с подносами – нигде.
– Фейту! – крикнула я, но в такой панике меня вряд ли бы кто услышал.
Животное тем временем крушило все на своем пути.
– Уводите принца! – услышала я чей-то крик.
Сама же стояла как вкопанная. Потому заметила наконец свою служанку, и конь на всех парах несся к ней.
Неожиданно из толпы вынырнул Линь Янь, он спрыгнул с парапета, за который прятались испуганные гости, и в пару шагов оказался у взбесившегося скакуна.
Скакун рванулся было вперёд, резко развернулся – чуть не сшиб его крупом. Линь Янь едва не упал, но успел схватиться за гриву. Его ботинки скользнули по плитке, грудь тяжело вздымалась.
Он потянулся – перехватил удила. Конь взвился вновь, с хриплым ржанием – едва не опрокинула его. Линь Янь стиснул зубы, ловко вскочил на животное, и зашептал ему что-то прямо в ухо.
Конь взбрыкнул, закружился, рванулся – и вдруг затих.
Линь после этого, Линь Янь слез с него, не прекращая поглаживать животное по шее и передал удила стражнику, что-то тому сказав.
Но что именно я уже не слышала, я сорвалась с места и побежала в сторону дрожащей испуганной Фейту.
Но добежать до нее я не успела.
Меря резко перехватила жесткая рука. Я обернулась – и встретилась глазами с Линь Янем.
– За мной, – коротко бросил он.
– Но Фейту…
– Она в порядке. А ты идешь со мной.
И даже не дал мне возможности спорить.
Под шум все еще приходящей в себя взбудораженной толпы, Линь Янь буквально потащил меня в сторону внутреннего двора Академии.
Глава 27
– Куда ты меня ведешь?! Да отпусти же ты! Постой! – возмутилась я, когда мы оказались у одного из зданий и явно намеревались войти внутрь.
Да-да, помню, этого человека нужно называть только на «вы». Он сам того потребовал при нашей предпоследней встрече. Но конкретно сейчас мне было откровенно плевать. Потому что «господин Линь» волочил меня за руку, не реагируя на попытки сопротивляться.
Он втянул меня внутрь здания едва ли не силой. Я не собиралась никуда идти с ним, но вырываться из его захвата – как пытаться обернуть реку вспять. Слишком уж он силен.
– Потерпи, и ты всё узнаешь.
– Да я уже устала терпеть! – Я топнула ногой и таки смогла вынырнуть из-под руки Линь Яня.
Мы остановились посреди коридора. Я даже не знала, это жилой корпус или учебный, а может, административный?
Так и не разберешься, знаете ли. Стены украшены свитками с каллиграфией и портретами каких-то ученых – так они везде ими украшены. По обе стороны – тянулись двери. Каждая из темного дерева с медными ручками.
Кругом было на удивление пусто и тихо. На улице гомонила толпа, но сюда долетали лишь приглушенные звуки.
Если честно, не очень-то я хотела оставаться наедине с этим мужчиной.
Но что мне оставалось делать? Начать орать: «Спасите, помогите, грабят, убивают»?
Так тут и без меня хватает тех, кто бегает и вопит.
– Ми Лань, – Линь Янь склонился ко мне и проговорил на самое ухо: – если те строчки, которые зачитывала твоя подружка, имеют для тебя хоть какой-то смысл – пожалуйста, доверься мне.
– Я уже доверилась несколько раз, – буркнула я, но, признаться, сомнение поселилось в груди.
Сомнение и… щемящая радость.
Он понял! Догадался! Услышал в тех витиеватых фразах истинное значение! А главное – смог уловить, что писала их совсем не Цао Юнь.
У него, что, тоже прокачен навык сочинительства на максимум?
– Клянусь, сегодня я никак не обижу тебя. Не трону и пальцем. Ничего не потребую. Только – проследовать за мной.
– Я каждый раз соглашаюсь тебе поверить. И каждый раз плачу за свою ошибку.
– В этот раз всё будет иначе. Умоляю.
В глазах появилась боль. Такая глубокая, что у меня заныло под ложечкой. Дурацкое чувство. Но этот мужчина каждый раз ловил меня на крючок.
Ничему меня не учит жизнь. Так сказать, несите сюда грабли, я буду по ним ходить.
Я едва заметно кивнула.
Черт с тобой, золотая рыбка, а точнее – золотой сын первого министра. Даю тебе самый последний шанс.
Он подгонял меня и вел куда-то. Но вскоре мы остановились у одной из дверей, и Линь Янь втолкнул меня внутрь, сразу же захлопнув дверь.
Внутри мы были не одни.
У дальней стены стояла по струнке смирно скромная девушка в плотной тканевой накидке, которая прикрывала её одежды. Какая-то служанка. Примерно моей комплекции и моего роста. Если честно, со стороны она сильно походила на меня саму. Рядом с ней хозяина дожидался личный слуга Линь Яня. Я помню его по первой нашей встрече и по сцене во дворце.
Воцарилось молчание.
– Что происходит? – Я осмотрелась по сторонам.
Широкая комната, явно не жилая. Скорее – одно из учебных помещений, только какое-то странное. Пол устлан циновками из тростника, на которых можно сидеть. На низких столиках флаконы, расчески. На стене висит большое зеркало. В углу стоял закрытый платяной шкаф, который занимал всю стену.
Что это за место? Как будто общая гардеробная.
Не сразу я вспомнила,
