дар? Только я в моём мире смогу ли делать это? Или свойства зеркал будут не такими же у нас?
Я поднял зеркало, осторожно держа его слева и справа. Надо поставить его где-нибудь у стены крепко и надёжно.
Зачем его оставили здесь? Да и сколько лет оно уже тут? Годы? Десятки лет? Кто спрятал его сюда? Да и зачем? Чтобы не попало в руки свидетелей?
Я поставил его у стены и долго смотрел в его чёрную непроницаемую поверхность. Не люблю глядеть на своё отражение в темноте. С детства не люблю. Жутковато как-то, будто там кто-то чужой.
Получится ли у меня уйти домой? Смогу ли я справиться?
Все мои случаи переходов были неудачными. Вираг говорил, надо думать о том месте, куда хочешь попасть. Кажется, так. Значит, я должен думать о доме, о России, о своём Благовещенске, об Университете… и вообще.
Но всё это сейчас после стольких месяцев казалось мне таким далёким, как старый-старый сон из детства. Прошедшая битва, убитый мною конь, брошенный Вирагом кинжал больше тревожили меня сейчас. Я думал об исходе сражения, о том, жив ли мой отец, как серьёзно ранен мой брат, блин, я даже думал о том, как досталось Габиану. Всё ли с ним обойдётся? Выживет ли он? При всём моём отношении к нему смерти ему я не желал.
И кто же ехал за мной следом? И зачем?
И в подтверждение моих мыслей я уловил, что кто-то был здесь, в склепе, кроме меня. Кто-то шёл ко мне, отпинывая битые каменные осколки. Я заметил в тёмной поверхности зеркала смутное движение. Я обернулся и встретился взглядом с… Эвартом.
О, нет… Это он всё время ехал за мной. Это он преследовал меня и каким-то своим чутьём даже нашёл меня тут, в этом мёртвом месте.
Глава 26.2
О, нет… Это он всё время ехал за мной. Это он преследовал меня и каким-то своим чутьём даже нашёл меня тут, в этом мёртвом месте.
— Эварт… — я первым заговорил с ним.
Оруженосец остановился посреди склепа, и сейчас нас разделял тот самый саркофаг, над которым я и нашёл зеркало.
— Какого мрака, Арс, что ты здесь делаешь?
Я нахмурился на его вопрос, хотя, видит Бог, я хотел бы спросить его о том же. Но спросил про другое:
— Это ты ехал за мной? Зачем, Эварт? Чего ты хочешь? Зачем ты преследуешь меня?
Он усмехнулся зло, скривив губы с непониманием.
— Я же обещал тебе, сказал, что убью… Увидел, как ты убегаешь, и захотел догнать. Куда ты ехал? Зачем? Ты просто сбежал? Бросил своих? Своего отца? Своего брата? — он забрасывал меня вопросами, и я чувствовал, что у меня нет ни сил, ни желания давать ответы. Хватит! А Эварт продолжал: — Где твоя лошадь? Ты загнал её? Что ты делаешь тут? Собрался ночевать здесь, среди мёртвых? Я всегда видел, что ты странный…
При этих словах Эварт хрипло усмехнулся и передёрнул плечами.
В скудном свете тёмного склепа я видел на своём друге кольчугу, плащ, пояс с мечом, он ведь тоже, как и я, только вышел из боя, переодеться ему было некогда.
— Эварт, — я попытался вставить слово в этот его перечень вопросов, но оруженосец не собирался мне этого позволить. Он говорил и говорил:
— Ты бросил своих, что ли? Ты — дезертир? Ты испугался, что вы проиграли, и решил убраться, пока не поздно, так? Бросил всех своих…
— Нет, Эварт! — я перебил его громко. — Никуда я не сбегал! И мы не проиграли! Это вы проиграли!
— С чего ты это взял? Ваши войска отошли уже к Ронде, мы заставили вас отступать! — Он громко хмыкнул, уверенный в своей правоте. — Это сражение проиграли вы!
— Если бы ты не понёсся за мной, а остался там и поглядел, ты бы всё понял, дождался финала…
— Хватит! Хватит, Арс! — он рубанул воздух ладонью, перебивая меня громко и нетерпеливо.
Он всегда казался мне более спокойным, сдержанным, даже медлительным. Что же случилось с ним за это время? Почему он так изменился? Стоит вспомнить прошедшие переговоры, как он кричал и угрожал мне при своём сеньоре, при сеньоре своего сеньора…
— Ты — предатель! Ты хитростью втёрся ко мне в доверие, попал в Нандор, помог ей сбежать… Я был всё время с тобой, а ты мне лгал. Ты просто хотел подобраться к ней поближе… К этой Агнес…
— О, Боже, Эварт, это всё неправда! Никого я не предавал! Я тогда и знать не знал об этом графе Бернате, поверь мне, пожалуйста! Эварт… — Он перебил меня насмешкой:
— Поверить тебе после всего вранья?! Ты оказался его сыном, а она — твоя сестра! Поверить тебе?
— Я не знал об этом!
— Зачем тогда сбежал?
— Так получилось! Это вышло случайно. Я не знал о родстве с графом, моя мать… Я — бастард графа, ты уже знаешь. Я тогда не знал об этом. Никто не знал! Даже сам граф… Он тоже думал, что я лазутчик от графа Сандора, меня чуть не убили в Лоранде. Эварт, поверь мне, пожалуйста, я не вру… Я никогда тебе не врал! Эварт?
— Чуть не убили в Лоранде? — Он не верил мне. — Как же!
— Потом я проболтался про мать, и граф понял, что я его сын, его бастард, я родился ещё до его брака… Моя мать никогда не говорила мне, кто мой отец, я не знал. Честное слово, не знал. Когда я понял, что Агнес готовит побег, я следил за ней и случайно стал соучастником этого побега…
— Ну, я же так и сказал, ты помог ей бежать! К чему все эти слова сейчас?
— Я не помогал ей! Нет! Она сбежала, а я хотел найти её, хотел вернуть, а… Попал вместе с ней в Лоранд… — Я не знал, как это можно было объяснить, какие слова найти, да и не собирался Эварт меня слушать.
— Просто взял
